Чтение онлайн

— Боюсь, что его мечтам не суждено сбыться, — парировал Крус.

Тарантус весело блеснул бельмами:

— Поживем — увидим!… Да, я забыл вас спросить: зачем вы спрятались в гроб? У вас тоже есть серьезные основания бояться автоинспектора?

— Нет, — ответил Крус, — просто я думал, что это снова из телевидения.

— Надоело быть героем сериала?

— Болтовня Касаса надоела.

— А, по-моему, это образованнейший человек, — возразил Тарантус.

Машина со скрежетом затормозила перед крыльцом полицейского участка. Автоинспектор повернул к задержанным злорадное лицо:

— До утра покормите наших тюремных вшей, потом разберемся…

— Вшей все же лучше, чем червей, — философски изрек Тарантус, покидая машину. Вспомнив об Изабелл, добавил: — Хотя наша дама, несомненно, предпочитает блох…

Крус взглянул на чистоплотную Изабелл, ожидая ее гневной реакции. Но увы, упоминание о маленьком прыгающем паразите всколыхнуло в сердце бывшей обитательницы апримских подворотен, казалось бы, навсегда уснувший инстинкт бродяжничества. И вместо того, чтобы хватить обидчика за ногу или хотя бы зарычать на него, Изабелл благодарно лизнула его черный лакированный ботинок!

Крус с возмущением отвернулся, не подозревая, что этим унизительным актом лизания дело не кончится и что проснувшийся в Изабелл бродяжнический инстинкт едва не станет причиной непоправимой беды для них обоих…

Тыча пальцем в брошюру, Фоббс распекал Абабаса, который спешно — с помощью ломика — демонтировал генератор смеха:

— Тут же ясно написано: "Для передачи рецептеру «смехус диаболикус» вращать рукоятку слева направо, — Фоббс сделал несколько вращательных движений по ходу часовой стрелки. — Слева направо, слева направо, а ты куда крутил, болван?

Абабас сделал ломиком несколько оборотов против часовой стрелки:

— Так и я слева направо, слева направо!

Озадаченный Фоббс описал рукой круг по ходу часовой стрелки:

— Слева направо…

Затем сделал круг против часовой стрелки:

— Тоже слева направо… Что за чертовщина?… Вызвать ко мне автора инструкции, я с него семь шкур…

Взглянув на обложку брошюры, Фоббс прикусил язык: в левом углу, поверх грифа «совершенно секретно» стояла резолюция самой королевы: «И совершенно смешно. Браво!»

Фоббс спрятал в карман инструкцию:

— Отставить, я поговорю с ним потом. Давай сюда этого Цезаря!

В кабинет ввели Гриса.

— Прошу, — Фоббс указал ему на стул, с которого свисали обрывки разноцветных проводов. Грис передернулся.

— Нет, он уже не работает.

Видя, что Грис колеблется, Фоббс приказал Абабасу:

— Сядь!

Абабас осторожно опустился на краешек стула и испустил короткий хриплый смешок.

— Что такое?! — взревел шеф.

Абабас вскочил со стула и вытянулся в струнку:

— Все в порядке, шеф.

— Убирайся, — бросил Фоббс и снова обратился к Грису:

— Прошу вас, Цезарь, садитесь.

Грис присел и по его холеным щекам потекли холеные слезы.

— Будьте мужчиной, — ласково заговорил Фоббс. — Не к лицу Цезарю лить слезы перед каким-то полицейским. Я понимаю, нервное потрясение: наломать столько дров и потом так глупо попасться! Ну что ж, как говорят в народе, сколько веревочке ни виться, а пора и, на электростул садиться.

Грис задергался, словно через него снова пропустили электрический ток.

— Нет, нет, это я так, к слову, — успокоил его Фоббс, — за искреннее признание гарантирую вам пожизненное заключение в санатории тюремного типа.

— Я никого не убивал, — пролепетал Грис.

— Все идет, как по писаному, — усмехнулся Син-син и перевернул страницу лежавшего перед ним режиссерского сценария.

Крус и Изабелл сидели на нарах, слушая господина Тарантуса. Вице-президент общества мнимых слепых увлеченно говорил, расхаживая по камере:

— Даже у нас, на родине ангелов-брахицефалов, сохранились останки какого-то милосердия. Вот на эти реликтовые чувства сострадания мы и рассчитывали, создавая королевское общество слепых. Ведь в понятии рядового гураррца, который не мыслит себе жизни без телевизора, самый несчастный человек — это, конечно же, слепой! Следует признать, господин Крус, что результаты превзошли наши самые дерзкие ожидания! Стоило нам притвориться, что мы ничего не видим, как мы стали видеть все, что творится в нашем королевстве, и даже за его пределами!… Да, да, у нас есть и зарубежные филиалы, но об этом как-нибудь в другой раз…

Тарантус вынул из кармана блокнот, полистал его:

— Надеюсь, вы не станете возражать против рабочей гипотезы, что перспективность любого предприятия определяется в первую очередь индексом прибыли? Так вот, по разделу «шантаж на семейной почве» за пять месяцев текущего года мы имеем… один момент, у меня всe записано… вот — два миллиона сто двадцать тысяч сорок восемь гурарров чистого дохода! Для сравнения напомню, что за тот же период королевское семейство увеличило свой доход лишь на два миллиона тринадцать тысяч гурарров — сведения получены из самого надежного источника, но об этом позже… Хотите еще пример?… Тогда возьмем графу «злоупотребление служебным положением»…

Дверь распахнулась:

— Гражданин Крус и гражданка Изабелл на выход!

— Так что передать президенту нашего общества? — захлопнув блокнот, шепотом спросил Тарантус.

Крус бросил с порога:

— Передайте, что я доберусь до него!

— Боюсь, как бы для этого вам не понадобился поводырь! — крикнул вдогонку Тарантус. — До скорого, зайчик!

Последнее относилось к Изабелл, которой из-за «налапников» пришлось действительно прыгать по-заячьи…