Чтение онлайн

А Ремин ничем не пренебрегал. Путая подлинную картину, он подделывал различные данные по расходам энергии, эксплуатационным издержкам и т. д. Бардин замечает в своих записках: «Это было со стороны Ремина чем-то вроде большого жульничества, аферы». И далее он раскрывает уж совсем отвратное лицо «великого изобретателя»: «В конце концов от Ремина отказались все — личные сотрудники и даже его родственники, большинство которых он привлек к этому делу. Отказались потому, что у него ничего не получалось, да и не могло получиться не только по идее, но и по методам руководства и приемам в обращении с работниками. Его отношение к сотрудникам не соответствовало никаким советским правилам, это было нечто рабовладельческое. Одним словом, дело провалилось».

История с Реминым — печальный эпизод в биографии ученого. Подобно полноводной реке, несущей свои воды в бескрайние дали, жизнь Бардина, как и жизнь его сограждан, шла под знаком неодолимого движения вперед. Реминых можно, пожалуй, сравнить с валунами, пытавшимися преградить это могучее течение.

Во многих своих проявлениях жизнь Бардина в тот период приносила ему радость, чувство глубокого удовлетворения своей деятельностью. Его полностью захватывал непрерывный процесс великого созидания, активным участником которого он сам был.

В 1948 году в качестве эксперта Бардин принимал первую и вторую очередь завода «Запорожсталь». В своих заметках он с восхищением отмечает, что этот завод с поражающей быстротой вставал из руин.

В 1950 году опыт и знания Бардина потребовались братским странам. Он предпринимает поездки в Чехословакию и Венгрию.

Немало времени, энергии, раздумий было отдано Иваном Павловичем такой глобальной металлургической проблеме, как радикальное улучшение качества черных металлов. Рисуя картину «завода будущего», он говорил о том, что металл тогда будет иметь совершенно другие качества — обладать необыкновенно большой механической прочностью. И он, не только говорил, но и многое делал для того, чтобы приблизить рисуемое будущее к нашим современникам. В частности, И. П. Бардин обращал особое внимание на вакуумную обработку жидкого металла, как метод, открывающий большие возможности для повышения качества металла.

Мы уже упоминали о Ленинской премии за 1958 году которой был удостоен Иван Павлович. Она была присуждена за работы по непрерывной разливке стали. Вспомним, что еще в 1940 году в кабинете советника правительства по вопросам металлургии академика И. П. Бардина уже проходили первые совещания по этому вопросу. Сама идея занимала металлургов задолго до того. В самом деле, давайте на минуту представим себе весь длинный сложный процесс получения стальных изделий на заводе — металлургический цикл, как говорят специалисты.

…Руда из шахты поступает на обогатительную фабрику, откуда готовый концентрат идет в доменный цех. С другой стороны, с коксохимического предприятия подвозят кокс. Затем плавка в домне — чугун. Следующий этап — сталеплавильные агрегаты — мартены или конвертеры. Полученную сталь заливают в сосуды-изложницы, где она застывает, кристаллизуется. Но кристаллизация в слитке происходит неравномерно, поэтому по качеству он еще не годится, чтобы его сразу же отправлять на станы, прокатывающие рельсы, профильный металл, лист и т. п. Приходится такой слиток «улучшать». Для этого строят гигантские станы блюминги и слябинги. Сильно нагретую стальную болванку они обминают, уплотняют валами, много раз прокатывают, пока сталь по своей структуре не станет однородной. А предварительно от слитка приходится отрезать у основания весьма значительный кусок, который не годится в дело и никакой блюминг тут не поможет.

А что, если уплотнять сталь сразу — в полурасплавленном состоянии и равномерно ее охлаждать при этом? Таким вопросом задался вместе с другими металлургами и Иван Павлович Бардин.

Путь к окончательному ответу был долог и труден — он занял около двух десятилетий. Тысячи опытов, сложнейшие теоретические расчеты, неудачи и удачи. Сколько для этого надо было сил, энергии, настойчивости, энтузиазма и таланта — таланта и ученого-исследователя и великолепного организатора. Ибо в искания были включены не только самые разнообразные ученые и научные учреждения, но и многотысячные коллективы таких крупных заводов, как «Красное Сормово» и Ново-Тульский металлургический.

И этот сплав науки и производства под руководством академика И. П. Бардина дал в результате первую промышленную установку по непрерывной разливке стали.

Была осуществлена огромная научная работа, имеющая большое значение для развития металлургии. Ведь непрерывная разливка сразу дает слиток высокого качества, позволяет исключить сложную ступень металлургического цикла — предварительную обжимку — и к тому же резко снизить потери металла.

Обратим внимание на то, какие выделяются главные направления в научной деятельности И. П. Бардина как металлурга. С одной стороны, интенсификация производственных процессов. Здесь он вел огромную работу по применению кислорода и увеличению агрегатов. С другой стороны, он на протяжении всей своей инженерной деятельности очень много времени уделял механизации и автоматизации основных и вспомогательных работ в металлургии. Вспомним его работу на заводе имени Дзержинского. А последняя работа — непрерывная разливка стали — давала для этого еще больше, она не только исключала один трудоемкий процесс, — установка открывала большие возможности для внедрения автоматики.

И тут, как и в других своих научных трудах, Иван Павлович смотрел далеко вперед. Еще в послевоенный период, выступая по вопросам восстановления разрушенной фашистами столь близкой ему металлургии Юга, он требовал, чтобы там полностью механизировали тяжелые работы.

Он мечтал о создании агрегатов непрерывного действия и видел в этом заманчивый путь к заводу будущего с полной автоматизацией. Но Иван Павлович всегда был кровным врагом внешней показухи, «выполнения вчерне». И, глубоко анализируя специфические трудности, стоящие на пути автоматизации металлургических предприятий, он четко показывал, каким путем здесь надо идти, что преодолевать. «В основном металлургические процессы связаны с неоднородными веществами, — писал он, — с применением твердых или газообразных восстановителей, окислов различных металлов при различных условиях давления и температур, меняющихся по ходу процесса. Поэтому в черной металлургии при осуществлении автоматизации имеются большие трудности, чем в других отраслях промышленности».

Главным предварительным условием автоматизации доменного и сталеплавильного производства он считал тщательную подготовку шихты. Он требовал, чтобы она была строго однородной по составу и размерам кусков. На это он всегда обращал особое внимание, еще в самом начале своей деятельности.

Влияние Бардина-металлурга сказывалось и в производстве металла для транспорта, в производстве титана — этого металла будущего, и в получении жароупорных, жаростойких сплавов, и в исследованиях по ванадию. Недаром все наши металлурги видели в нем своего авторитетного руководителя и нередко называли его «главным металлургом страны».

Наряду со смелой научной разведкой, с исследованиями, устремленными в будущее, Он никогда не забывал и о такой «прозе», как экономика производства во всех ее проявлениях. «Отличительной чертой И. П. Бардина как инженера, — вспоминает Вячеслав Викторович Рикман, один из его многолетних сотрудников, — был глубокий интерес к экономической стороне всякой проблемы. Он часто повторял своим сотрудникам: «Инженер — это человек, который делает за рубль то, что неинженер делает за два рубля». Он просто не представлял себе техники без экономики».