Багульник
Шрифт:
– Вернулись?
– Вот что, молодой человек, - нарочито строго сказала она.
– Берите в сенцах ведра, сбегайте на реку за водой. Будем варить на завтрак картошку с соленой кетой. Только побыстрей, пожалуйста, а то я умру с голоду.
2
Сперва Карп Поликарпович и слушать не хотел о переводе Полозова в Агур и вернул ему заявление. А когда Ольга Игнатьевна позвонила директору леспромхоза, он сразу смягчился.
– Исключительно ради вас, уважаемый доктор. А вообще-то семейные обстоятельства не такой уж серьезный повод, - пробовал он отшутиться.
– Я в Мая-Дату полтора года жил без семьи, и, знаете, ничего...
– Но, Карп Поликарпович, ведь новому леспромхозу нужен инженер. Какая разница, будет ли там работать Полозов или кто другой...
– А где их раздобудешь, инженеров? Их у меня всего-то двое. Медведев да Полозов. Но ничего с вами не поделаешь, доктор, уступаю!
– сказал он тем же шутливым тоном.
– Спасибо, Карп Поликарпович, - поблагодарила Ольга и повесила трубку.
Так к концу мая Юрий перебрался в Агур. Недели две молодожены еще жили в крохотной комнате при больнице, а когда на берегу реки у подножия Орлиной сопки достроили дом, Щеглов посоветовал, чтобы его предоставили доктору Ургаловой.
В Ольгину комнату переехала Ефросинья Ивановна, жившая у своих сородичей в самом конце поселка. Однако Ольга предупредила ее, что в недалеком будущем приедет новый врач и сестре, возможно, придется комнату уступить.
– Ничего, приедет новый доктор, я найду себе где-нибудь местечко жить. Мне много не надо.
Не успели переехать в новый дом, как орочи стали приходить с поздравлениями. За день побывали здесь чуть ли не все жители Агура, и каждого надо было поблагодарить и угостить рюмочкой. К концу дня Ольга опьянела. Юрий посмеивался над ней и продолжал чокаться с каждым, кто заходил.
Когда рано утром Ольга вышла в сени, чтобы налить в умывальник воды, она застала там целую гору разной провизии. Тут был и добрый, килограммов на десять, кусок сохатины, и три огромнейших тайменя, и целая связка копченых кетовых балычков, и берестяной туесок с медом...
– Юра, иди сюда!
– позвала она мужа.
– Ну что ты с ними поделаешь?
Юрий, шлепая тапочками, пришел в сени и, видя, что Ольга расстроена, успокоил ее:
– Тогда в первый же выходной позовем гостей. Отпразднуем и свадьбу и новоселье.
Так и решили.
Юрий сообщил по телефону Медведевым. Ольга - Окуневым и заведующему райздравом Егору Ильичу Пименову. Последний сказал, что в Турнине находится доктор Горева из города, и Ольга, знавшая Антонину Степановну, пригласила и ее.
– Не оставлять же ее одну в Турнине. Приезжайте, Егор Ильич, вместе.
Весь субботний день Ольга провозилась на кухне. Юрий, как мог, помогал ей: чистил рыбу, рубил топором мясо, таскал воду, - словом, вся подсобная работа легла на него. В первом часу ночи, едва она управилась с готовкой, ее срочно вызвали в больницу.
Когда рано утром приехали Медведевы, они застали дома одного Юрия.
Ольга пришла в одиннадцатом часу, усталая, с глубоко запавшими от бессонницы глазами.
– Что, серьезная операция?
– спросил Юрий.
– Да, серьезная!
– сказала Ольга таким тоном, который означал, что вся она еще там, в больнице.
Тогда Клава предложила:
– Вы, Олечка, прилягте, отдохните, а я похозяйничаю.
Медведев, довольный, что Клава вызвалась помочь, с блаженным видом сказал:
– Давай, жена, покажи класс работы!
– Ладно, муж, лучше сбегай по дровишки, лесник!
Уходя в спальню, Ольга предупредила:
– Юра, если позовут в больницу, разбуди!
Засыпая, Ольга слышала, как Медведев, с шумом распахнув дверь, принес охапку дров и бросил на пол, а Клава командует им: то велит подкинуть в плиту несколько поленьев посуше, то зачерпнуть воды из кадки...
В третьем часу дня Ольга проснулась и, узнав от Юрия, что из больницы не прибегали, стала одеваться.
– Ничего себе домик отгрохали, - сказал Медведев, когда Ольга вышла из спальни.
– А вид-то из окна! Прелесть. Но есть одна опасность...
– Какая, Николай Иванович?
– поинтересовалась Ольга.
– Как бы через тысячу лет не рухнула, Орлиная сопка на крышу вашей хатки...
– Через тысячу не страшно, вот через пятьдесят если рухнет... засмеялась Ольга.
Тут в разговор вмешалась Клава:
– Неужели вы с Юрой собираетесь прожить здесь полвека?
– Собираемся отпраздновать золотую свадьбу под Орлиной сопкой, а там пусть рухнет...
– Юра, и ты согласен с Олей?
– Время покажет, - уклончиво ответил Полозов.
Медведев позвал Юрия в столовую, где на столе уже стояла бутылка "Столичной".
– Давай, друг, по рюмочке, до приезда гостей долго ждать, - предложил Медведев.
– Только, мужички, по одной, - предупредила Ольга.
– А я на минутку сбегаю в больницу. Больная очень тяжелая.
– А что у нее?
– Женщина на последнем месяце беременности подняла непосильную тяжесть.
– И добавила: - Я скоро вернусь!
3
Ровно в пять часов к станции подошел поезд. Из вагона, поддерживая Лидию Федоровну, вышел доктор Окунев, за ними - Егор Ильич с Горевой, худенькой, невысокой женщиной в сером полупальто и белом пуховом платке.
– Кто этот интересный мужчина?
– спросила Клава, внимательно разглядывая из окна Егора Ильича, который вел под руку Гореву и о чем-то весело с ней разговаривал.
– Это Олин начальник, заведующий райздравом товарищ Пименов, объяснил Юрий.
– А женщина, с которой он идет, жена?