Чтение онлайн

– Не торопись. Наслаждайся моментом.
– Моровинд стал осторожно целовать уступчивые губы.
– Ведь он так прекрасен!

– О, да!

– Он...
– Моровинд вздрогнул. В это мгновение словно что-то сломалось внутри. Исчез... исчез цветок, будто его вырвали с корнем, и на его месте начала образовываться пустота, холодная и бесчувственная. Моровинд тихонько оттолкнул демонессу, прислушиваясь к себе и хмурясь, не понимая ещё, что произошло. Красотка потянулась к нему вновь.

– Нет!
– Моровинд жёстко посмотрел в её сторону, потом подошёл к балюстраде и опёрся о перила, прислушиваясь к себе. Он с каждой секундой понимал, что утратил что-то очень важное, может быть, самое важное в жизни. Но что? Утратил... Навсегда? Нет! Судьба не может быть настолько жестокой!

– Анжелик.

Моровин, не оборачиваясь, холодно бросил:

– Уйди.

– Но Анжелик, может, я...

– Я сказал: уйди.

На балкончике резко похолодало, непойми откуда налетел пронизливый ветер. Демонесса поёжилась. Моровинд даже не пошевелился, похоже, он не замечал ничего вокруг, потом резко перемахнул через перила и пошёл в сад. Демонесса кинулась было его окликнуть, но, схватившись за перила, отшатнулась: поручни были деформированы от того, что их сильно сжали, и покрыты ледяной коркой. Но ведь это далеко не каждому демону под силу, тем более такому слабаку, как Анжелик. Он же инкуб! Подобный ему просто не может иметь такие... Демонесса нервно облизнула губы и перегнулась через перила, чтобы увидеть Анжелика. Его нигде не было, зато чётко прослеживалась дорога, по которой он прошёл, чёрная дорога из мёртвой травы, цветов и деревьев. Нет, он не может быть НАСТОЛЬКО силён!

ХХХ

Я потянулась, сидя за столом, откинулась на спинку стула и закрыла глаза. Всё-таки уроки - неплохое средство забыть о насущных проблемах. После разговора с Дианой прошло уже три часа. Странно, я ничего не чувствую. Спросить, что ли? Правда, он настоятельно просил не беспокоить. Я невольно улыбнулась: с таким "настоятельно" не спорят, потом нахмурилась, вспомнив, какое у него было радостное выражение лица, когда я согласилась. И как он со всех сил старался это скрыть. Ясно, что мне было рассказано далеко не всё, но какую именно выгоду получит от этого Диана?

Я резко встала и подошла к зеркалу. Изображение было нормальным, обыкновенным, не Дианиным! Вот чёрт! Неужто он тоже исчез? И я его больше не увижу? А-а, не хочу! Диана, вернись! Хочешь, я даже выучу твоё тупое заунывное имя? Даже Дианой называть больше не буду, только вернись!! Я горестно вздохнула, взяла телефон и набрала Ленин номер.

– Лен? Не приходи сегодня. Это больше не повторится.

– С чего ты взяла?

– Я нашла того, кто знает, что это. И он мне помог.

– Да? Расскажи! Кто это?

– Лен, давай не сегодня. Я сейчас как выжатый лимон. Я тебя завтра наберу, пока, - и отключила телефон. Так просто.

Извини, Лена, но не сегодня. Я подошла к кровати, что стояла напротив зеркала, и забралась на неё с ногами, бездумно разглядывая собственное отражение. Может, зря я отказалась? Справилась бы как-нибудь. Зато была бы со мной Диана, да и те двое объявились бы рано или поздно. А сейчас что? Вдруг я их никогда больше не увижу? Я ведь всю жизнь мечтала, чтобы у меня был старший брат, который бы меня защищал, помогал в трудных ситуациях, понимал... Или на крайний случай сестра. Эй, Диана, вернись! Я хочу, чтобы ты остался со мной, был со мной... всегда. Одной мне так одиноко! Диана!! По лицу катились жгучие слёзы, но я их не замечала.

А отражение безмолвствовало. Как и всегда.

{{{

На следующий день я не нашла в себе достаточно мужества, чтобы идти в университет и скорее всего встретить там Диму. Поэтому пришлось прикинуться больной. Мама сразу же переполошилась: а вдруг это то же самое, что было летом? Мне пришлось полчаса её успокаивать, доказывая, что со мной всё в порядке. К концу этого времени я жутко жалела, что не пошла в универ. Не рассыпалась бы, небось.

Хотя после ухода родителей всё было просто отлично. Я устроила себе лишний выходной: валялась в кровати, объедалась всем подряд, смотрела телевизор, слушала музыку... в общем занималась конкретным и блаженным ничего неделанием до пяти часов дня.

А в пять часов позвонил Стас. Судя по голосу, он только что похоронил любимого дедушку. Понадобилось минут десять, чтобы разузнать, что такого страшного у него произошло. А случилась прямо-таки ужасная вещь: я ему вчера не позвонила, и Стас решил, что его бросили. Какие мы все ранимые внутри.

Следующий час я потратила, успокаивая бедного и несчастного парня. Честно говоря, если бы своими ушами не слышала его голос, то в жизни бы не поверила, что можно так расстроиться из-за такой мелочи. Прав был всё-таки Экзюпери: мы в ответе за тех, кого приручили. А мне что делать, если я такая безответственная и эгоистичная? Ну и ладно. Быть эгоистичной иногда полезно, во всяком случае для себя.

– Ну Солнышко, Лапочка, ну не дуйся... Нет, я не могу сегодня... Ну, конечно, я тебя люблю... Просто у меня сегодня неважное самочувствие... Ну-у, у меня маленькие проблемы... Какие-какие, обыкновенные... Да ничего я от тебя не скрываю... Какой ты настырный. Ну, женские у меня проблемы... Что?! беременна?? Боже упаси, конечно, нет. Скорее даже наоборот... Ну какой ты непонятливый... Ага, вот это самое. Так что давай завтра. Нет, не надо ко мне приходить сейчас. Давай так, завтра ты заходишь за мной часов в двенадцать и мы гуляем хоть целый день, идёт?.. Отлично, значит, до завтра. Все, пока. Целую.

Я положила трубку и вздохнула с облегчением. Нет, парень - это, конечно же, прекрасно, но и от них нужно иногда отдыхать. Раньше он таким допытливым не был. Интересно, а я ему не надоедаю? Наверно, пока нет. А потом... А до "потом" доживём и посмотрим. Я подняла глаза.

– Ой, Диана! А я думала, что ты больше не объявишься. Как хорошо, что ты здесь!

– А куда же я денусь? И не называй меня так.
– Похоже, настроение Дианы было весьма хорошим. С чего бы это?
– Мне с тобой поговорить надо.