Бабочка
Шрифт:
– А откуда у бедного студента такая машина?
– не удержалась я от подколки.
– С чего ты решила, что я студент, к тому же ещё и бедный?
– изумился Кира
– Ну, не знаю... Ты не мог найти работу, вот я и подумала...
– Работу я мог найти, но далеко не столь прибыльную и соответствующую моему характеру. Кстати, за сегодняшнее выступление ты получишь тысячу долларов. Если номер будет успешным, а он таковым будет обязательно, то в следующий раз гонорар составит тысячу триста.
– Как ты смог так быстро договориться?
– Игорь Николаевич, - мне показалось, что в его голосе скользнула издевка, - мой знакомый, к тому же он задолжал мне кое-что. С ним проблем не будет, а вот публика, которая посещает его заведения, мне не нравится. Как бы проблем с ними не было.
– В каком смысле?
– Понимаешь, у него работают очень дорогие девушки, которые исполняют почти любое желание клиента, главное сойтись в цене. Некоторые посетители могут настаивать на расширении спектра твоих услуг.
– Обойдутся!
– Так что придётся присматривать за твоим работодателем и зрителями. Да, ещё, не удивляйся тому, что увидишь в зале.
– А что там такое будет?
– Увидишь, поймёшь. Ввиду всего этого (и не только) я побуду некоторое время твоим личным шофером. Надеюсь, ты не против?
– Нет, так даже лучше. Вот и нужный мне дом. Спасибо, что подбросил.
– Могу даже подождать, - предложил Кира.
– Не надо. Сама до дома доберусь. До вечера.
ХХХ
Мне выделили личную гримёрку. Обалдеть. И везде зеркала, зеркала, зеркала... Аж глаза девать некуда. Стены, свободные от зеркал, закрыты драпировками. Вся обстановка состоит из мягкого бледно-голубого диванчика, двухдверного шкафа, туалетного столика и низкого пуфика, собственно, больше здесь и не нужно - комнатка-то маленькая. Единственное, что мне здесь не нравится - отсутствие на двери внутреннего замка или защёлки.
До выступления больше часа, так что можно не торопиться. Я скинула плащ прямо на диванчик (диваном это широкое кресло язык не поворачивается назвать) и выудила из шкафа приготовленный на сегодня костюм: больше всего он походил на купальник с парео, завязанным спереди, тёмно-красный, с чёрными разводами, обшитый чёрными и бронзовыми блёстками. В комплект входили также тёмно-бордовые полусапожки на высоком каблуке и парочка браслетов. Я заплела две тонкие косички на висках, вплетая в них бронзовые нити, и скрепила их вместе на затылке, остальные волосы оставила распущенными. Теперь косметика, лак... Я повертелась перед зеркалом. Нигде ничего не сковывало и не давило. Диана хотела что-то сказать, но в дверь постучали. Какие культурные! Это оказался владелец клуба. Он здесь что, сутками сидит?
– Синди, я хотел с вами поговорить.
– Конечно, походите.
– Вы прекрасно выглядите, - сделал он комплимент, пристально оглядывая меня с ног до головы. Я только хмыкнула: он меня ещё на сцене не видел.
– Синди, я весьма уважаю Кирилла Александровича, - "Так вот как Киру на самом деле зовут!" - мелькнула у меня мысль, - но считаю, что он не понимает реальной обстановки дел: я не смогу вам платить такую сумму за одно выступление. Вы умная девушка и прекрасно понимаете, что это просто-напросто нереально. Но...
– он внимательно посмотрел на меня и встретился с моим скучающим взглядом, - но я могу предложить вам полторы тысячи за вечер, с некоторыми условиями, естественно.
– Давайте обсудим это после выступления. Скорее всего вы измените своё мнение. Я...
– в это мгновение я почувствовала нарастающее и расходящееся по всему телу тепло.
– Оставьте меня, пожалуйста, одну до выступления.
– Но...
– Пожалуйста, - с силой сказала я и, отвернувшись, начала собирать в сумку одежду, в которой приехала сюда. Стоило двери закрыться, как я вытянулась, как струна, прикрыла глаза и прислушалась к себе. Подобного ощущения я ещё не испытывала. То, что я окрестила силой, разошлось по всему телу, а теперь растекалось по коже. Но в прошлый раз ощущения отличались. Сегодня сила какая-то ленивая, да и вкус у неё другой. Я протянула руку вперёд и посмотрела на неё. Ничего не видно. Но я же чувствую, как из каждой клеточки истекает этот осязаемый поток. Я резко встряхнула запястьем и ощутила, как несколько тяжёлых капель оторвались от кончиков пальцев, но их место сразу же заняли другие.
Я вновь закрыла глаза, прислушиваясь к себе, и в какой-то миг поняла, что чувствую присутствие десятков людей вокруг, их эмоции, желания. А ведь я могу ими управлять! Мысль появилась внезапно, а вслед за ней и уверенность, что это так. Эта ночь даёт мне власть, о которой ни один человек не может и мечтать. Я могу заставить этих людей полюбить, возненавидеть, убить, превратить их в вечных рабов, а могу поделиться властью и могуществом, имеющимися у меня. О, да! Я дам им то, о чём они и мечтать не могут. Я поднимусь вместе с ними на самую вершину той горы, что зовётся властью, и раскрою перед ними новый мир.
Я крутанулась на каблуке и открыла глаза: окружающее пространство было невероятно чётким, полным доселе невиданными и незамечаемыми оттенками, а также невероятной глубиной. Я быстро направилась к двери. Вялая, ленивая сила, что обволакивала меня, не выдержала такой подлянки и растянулась небольшим шлейфом за спиной.
В коридоре мне встретилась экзотичная полуодетая девушка, но я только мазнула по ней взглядом и прошла мимо. Сила нарастала, и я каждой клеточкой чувствовала последние секунды, приближающие меня к полуночи.
Только что закончился предыдущий номер. Я задержалась на пару мгновений и вышла на сцену, нечаянно задев плечом уходящую оттуда танцовщицу. Девушка вздрогнула, и я почувствовала, как по её телу пробежала волна жара, вызвавшая у меня лишь самодовольную улыбку. На середине сцены я остановилась и окинула взглядом зал. Публика была двух типов: весьма представительные, хорошо одетые мужчины, часто в масках на лицах и молодые полуобнажённые или не слишком одетые девушки и девочки, которые сидели не только на стульях, но и на полу. Так вот что имел в виду Кира. Ну-ну, Игорь Николаевич, держите карман шире.