Чтение онлайн

Небольшую, но броскую и яркую вывеску, красующуюся рядом с тяжелой бронированной дверью, ведущей в полуподвальное помещение, делали со вкусом и полнейшим пренебрежением к правилам грамматики. Ни тебе запятой после первого слова, ни восклицательного знака в конце обращения. И надо признать — это работало…

Вместо залихватского зазывающего вопля: «Ломбард, господа!» у художника получилось нечто мистическое, невольно привлекающее внимание даже праздношатающихся гуляк. К сословию которых несколько последних часов принадлежал и я.

Ну как же не зайти-то к самому? Даже если и продать нечего, так хоть пообщаться, поглазеть на вещи, оставляемые в залог другими людьми, нуждающимися в деньгах больше, чем в духовных ценностях. Вполне возможно, что и вечных…

Внутри ломбард ничем особенным из ряда магазинов не выделялся, разве что плакатом, натянутым поперек торгового зала, так чтоб его увидел каждый посетитель, едва переступив порог заведения.

И ниже, шрифтом помельче: «Сданный на комиссию товар переоценке и возврату до истечения уговоренного срока не подлежит. Администрация».

А пока я читал и проникался смыслом довольно-таки оригинального объявления, навстречу выпорхнуло очаровательное и длинноногое создание, вооруженное улыбкой класса «Заходите, только вас и ждали!», облучая меня сверканием всех двадцати восьми белоснежных зубов. В том смысле, что моляры мудрости у нее еще и не прорезались. Как по возрасту, так и по уровню «ай кью»…

— Интересуетесь? — пропела девушка, многозначительно переводя взгляд на большие настенные часы за прилавком. Согласно расположению стрелок, до урочной полуночи оставалось еще не меньше ста восьмидесяти минут.

— О, благодарю за предложение, но я еще не готов с ней расстаться, — решил отшутиться. — Знаете, как-то привык. Столько всего вместе пережили…

— А-а… — увяло создание, очевидно, в целях экономии энергии выключая улыбку. Ничего не поделаешь, кризис… — Тогда вам к Епифану Порфиричу. Присядьте вон там… — Девушка указала на два мягких кресла у журнального столика, очень уютно разместившихся под пальмой в кадке, которая на первый взгляд казалась настоящим деревом, а не пластмассовой поделкой. Это я о пальме, а не о кадке. Не было в расположении и форме листвы той правильности, мертвой симметрии, которая всегда отличает искусственное от живого. — Заведующий сейчас подойдет… Сок, минералку?

— Спасибо, родная. Я бы пивком соблазнился, но если не предложишь, настаивать не буду…

Девушка прошлась по мне цепким взглядом, сочетающим в себе свойства рентгена и металлоискателя, но, не обнаружив ни золотой цепи на шее, ни платиновых часов, ни соответствующего веса «гайки» на пальце, дающих индульгенцию на моветон, презрительно надула губки.

— Пива не держим. У нас ломбард, а не пивная. Вы адресом случайно не ошиблись?

— Маргарита, спасибо, оставьте нас. И принесите пива. Мне тоже…

Теряющая прямо на глазах остатки обаяния девушка обернулась на голос и поспешно нацепила обратно мгновенно воскресшее радушие. Только книксен не сделала. А жаль. В этой мини-юбчонке, почти готовой оспаривать звание набедренной повязки, такой пассаж мог произвести надлежащее впечатление. Тем более я уже сидел в кресле, а прекрасное создание природы поворотилось ко мне той частью, которую обычно предлагают демонстрировать лесу.

— Как скажете, Епифан Порфирич.

— Спасибо, деточка… Добрый день, молодой человек. Слушаю вас. Что имеете предъявить?

Оторвавшись наконец от созерцания в чем-то запретных, но при определенных обстоятельствах вполне покупных плодов, я с интересом посмотрел на топ-менеджера, а то и на Самого. И едва удержался, чтоб не помотать головой, одновременно протирая глаза и почесывая затылок. Делая при этом титанические усилия лицевыми мышцами, чтоб удержать челюсть от позорного падения. Епифан Порфирич как две капли был похож на моего покойного деда Степана Ивановича. Именно таким, как я запомнил его на единственно уцелевшей после всех лихолетий фотографии. А еще — таким, каким он приходил ко мне в детских снах, брал на руки, усаживал перед собой на коня, и мы долго, долго куда-то скакали и летели…

Благо это или наказание, но жизнь распорядилась таким образом, что никого из умерших близких родственников, кроме деда, я не видел в гробу. А потому подсознание по-прежнему не причисляло их к усопшим, позволяя вспоминать и думать как о живых. Только уехавших очень далеко. Куда ни слетать, ни дозвониться нет никакой возможности… Даже с отцом не довелось попрощаться. Сперва была какая-то глупейшая, почти детская размолвка, переросшая еще в более глупую позу: «Ага, если ты не хочешь приехать ко мне, так и я к тебе первым не поеду». А потом, когда поумнел, стало слишком поздно. Даже всесильному комитету понадобилось больше двух суток, чтобы найти меня и передать печальное известие, плюс дорога… Только на девять дней и успел.

Потом узнал, что сестра почти три часа не разрешала заколотить гроб, все меня высматривала…

Многое бы я отдал, чтоб получить шанс хотя бы извиниться. Узнать, что и он ушел, не держа обиды…

— Что ж, это и в самом деле дорогая вещь, — прервал мои невеселые мысли Епифан Порфирич. — Залог принят. Желаете получить наличными или за расчетом зайдете в другой раз?

Какой расчет? Какие наличные?

Но прежде чем я успел высказать возмущение, мой взгляд зацепился за нечто, ярко посверкивающее в руке у скупщика. И одного удара сердца хватило, чтоб в этой цацке я признал перстень призыва Симаргла!

Шалишь, брат! Так мы не договаривались! Может, раньше я бы и отдал перстень за приличную цену, но теперь, когда временно исполняющим обязанности Огненного пса стал прапорщик Шведир — ни за какие коврижки. И вообще, откуда это кольцо взялось, если оно, по всем прикидкам, должно почивать вместе с останками привратника непосредственно в аду? Или я тоже там оказался? По совокупности, так сказать, былых заслуг…

— Кто вы, Епифан Порфирич?!

— А ты, мил человек, когда дверь открывал и порог перешагивал, чтоб внутрь войти, куда попасть хотел? В баню или театр? — усмехнулся тот, буквально на глазах теряя знакомые черты и превращаясь в абстрактного, я бы сказал усредненного старика. — Грамоте-то обучен, небось. Али как?