Чтение онлайн

Что строят тяп да ляп, чтоб только сляпать в срок.

1978

Он тащит чемодан

в базарный день,

с толкучки.

Тот чемодан давно уже без ручки, -

Его бы где-нибудь оставить по пути,

Да жалко выбросить, хоть не с руки нести…

Так и в политике.

Иной политикан,

Что искушен в дискуссионной прыти,

Своих понятий старый чемодан

Не в силах выкинуть

за борт больших событий.

1978

Собрались однажды вместе

Иностранные коты

И расселись, честь по чести,

Распушив свои хвосты.

Из посольств они явились,

Там, где мыши завелись,

Помяукав - сговорились,

Помурлыкав - разошлись…

У себя, в своих квартирах,

И от дома вдалеке

Говорят все кошки мира

На кошачьем языке.

Означают по-турецки

"Мяу-мяу" и "мур-мур",

Точно так же и по-шведски,

По-французски и немецки -

"Мяу-мяу" и "мур-мур".

Мог единством похвалиться

Тех котов недолгий сбор.

А послы договориться

Все не могут до сих пор!…

1980

Навстречу Бабочке, присевшей на цветок,

Червяк мохнатый полз, он Гусеницей звался

И, несмотря на кучу мелких ног,

Довольно медленно по стеблю продвигался.

Зато у Бабочки с боков по два крыла

Диковинного радужного цвета -

Она самой природою была

Так празднично, нарядно разодета.

"Мне неприятно на тебя смотреть!
–

Сказала Гусенице Бабочка-красотка, -

Такая у тебя противная походка,

Что так и хочется скорее улететь!…"

И Бабочка вспорхнула над цветком,

И в солнечных лучах затрепетала,

А Гусеница двинулась ползком

И вскоре тоже бабочкою стала…

Моя мораль сама сошла с пера:

Не забывай, каким ты был вчера!

1980

Плющ, что вкруг дерева в саду у дома вился,

В один прекрасный день вдруг взял и возгордился,

На всех, кто ниже рос, взирая свысока:

"Ну, до чего ж у нас растительность мелка!

Черемуха и та, на удивленье просто,

Чуть выше человеческого роста,

А если взять цветы, то мне за них обидно

За то, что с высоты мне их почти не видно!"

"Послушай, Плющ!
– от возмущенья зол,

Поежившись, сказал сосновый Ствол.
–

Когда бы за меня всю жизнь ты не цеплялся,

Ты так бы высоко сегодня не забрался!"

1980

Туристы, отдыхавшие на воле

И коротавшие у речки вечера,

С колхозного картофельного поля

Картошку набирали в два ведра.

И, заложив ее в золу костра,

Ее пекли и ужинали сытно -

Печеная картошка аппетитна,

И горяча, и в меру солона!

А вот откуда, как взята она,

Об этом так судил тот, кто картошку ел:

–  Подумаешь! Колхоз не обеднел!

На каждого из нас пришлось по две картохи!

Ведь это - крохи!…

Житейский этот факт мне подал мысль одну:

Так можно растащить по крохам всю страну,

Когда в большое личное ведро

Класть беззастенчиво народное добро!

1980

Гнездятся беркуты в горах, бог знает где!
–

В заоблачных краях, на неприступных скалах

И беркутят воспитывают малых,

Как и положено, в своем родном гнезде.

У крупных хищников обычаи свои -

Орлы и Львы не любят мелочиться!

Пронюхав это, стали Воробьи

С орлиною семьей в одном гнезде селиться.

Орлиное гнездо настолько велико,

Что Воробьишке в нем пристроиться легко -

И есть, где жить, и есть, чем поживиться…

Орел домой с охоты прилетит -

Накормлены прожорливые детки,

А там, глядишь, и Воробьишко сыт -

С орлиного стола ему идут объедки.

До этого Орлу и дела нет,

Лишь был бы у него, у самого, обед…

–  Как можешь ты иметь таких соседей?
–

Однажды у Орла спросил Медведь.
–

Признаюсь откровенно, мы, медведи,

Таких нахлебников не стали бы терпеть!

Орел сказал: - Как видно, я привык

К тому, что по утрам я слышу: "Чик-чирик!"

Есть люди, как такие воробьи,

У них для жизни правила свои.

Попробуй ухватить такого за полу,

Он тотчас завопит: "Пожалуюсь Орлу!"

1980