Айно

***

От небесной звезды неизвестной звезде послание.

Ты, что запахом трав на рассвете туманно-бежевом,

Позабыв о себе, даришь жизни своей дыхание,

Не забудь улыбнуться улыбкой своею нежною…

Восходя или падая вниз, не гадай о будущем.

Уходя, возвращаясь вновь, не жалей сгоревшее.

Принимай без ропота то, чем заплатят любящим.

И сияй любовью, как солнце сияет вешнее.

***

Это слово пронизано болью.

Это первый мой крик и вздох…

Для нее солонее соли –

Словно сахарный мне песок.

Для нее словно мир в осколках.

Для меня как капли дождя.

И безумно, безмерно-долго

Те осколки капель летят.

Словно в небо открылась дверца

И застыли солнца лучи.

Только слышно как сердце с сердцем

Неспокойно рядом стучит.

Для нее это слезы счастья.

Для меня… Кто найдет ответ?

Может первые такты вальса

В долгожданном танце планет.

***

Что я знал о лебедином крике?

Тех, что перья сбрасывают в воду,

Человеческую обретя природу,

Как в Нерукотворном Спаса лике…

И Божественность явленья непреложна!

Истина рождается в смирении…

Матери молчат в благоговении,

Обнимая чадо осторожно.

***

Там, где ночь встречала солнечный день,

Белая роза цвела.

В серых туманах и каплях росы

Она рассвета ждала.

Молочные реки звезд,

Кисельные берега.

Ветер споет о ней,

А я уже никогда…

Там в полях гуляла белая лань

И воду пила из ручья.

И травы склонялись пред ней до земли –

Им слышалась песня моя.

Молочные реки звезд,

Кисельные берега.

Ветер споет о ней,

А я уже никогда…

Лети моя песня до края земли

Над той чудесной страной,

Где свет надежды дарит лучи

Любви своей неземной.

Молочные реки звезд,

Кисельные берега.

Ветер споет о ней,

О той, что со мною всегда…

***

Обнажаются чувства и мысли,

Растекаясь по телу огнем,

Захлебнувшись во взгляде твоем,

Словно воздух, прозрачном и чистом.

Но привычка дышать – не нова.

Отчего ж я тогда задыхаюсь?

Так наивно очнуться стараюсь.

И свинцом налита голова…

Как же странно увидеть в глазах

Свежесть ветра – ни капельки смога!

И куда-то уходит дорога

Звездной пылью в ночных небесах.

***

На столе фиалок фонтан.

За окном замерзла вода.

Над землей свинцовый туман

И гудят провода.

Сколько жить на этой земле

И гадать на любовь и разлуку?

И смотреть, как сгорают в огне

Не рожденные звуки

Центробежной любви…

***

Догорает тихо костер,

И слова на листках еле тлеют.

Я сквозь дым вижу глаз укор.

Тех, что лгать не умеют.

Провожаю искры и дым,

Свои слезы не прячу.

Я пойду, где увижу следы,

Все же веря в удачу

Центробежной любви…

***

Каждый день, забываясь, в бой.

Не гадая, что там случится.

Замирая мертвой строкой,

В небе тая живою птицей.

Растекаясь кровью в траве

Остывая росой на теле.

Я живу ли собой в тебе?

Или… Что там на самом деле?

Пара слов, теплый взгляд, да вкус

Нежных губ – это суть ответа.

Новый день – снова в пекло рвусь

За любовь иного завета.

***

Держу на пульсе…

В тисках тоски.

Есть капля грусти,

Да две руки.

Хотелось больше

Еще б на две…

Но дальше дольше –

Не по себе.

И сны размыты,

И ты – не та.

Но сердца ритмы

Хранит рука.

***

Я выдержу или нет?

Какая такая загвоздка?

И бьется раскрытым крылом

В раскрытую душу она.

Из тьмы возрождается свет…

А кто обещал, будто просто,

Когда в одиночестве l’homme

И за руку держит тоска!

Разбиться о воду любви…

Ну что ж, принимаю такую.

Водой дождевою с небес

К земле устремляясь нагой.

Не жди, не ищи, не зови…

Я чашу свою не миную.

В тоске растворившийся весь,

К тебе устремляясь душой!

***

Как мне жить? Не знаю.

Боль, тупая боль…

Словно умираю,

Взгляд увидев твой.

Ты… Молчу и только

Прячу сердце я.

Кто мне скажет, сколько

Стоит жизнь моя?

Я б ее всем весом

Отдал невзначай.

Стань моей невестой!

Цену назначай!

Но боюсь услышать

Голос милый твой:

«Есть лишь грошик лишний –

Я живу тобой».

И стою недвижно,

В сторону смотрю.

На себя обижен,

Что тебя люблю…

***

Кто выдумал семь нот,

Так поскупясь на восемь?

И вместо, нежно, Ты…

Звучит привычно, Он.

Зима, тоска, метель

«…И холод острых сосен…»

Иных мелодий строй

И звезд упавших звон.

Но каждой под ногой

Сверкающей, упавшей,

На смену вновь взойдет