Чтение онлайн

– Прежде, чем уважаемый Совет приступит к реализации своего скоропалительного решения, я хотел бы довести до всех присутствующих некоторую информацию. Я уверен, что она поможет многим понять, какую ответственность они возлагают на себя, идя на поводу группы лиц, заинтересованных в дестабилизации существующего положения, определенного Кодексом Свода законов.

– Мы не позволим повернуть ход собрания Совета Правителей в ложное русло софистики! – резко усилил тон избранный лидер фракции Пентадиона. – Этими приемами можете кормить своих приспешников! Всем хорошо известно, что к дестабилизации и утрате экономических преференций привела выбранная руководящая линия нынешнего Верховного Правителя! Его мягкотелая политика, или, если быть точным, преступная намеренность действий, поставили на грань полного краха нашу систему политических и экономических ценностей! Настало время решительных перемен! Прошу уважаемый Совет принять во внимание всю трагичность и сложность момента для принятия самых радикальных мер по немедленному исправлению сложившегося положения в Консорциуме! Ваше слово, милинеры!

– Теперь, когда мы выслушали программный манифест оппозиции, - немедленно вступил Магденборг, едва закончил свою речь лидер Пентадиона, - я могу с полной уверенностью в правильности своего следующего шага ознакомить Совет со следующими документами, ясно говорящими об измене в наших рядах. Им стало руководство фракции Пентадиона, представители которой вступили в преступный сговор с нашими самыми непримиримыми конкурентами! Разрешите продемонстрировать эту информацию, фактическое подтверждение которой лежит передо мной вот на этих видеопластах!

Магденборг блефовал. Никаких конкретных материалов о сотрудничестве членов фракции Пентадиона с Консорциумом Североамериканских Штатов не было. В его распоряжении были всего лишь договора на поставку технологий, на которые в это время был введен мораторий. Их заключили представители Северной Секвенции, но выполнение договорных поставок так и не было осуществлено. Но сейчас это было уже неважно. Верховный Правитель точно рассчитал – ему нужна была любая пауза. Не дожидаясь решения кворума на демонстрацию документов, не включенных в заявочный протокол собрания Совета, Магденборг развернул один из видеопластов и на большой сфере главного экрана зала Совета Правителей появились несколько фигур, в одной из которых присутствующие узнали стоящего посреди фракции Пентадиона вновь избранного лидера Холмквиста. Разговор уже шел, и его продолжение ясно сказало о свойстве и намерениях его участников:

… - как только получим гарантии, мы со своей стороны немедленно приступаем к трансферту первой части обговоренных сумм. 

Милинер Холмквист положил верхнюю руку на серый треугольник, очерченный перед ним на столе. Остальные двое, проделав то же самое, видимо, остались удовлетворены полученной информацией, так как один из них довольным тоном произнес:

– Этого достаточно. Во всяком случае, при известном развитии событий можете рассчитывать на нашу поддержку вашего движения в существенно больших объемах…

Магденборг после этих слов выключил видеопласт. Подняв обе правых руки, он этим самым дал понять, что следующие его слова будут сказаны на уровне принятия решения Совета.

– Из этих слов совершенно недвусмысленно следует только одно толкование: сверхгуманы, вступившие в сделку с нашими конкурентами имели своей целью разрушить незыблемые устои нашего общества, тем самым, погубить Западноевропейский Консорциум как суверенный и передовой оплот системы правления на планете. Я, как полномочный и законно избранный Верховный Правитель Западноевропейского Консорциума милинер Магденборг, своим единоличным решением, основанием которого является соответствующая статья Свода Кодекса законов, совершаю тяжелый и, вместе с тем, единственный шаг – сверхгуманы, на данный момент составляющие сообщество, именуемое «фракцией Пентадион» должны быть подвергнуты немедленной изоляции в Трудовом резерве без права реинкарнации на весь период нестабильного положения в Консорциуме. 

Зал первое мгновение сохранял полное молчание. Затем, будто очнувшись, взорвался металлическим дребезгом пальцев, криками на возможно доступных уровнях мощности блоков речевых синтезаторов и яростными сполохами световых кругов всех фракций. Среди этого стихийного взрыва только двое сохраняли полное спокойствие – Магденборг и стоящий чуть поодаль Традецки. Они уже знали, что шеф-генерал Дитерсон только что развернул своей корпус вокруг здания и несколько штурмовых групп готовы блокировать все индивидуальные входы в ложи фракций. Осталось дать сигнал к захвату оппозиционеров и всех сочувствующих им. Это сделать было необходимо сейчас. Любое промедление, что Магденборг знал из истории человеческой цивилизации, - и драгоценное время было бы необратимо потеряно. Таких примеров было предостаточно. Их с лихвой хватило для того, чтобы понять, - если не отсечь скверну сразу, она поразит и тех, кто при любом другом политическом раскладе остался бы в лагере союзников. 

Не колеблясь более ни секунды, Магденборг послал условный сигнал. Тотчас же, будто выросшие из-под перекрытий зала в каждом из шлюзов секций фракций появились солдаты гвардии Дитерсона. Их молчаливые огромные фигуры с полным вооружением в четырех манипуляторах из шести произвели настолько устрашающее действие, что все шумы, до сих пор переполнявшие зал Совета Правителей, мгновенно смолкли. На подиуме появился шеф-генерал Дитерсон, который подойдя к Верховному Правителю, отрапортовал:

– Милинер Верховный Правитель! Вверенные моему командованию части второго гвардейского корпуса, согласно вашему распоряжению прибыли для подавления мятежа. Разрешите приступить к исполнению? 

– Делайте свое дело, шеф-генерал. Согласно положению в Кодексе Свода законов и ради политического суверенитета нашего Консорциума и его законопослушных милинеров…

Глава 13

Марк не ошибся. Волна непонятной суеты докатилась до них через несколько минут. Он не удивился, когда принял сигнал к построению и, автоматически выполняя определенные артикульные действия, увидел, что Хэд и Боди проделали тоже самое. Будто кто-то огромной гребенкой прошелся по беспорядочной черно-панцирной толпе десантников и они, не сделав ни единого лишнего движения выстроились в идеально равные шеренги.

– Ха, значит мы для них не более, чем одна боевая единица, равнозначная всем и каждому в этом строю, - шепнул Боди Марку. – Отлично! Вопрос о нашем разобщении снят.

– Ну, это еще не конец. Вон там, видишь, какой-то главный вояка собрался что-то нам говорить. 

Марк также увидел, что в самом начале построения, метрах в четырехстах от них по диагонали на свободное пространство перед строем вышли трое. В своем нормальном мегалоновском обличьи услышать их оттуда, где стояли друзья, а тем более увидеть, было, по меньшей мере, нереально. Но сейчас Марк, Хэд и Боди только переглянулись. Их конструктивы не только предоставляли возможность, но и демонстрировали все в мельчайших подробностях. Из этой троицы один стоял чуть впереди. Он был облачен в форму штурмкапитана. Его лицо, с застывшим сурово-волевым выражением на нем, не давало повода усомниться, что это бывалый вояка, и сомневаться в его приказах было бы, по меньшей мере, опрометчиво со стороны ослушника.

Без всяких предисловий он на мощной звуковой волне проорал:

– Я штурмкапитан Блуа! Я ваш командир и хозяин всех ваших ничтожных мозгов. Только от меня будет зависеть, жить вам дальше, или сгинуть! В бою от вас требуется только одно – без размышлений исполнить приказ! Только так у вас появиться шанс на продление вашего никчемного существования в случае деструкции. Если мне или вашему комону только покажется, что кто-то засомневался или промедлил в исполнении боевой задачи, ваши шансы уцелеть для дальнейшей жизни будут равны нулю! Это всем ясно?!