Чтение онлайн

– Это… Черная сталь. – Тэвия узнала его сразу, - Если мы верим в то, что рукописи действительно написаны Крау Арденом, то каким образом Черная сталь, постоянно фигурирующая и наделенная привычными ей свойствами, находится здесь и в башне одновременно… Я ничего не понимаю… Как она оказалась у тебя?..

– После того, как Крау был убит сразу по прибытии к башне, его раздели. Вещи, которые они намеревались сжечь, должны были отправится в соседней с телами повозке, но поднять меч они так и не смогли. Черная сталь принадлежит только своему хозяину. Такова его сущность. Там я ее и нашел, когда совершал паломничество полгода назад, оставленную у врат Кафиниума. Я боюсь сосчитать, количество убитых мной служителей Подиума, прежде чем я добыл по крупицам детали.

После нескольких минут молчания Рэдонель сдержанно произнес:

– Не знаю как ты, Тэв. Но я жизнь положу, чтобы их уничтожить.

– Здесь мы переходим к сущности башни. Что из себя представляет Кафиниум? Анализируя рукописи Крау и информацию из вне, то есть за пределами башни, я пришел к выводу, что башня – это хранилище душ.

– Место, в которое попадают после смерти…

– Верно, принцесса. Существование Кафиниума подтверждает теорию о существовании души, как мы ее называем. Но вот кто и зачем их собирает – это вопрос, который, боюсь, пока останется без ответа. Кто такая госпожа Смерть? Как умещаются в башне все те миры, в которых побывал Крау? Какая это часть всего Кафиниума? Десятая? Сотая часть? Или она бесконечна… Даже Крау, побывавший внутри, не смог ответить ни на один из этих вопросов. А стражи башни? Кто они? Боги? Или в прошлом такие же жертвы?.. У меня есть еще кое-что. Я анализировал тексты эпохи бессмертия и в попытке найти связь с башней, я ее нашел.

Рацерик вытащил из сумки карту и развернул ее на столе. На ней еще были изображены границы Терадонской республики.

– Я нарисовал круги. Они разных размеров. Чем больше круг – тем сильнее у индивида была способность к регенерации, судя по записям. – Рацерик ткнул пальцем в средний кружок, находившийся далеко от Юсдисфала. И процитировал наизусть какой-то письмо, - «Возвращайся уже скорее из своего похода, уже месяц минул с тех пор, как ты уехал. Помнишь, я писала, что Рори поранился. Он за три недели уже успел отрастить себе руку! Он передает тебе большой привет, говорит, что очень ждет папу…».

Затем принц указал на большой кружок в центрально районе Юсдисфала:

– «Горжу оттяпало ноги по колено катком, вернется к работе через неделю», - Рацерик смочил горло вином и продолжил, - А теперь взгляните на карту в общем.

Тэвия с ужасом заметила закономерность:

– Круги становятся больше, чем они ближе к месту, где теперь находится башня…

– Всё так. Оттого я и делаю вывод, что, возможно, башня не причина того, что мы начали стареть и умирать. Она была тем, что делало наше «бессмертие» возможным, а затем, тридцать лет назад это благословление исчезло.

Рэдонель пригубил вино прямо из кубка принца, небрежно вытер рот рукавом рубашки:

– Так-так-так… А еще к этому безобразию теперь нужно приплести дорогого братца Крау, Ричарда. Что ты знаешь о нем?

Рацерик побледнел. Ему охватывал ужас всякий раз, когда этого человека упоминали.

– Несколько лет назад мне понадобился проводник, чтобы исследовать заброшенный город, в котором правила Аранта. Ричард был тем, кто сопровождал меня в путешествиях несколько месяцев…

– Я похоронил его собственными руками вместе с Крау. Я видел его тело. Я ЗНАЛ его при жизни. А теперь он значит простой наемник?

– Не простой. Мне всегда казалось, что он словно не из этого мира, но я уповал на то, что у него просто куда больше знаний, чем у меня. Сколько бы я книг не читал, я все равно не мог понять половины тех слов, что он произносил. Он рассказывал об изобретениях, которые были непонятны моему разуму, говорил о морали, которая будет чужда всем, кого я знаю, включая вас… Он был очень страшным человеком. Милость, доброта, забота, в конце концов, человечность… все это было ему безразлично. Какие интересы он преследовал, помогая мне понять свою сущность, я не знаю. Мы были полезны друг другу, а потому сотрудничали, даже дружили, наверное. Теперь, когда я узнал кем он был раньше, я считаю его ключевой фигурой в игре, понять которую мы едва сейчас способны. Он вездесущ. Он общался с Крау в башне, что сходится с тем, что, как ты и говоришь, вы похоронили его… Но я собственными глазами видел его несколько дней назад, и даже Тэвия признала его… Не понимаю…

– Оставим то, что нам неподвластно за скобками, - решительно сказала Тэвия, - Меня интересует кое-что еще. В башне так же применимо понятие «смерти», как мы могли убедиться. Рондо, Вивай, Эленмер… они снова были убиты. Что случилось с их душами?

Рацерик пожал плечами:

– Есть только один способ узнать. Умереть дважды.

Рэдонеля это насмешило. Он призадумался и вспомнил о словах, сказанных Авитаном на пиру:

– А что на счет того, что Крау желает уничтожить башню? В записях я не видел и намека на подобный настрой.

– Авитан был безумен уже давно, поэтому, эту часть его слов я ставлю под сомнение. Крау был… другим человек, насколько я могу судить.

Тэвия кивнула и, приподняв платье, ушла:

– Мне нужно побыть наедине с собой. Спасибо, Рацерик. Слухи о вашем уме не были слухами. Может что-то еще?

– Только совет. Сейчас нам нужно перестать думать и просто действовать. Неприятель скоро появится. Если выстоим – сможем планировать дальнейшие действия. А еще… меч?.. Я бы хотел передать его вам, только будьте осторожны.

Рэдонель поднес руку к лезвию, и тут же Черная сталь затрещала и извергла густой комок дыма. Коснуться ее он все же не решился.

– Позвольте мне.

Тэвия взяла меч за гарду, размотала рукоять и схватила его в обе руки. Сделав короткий изящный взмах, она с облечением опустила острие вниз. Страх сменился улыбкой.

– Я начинаю сомневаться в нашей дружбе, Крау. – Рэдонель обратился к мечу.

Тэвия хихикнула, а Черная сталь отозвалась острым насмешливым визгом. Или так всем показалось…

В последнее время не было ни дня, чтобы ей не снились сны.

Этот раз ей особенно запомнился. Густой туман вдалеке. Деревья водили хоровод вокруг цветочного луга. Сумерки разыгрались на небосводе. Сказочная мелодия поддерживает ритм сердца и не дает заскучать. Она смотрит как на ветру колоситься трава, а среди них танцует троица искр. Воспоминания постепенно приходят, а с ними и новые чувства. Вот они втроем. Два брата и Тэвия.

Тот, что постарше, обращает внимание на листья, на их изящную форму, считает звезды и рассказывает странности, что со временем небо меняется. Младший внимательно слушает каждое его слово, часто выступает наперекор, но быстро унимается. Он очень уважает его и любит. В те времена и она их любила. Возможно, они нравились ей даже больше, чем слуги во дворце. Они не исполняют все ее прихоти, но все же кажутся такими интересными, взбалмошными, такими взрослыми детьми…