Чтение онлайн

— Смазливым личиком и точеной фигуркой его не проймешь, милая. Может, он взял тебя под опеку потому, что ему было приказано это сделать? Данфейт должна была погибнуть в любом случае. У Кимао не хватало сил свернуть «первоисточник». Она блокировала Кимао, не позволяя выложиться зрячему на все сто. А вот вторая дочь Герольда Белови вполне бы сгодилась для заложницы. Самое главное, при этом, чтобы она ничего не подозревала и верила тому, кто печется о ней. Ты и сейчас ему веришь, потому что он опекает тебя. А вариант того, что он снова сдаст тебя Ассоциации после трансплантации, ты не рассматривала?

— К чему так напрягаться, если можно было это сделать еще на Дереве, когда меня арестовали?

— На все есть свой ответ, — взмахнула руками Квартли. — Но, чего-то не хватает, понимаешь? Ты не можешь представить себе мотивов его предательства? Это же очевидно, Пенеола. С Пире Савис у него были очень длительные отношения. Старые связи не забываются. А в качестве приближенного к главнокомандующему МВС он был бы очень полезен. До тех пор, по крайней мере, пока Гвен не насобирает достаточное количество оболочек для вечной жизни.

— Вы давите и давите. Жмете и выжимаете. Зачем Вам вселять в меня сомнение? Если его казнят, погибну и я. Но, нет. Вы желаете, чтобы во мне поселилось тоже чувство недоверия к нему, что терзало Вас на протяжении года. Вам все не понять, почему я, вопреки вашим доводам, продолжаю ему верить, когда сами вы давно начали сомневаться.

Пенеола медленно поднялась на ноги и свысока посмотрела на Квартли. Она улыбнулась ей, хотя испытывала при этом только жалость и сожаление.

— Вам не понять, почему после стольких лет воздержания, он предал собственные обеты ради какой-то смазливой девки, которую повстречал на войне. Как же так, он спит с ней и сейчас, несмотря на уродство, от которого лично Вас тошнит. Конечно, у этого факта должно быть логическое объяснение, ведь не мог же он выбрать нечто, подобное ей! Тогда, как же Вы, первая красавица на курсе, предложившая себя Великому Райвену Осбри в качестве любовницы?! За его отказ с Вами спать вы решили отомстить, и окрутили его друга и соратника Ри Сиа, заставив глупца бросить свою матриати с ребенком и жениться на Вас. А потом «залет» и нежданное материнство. Из-за Райвена Осбри Вы погибли на Сатрионе. Потому что оставили свое чадо на руках у Ри и отправились навестить любовь всей Вашей жизни! А потом, когда страсть всей этой жизни оказалась заперта здесь, Вы всерьез понадеялись наверстать упущенное. И опять он отказал, приняв свой амирский обет воздержания. Отомстить, переспав несколько раз с мужем, который жертвовал собственной жизнью ради нескольких часов общения с неблагодарной сучкой, было недостаточно. Перспектива добиться власти и стоять выше, чем недосягаемый Райвен Осбри, ослепляла. Что ж, отец Айи вполне сгодился. На благо, он был тем еще бабником. И вот, посмотрите! Хозяйка города! А потом и Пастырь. Вот только ему все равно наплевать. У Вас трое детей? Орайя понял раньше всех, кто Вы такая. Дело за Айей и Кейти. Так что, продолжайте смотреть в мои глаза, оплакивающие ваши прегрешения. Смотрите и рыдайте, только уже за себя!

Пенеола пошатнулась, отворачиваясь от бледного испуганного лица Квартли, и присела на стул. Растерев по лицу кровь, она вновь села ровно, закинула ногу на ногу и сложила руки на коленях. Она подняла вверх свой подбородок, глядя на презренное создание с высоты своего знания, и улыбнулась.

— Я выслушаю Ваш вердикт господину Осбри сегодня вечером, — произнесла Пенеола. — А теперь, я хотела бы увидеться с ним.

И Квартли не выдержала.

— Что ты себе позволяешь?! — зашипела она. — Если он и рассказал об этом, кто дал тебе право ломать здесь комедию? Кровавые слезы?! Посланница?! Айрин Белови не может быть Посланницей! Высокомерная сука не может заслужить этот дар!!!

Квартли замахнулась и метнула «ответ» Пенеоле в лицо. Пенеола лишь выставила ладонь навстречу и сомкнула пальцы, сворачивая силовое поле вокруг.

— Когда в следующий раз Вы вонзите своей дочери клинок в грудь, не забудьте, что за это придется расплатиться своей собственной жизнью. До свидания, госпожа Квартли Соу. Познакомиться с Вами мне не было приятно.

— Мама! — услышала Пенеола в коридоре.

Квартли звал Кейти.

— Не виновен, — ответила мать и, судя по грохоту входной двери, покинула дом.

Толпа ринулась в гостиную. Кейти остановился первым, раскинув руки и останавливая остальных, норовящих залезть ему на голову. Пенеола сидела на стуле ровно только до тех пор, пока не осознала, что все на самом деле кончено. Облегчение принесло и слабость. Пенеола согнулась пополам и прижала ладони к лицу, чтобы не смотреть на всех них, с ужасом разглядывающих ее.

— Амир!!! Что с тобой?! — воскликнула Данфейт.

Пенеола подняла на нее глаза и пожала плечами.

— Я не знаю, что со мной. Но это «что-то» только спасло нам с… — Пенеола запнулась. — Спасло нам жизнь.

— Ты опять плакала?

— Я не хотела. Они начинают литься сами собой. Я совершенно это не контролирую.

— Посланница, — громко заявила Айя. — Посланники Создателя плачут, когда зрят на чужие грехи.

Такая всезнающая… Для нее все так просто… «Посланница» и все тут. И плевать на остальное… Пенеола посмотрела на Айю и сорвалась на крик:

— Покажи мне хоть одного безгрешного! Думаешь, я так и жажду рыдать над каждым из вас?

— Думаю, это какой-то дар, — попытался успокоить ее Кейти. — И как любой дар тебе придется его принять и научиться контролировать.

Пенеола натянуто улыбнулась и повернулась к Кейти.

— Спасибо, что пояснил! Сама бы не догадалась!

— А дерзить к чему?

— У кого-то это в характере… — прокомментировала Имайя.

Пенеола повернулась к Имайе и прищурилась.

— За прошлым будущего не узреть. Она сказала, что поймешь, когда потеряешь все. Скоро потеряешь.

Имайя приложила ладонь ко рту и повернулась к Эрике. Пенеола поняла, что если сейчас же не возьмет себя в руки, прочитает каждого из них. А слова… Они льются сами собой, бесконтрольно…

— Юга… Извините… — прошептала Пенеола и поднялась со стула, прикрыв глаза ладонью. — Мне нужно в ванную. Простите…

Все расступились и уступили дорогу. Пенеола помнила, куда нужно идти.

Данфейт тихо отворила дверь в гостевую комнату и вошла внутрь без разрешения. Пенеола в это время стояла в ванной напротив зеркала, упираясь руками о раковину.

— Давай, я помогу тебе, — тихо предложила Данфейт, не предпринимая попыток приблизится к ней.

— Я смотрю на себя в зеркало и не вижу ничего, кроме изуродованного лица. Ваши грехи таятся на дне ваших глаз, а мои — на моем лице.

Пенеола включила воду и начала смывать с лица кровь.

— Ты ревнуешь его к Имайе, но ни разу не сказала ему об этом. Почему? — спросила Пенеола, намыливая руки.

— Как будто это что-то изменит, — ответила Данфейт и прошла в ванную, присаживаясь на закрытую крышку унитаза.

— А тебе в голову не приходила мысль, что он может делать это специально?

— Нет, — покачала головой Данфейт.

— Он общается с ней, а тебе будто бы все равно. Это ранит.

— Если он делает это специально, я пораню его гораздо сильнее, — ответила Данфейт.