Чтение онлайн

– Ничего, доченька, – утешала Наденьку мать, – вот поступишь в университет, выучишься, человеком станешь.

Но их мечтам не было суждено исполниться. На первом же вступительном экзамене Надюша получила двойку за сочинение. Пришлось распроститься с мечтой об университетском образовании и нести документы в малопрестижный Пищевой институт.

За пять лет, проведенных в вузе, Надя не приобрела практически никаких знаний, зато успела два раза выйти замуж, и оба раза крайне неудачно. Браки длились меньше чем по полгода, хотя и заключались по глубокой и страстной любви. Мамочка только плакала по ночам в подушку, сокрушаясь о дочуркином невезении.

После учебы Надюшу распределили в НИИ питания, и потекли годы унылой, неинтересной работы. Кавалеры появлялись часто, но замуж не звали. Из хорошенькой белокурой девушки Надежда постепенно превращалась в толстеющую разочарованную тетку. Умерла мама. В пустой квартире стало совсем одиноко, иногда за выходные дни Надежда не произносила вслух ни слова. Комнаты постепенно приходили в запустение: не для кого было убирать, некому готовить…

И все же Надюша решила еще раз испытать судьбу. Купила путевку в санаторий на берегу моря и назад вернулась с женихом – Яковом Точилиным. Их знакомство было изначально построено на лжи. Фомина была старше будущего мужа на двенадцать лет, но призналась только в двухгодичной разнице в возрасте.

Наивный Яша не заподозрил ничего дурного. У него не было опыта общения с женщинами, тем более с такими хитрыми и активными, как его невеста. «Забыла» новобрачная и о двух предыдущих супругах. Яков искренне считал себя первым. Нехитрая операция по восстановлению девственности освоена гинекологами в совершенстве, и муж получил в первую брачную ночь все необходимые доказательства «честности» – кровавое пятно на простыне и рыдающую любимую.

Естественно, свекор взял невестку на работу. Пожалел он об этом буквально через месяц. Грубоватая Наденька ухитрилась поругаться почти со всеми, кроме трех женщин из лаборатории – Люси Рагозиной, Светы Малаховой и Тани Костиной. Что связывало этих дам, Константин Яковлевич откровенно не понимал, а через некоторое время вообще заподозрил неладное. Четверка без конца шушукалась по углам. Потом Надежда внезапно начала хорошо зарабатывать. У них с Яковом появилась новая квартира, машина… Следом за ними переехали в комфортабельные апартаменты Костина и Рагозина… Константин Яковлевич насторожился еще больше и однажды, вызвав всех баб в кабинет, потребовал раскрыть секрет столь быстрого обогащения.

Женщины принялись рыдать. Надюша даже картинно упала в обморок, но на Константина Яковлевича этот спектакль совершенно не подействовал. Он запер кабинет, сунул ключ в карман и сообщил, что не выпустит никого, пока не узнает правды. После часовой истерики дамы принялись каяться. Собственно говоря, ничего страшного они не совершали. Просто выдавали некачественные продукты за хорошие, скрепляя подделку печатью, подписью и фальшивыми результатами анализа. Точилин пришел в ужас. Несколько лет он потратил на то, чтобы создать фирме безупречную репутацию, а теперь эти алчные бабы разрушали дело его жизни. Сотрудницы лаборатории были в одночасье уволены.

– Скажите спасибо, – бушевал директор, – что я не заявил в милицию.

Но Надежду пришлось оставить на работе – все-таки невестка, близкий человек, член семьи… Константин Яковлевич взял с нее честное слово.

– Клянись, что прекратишь безобразие, – потребовал свекор. Невестка, размазывая сопли, согласилась на все его условия.

Спустя некоторое время в душу Точилина вновь закрались сомнения. Надежда была тише воды, ниже травы, но благосостояние семьи росло. Яков стал ездить на новеньком «Форде», невестушка щеголяла в бобровой шубе до пят.

На этот раз Константин Яковлевич попробовал потрясти сына. Но Яша, целиком и полностью поглощенный компьютерами, только отмахнулся:

– Да ладно тебе, папа. И чего ты к Надюше вяжешься? Бабушка у нее умерла в Петербурге, квартиру оставила, вот она ее и продала…

– Почему мне не сказали? – возмутился отец.

– Так ты с ней все время ругаешься, – парировал Яков.

Но Константин Яковлевич не поверил. Гадкая невестка явно прокручивала какие-то незаконные делишки. Причем обстряпывала их теперь на стороне, потому что на работе ни с кем доверительных отношений не поддерживала.

Теперь Точилин жалел, что вспылил и опрометчиво выгнал «подельниц». Следовало отобрать у негодяек бланки и печати, но оставить их в лаборатории. Тогда можно было бы хоть проследить за ними.

Точилин решил нанять частного детектива, но мучился сомнениями. Сам факт тайного сбора информации казался ему гадким. Терпение его лопнуло осенью. В августе Константин Яковлевич уехал отдыхать, а в сентябре узнал, что Надя сделала ремонт в квартире. Размеры перемен ошеломили мужика: полная перепланировка квартиры, шикарная мебель… Доконала видеокамера у входа, передающая изображение на крохотный экран. Посчитав, сколько примерно могут стоить подобные преобразования, свекор рассвирепел и накинулся на сына:

– Откуда у вас такие деньги? Смотри, в тюрьму сядете – передачи носить не буду. Как только не стыдно, я всю жизнь честно…

– Ой, прекрати, папа! – снова отмахнулся Яша. – У Надюши бабушка умерла в Зеленограде, вот и продали квартирку, четырехкомнатную!

– Да сколько же, черт возьми, у нее бабушек?! – взревел отец, чувствуя, что его водят за нос.

– Две, – спокойно пояснил Яша, – как у всех, с папиной и маминой стороны.

Константин Яковлевич вылетел из невероятно преобразившейся квартиры сына с тяжелым сердцем. Яков, конечно, тюфяк и рохля. Энергичная жена вертит им как хочет. Еще втянет, не дай бог, в какую-нибудь опасную историю. Сама вывернется, а дурачок пойдет по этапу…

Точилин обратился к Игорю Маркову и поставил перед ним две задачи. Сначала узнать, чем занимается прохиндейка, а потом сделать так, чтобы Яша подал на развод.

– Только без криминала, – напутствовал он Игоря, – никакой стрельбы…

Марков взялся за дело и раскопал-таки удивительный бизнес. Собственно говоря, дамочки оказались его коллегами, тоже «устраняли» людей, только действовали нагло и совершенно ничего не боялись.

В газете «Из рук в руки» помещалось объявление. Клиенты, позвонив по указанному номеру, попадали на диспетчера, который отправлял их на встречу в какое-нибудь кафе. Бабулька, сидевшая на телефоне, состояла на учете в психоневрологическом диспансере и по закону не отвечала за свои действия. Мало ли что придет в голову шизофреничке, еще и не такое объявление напишет!

Недостатка в клиентах не было. Желающих избавиться от надоевших родственничков даже за крупную сумму находилось достаточно. Но дамы, проявив осторожность, старались иметь дело только с молодыми девушками. Расчет оказался верен – ни одна из них потом не предъявила никаких претензий. А поводов для недовольства было предостаточно. Потому что клиентов своих Фомина никогда не убивала. Дамы просто занимались мошенничеством. Сначала брали вперед деньги, потом наводили тень на плетень, усиленно интересуясь привычками, образом жизни и здоровьем «жертвы». Обещали результат, но не скоро – месяца через два-три. Иногда требовали ключи от квартиры или машины. Потом начинали тянуть резину. Если заказчица проявляла нетерпение, строго объясняли: