Азоринд
Шрифт:
Мужчина встал и не спеша направился к выходу из комнаты. Балье тут же попыталась связаться с посредническим номером Царга.
– Обслуживание абонента прекращено по заявлению заказчика,– сообщил механический голос.
Это означало лишь одно: помощи ждать не от кого. «Какая же ты сволочь!» – беззвучно простонала пленница, прикусив губу.
Надзиратель вернулся с полным стаканом воды и поставил его перед женщиной. Потом так же молча вернулся и сел на прежнее место.
– Если ты успел заметить, у меня связаны руки! – злясь на весь белый свет, прорычала аферистка.
Мужчина не прореагировал.
– Ты немой или разучился разговаривать?! Отвяжи мне хоть одну руку! Я же не зверь, лакать не умею.
Харзомец снова поднялся и медленно подошел к пленнице. Выплеснув содержимое стакана ей прямо в лицо, надсмотрщик ухмыльнулся и произнес:
– Учись, если хочешь выжить.
– Приехали! – Ноющая боль в локтевом суставе сменилась приступом страшного голода, словно телепортационная установка задействовала еще и энергию пассажира, вытянув из него максимум калорий. Температура окружающего воздуха тоже вносила дискомфорт в общее состояние межгалактического пассажира. Руэлс пожалел, что не успел захватить теплую одежду, да и бутерброд из будки таксофона сейчас тоже был бы нелишним.– И никакая сволочь не догадалась меня встретить. Хотя, скорее всего, это и к лучшему.
Нелегального туриста окружала темнота ночи. Судя по рисунку из светящихся точек, Транк находится на 24-ХМ. Теперь оставалось добраться до своего тайника. Деньги, местную одежду и необходимое оборудование технокрад спрятал в пещере, которую сам и прорубил в потрескавшейся от времени горной породе, когда пять лет назад готовил себе убежище.
Неподалеку от тайника была припрятана и небольшая спасательная шлюпка, способная доставить его на единственный спутник этой планеты. Луна, как называли ее аборигены, являлась практически неосвоенной, а на той стороне, которая была закрыта от наблюдателей с 24-ХМ, располагались всего три базы, изредка посещаемые людьми. В одном из глубоких кратеров Руэлс припарковал одолженную у харзомского князя Варгана яхту. Тот имел наглость не оплатить услуги технокрада, и специалист по заимствованию чужих новшеств компенсировал свои расходы по личному усмотрению.
– Ну что, Транк Руэлс, можешь считать себя в вынужденном отпуске. Тут тебя харзомцы вряд ли достанут. Да и представители родной Лирании не должны бы особо беспокоить. Здесь их не так много, я надеюсь.
Технокрад открыл чемодан и первым делом сменил обувь. Затем напялил свой костюм прямо поверх трикотажного и вытащил злополучный термос.
– Из-за какой-то маленькой бутылочки такие большие проблемы. Пожалуй, стоит поднять на нее цену. Для начала назначим восемь миллионов, а там поглядим.
Турист не успел как следует подготовиться к столь дальнему путешествию, но в его сканере имелся микрокомпьютер с необходимой информацией. По электронной карте и ориентирам звездного неба он рассчитал собственное местонахождение. Погрешность переброски составила чуть более двадцати километров. При дальности переброски в тысячи мегапарсеков это составляло мизерную величину.
Насвистывая забойный мотивчик, Транк отправился строго на север.
Посторонний шум заставил его упасть на землю и перекатиться в сторону. Два характерных щелчка пневматического пистолета полностью разрушили приподнятое настроение отпускника.
«Хрустни моя черепушка! Когда же все это кончится?»
Глава 7
Звать меня будешь Рухатым
«Кто же он такой? Почему десять лучших бойцов моего отряда не справились c одним?»
Жескон только что имел неприятный разговор с местными служителями порядка, задержавшими шестерых харзомцев. Двое из них получили серьезные пулевые ранения, остальные пострадали от едкого тумана. Еще трое в полицию не попали, но выглядели немногим лучше своих коллег.
Принцу пришлось на ходу сочинять леденящую душу историю о готовящемся убийстве князя, о слежке за подозреваемыми и приносить извинения за сокрытие этой важной информации от властей. Скрепя сердце, он оставил двадцать тысяч единвов в качестве выражения искренних дружеских чувств к правоохранительным органам планеты и теперь пребывал в мерзком расположении духа. В салоне грузопассажирского авиамобиля царила гробовая тишина. Подопечные Жескона даже дышать старались через раз.
– Олсад, как ты объяснишь провал операции? – прервал молчание принц.
Помощник Жескона ответил не сразу. Сначала он нажал на пуговицу бокового кармана, включив диктофон. Олсад считал необходимым записывать каждое слово командира, и этот условный рефлекс сработал даже сейчас.
– У нашего противника спецподготовка по уровню категории «3+». Его практически невозможно застать врасплох.
Боевая подготовка на Грохме делилась на четыре категории, каждая из которых, в свою очередь, имела три уровня: минимальный со знаком «минус», средний и максимальный со знаком «плюс». Четвертая категория считалась высшей.
– Ты в этом уверен?
– Абсолютно.
– Тогда зачем было отправлять за ним Сармона?
Жескон знал возможности каждого из своих бойцов. Сармон, хоть и являлся одним из лучших, до третьей категории явно недотягивал.
– У меня был приказ, который я обязан выполнить. Любой ценой.
Во время стычки четверо из десяти охотившихся за злополучным термосом харзомцев оставались в резерве. Они устремились за прыткой целью буквально через минуту после инцидента возле будки таксофона. Люди Олсада чуть-чуть опоздали к пункту, где Руэлс сменил гардероб, и прибыли к оборудованию господина Форга уже после отправки нелегального туриста. Охрана бизнесмена не сумела оказать достойного сопротивления выходцам с Грохмы, и под угрозой физической расправы Форгу пришлось с ними сотрудничать.
По следам беглеца отправили одного бойца (на большее мощности нелицензионного портала просто не хватало), и началась спешная эвакуация. Ни нелегальные «туроператоры», ни подопечные Жескона не хотели встречаться с полицией.
– Ладно. Куда этот тип переправился, знаешь?
– Форг называл планету 24-ХМ.
– Поглоти меня цахмера! – не удержался принц.– Попасть туда почти невозможно, а выбраться – еще сложнее. Да, сегодня мы сильно огорчим нашего князя.
Закаленные в многочисленных переделках бойцы удрученно опустили головы. Каждый из них сейчас предпочел бы оказаться в убийственной пустыне родной планеты, нежели испытать на своей шкуре гнев Лерсуна.