Шрифт:
Глава 1
…Конечно, кому понравится испытывать симпатию к человеку, который обречен.
Осетин ушёл, оставив Сашу одну. Девушка некоторое время постояла, посмотрела на лениво качающиеся волны и отошла от иллюминатора.
Радовало уже то, что её никуда сегодня не позвали. И она снова может побыть в одиночестве. Зря только наряжалась.
Первым делом, Саша, открыв чемодан, достала простое платье. Своё. Не купленное Олегом. И переоделась в него. Несмотря на поздний час, сорочка и халатик пока были неуместны. Никто не давал гарантии, что Олег не вернется через полчаса и не потащит её на палубу.
Опасения Саши оказались напрасны. Разложив вещи, она присела на кровать и даже подпрыгнула на ней, проверяя качество матраса. Тот под ней даже не шелохнулся.
А, между тем, усталость брала своё.
Саша, чтобы не уснуть прямо сейчас, встала и снова подошла к иллюминатору. Может быть, прогуляться? Стоило вспомнить контингент приглашенных, как желание мгновенно пропадало. Не её уровень. Что она будет делать на палубе, да ещё и в одиночестве?
Море, пусть и из иллюминатора, успокаивало.
Саша поняла, что готова смотреть на волны часами. Красиво. Завораживающе.
Краем глаза она заметила, что к яхте подплывает ещё один катер. Почему-то в глаза бросилось, что он поношен и имеет черный окрас. Саше стало любопытно. Она присела и постаралась заглянуть вверх, чтобы получше рассмотреть прибывших. Пришлось даже изогнуть шею. Саша редко наблюдала за другими, да и жизнь незнакомых людей её мало интересовала, а тут на неё что-то нашло. Видимо, из-за того, что находилась в незнакомом месте, которое её изрядно напрягало. Да и Олег хорош… Оставил её одну. Хотя последнее, наверное, было к лучшему.
Саша сначала увидела людей в черном. Этакие персонажи из боевиков. Спортивного телосложения мужчины, чьи лица невозможно было рассмотреть. А потом показались девушки. Саше также не удалось даже приблизительно их сосчитать, лиц тоже не было видно. Девушки из эскорта? Скорее всего.
Отчего-то стало не по себе. Саша охватила плечи руками и отошла от иллюминатора. Знакомый Олега решил развлечь гостей по полной? От одной мысли, что Олег воспользуется услугами вновь прибывших красоток хотелось выть. Да и вообще… Что-то у неё не только нервы расшатались, но и здоровье за последние сутки заметно ухудшилось.
Неужели…
Пошатнувшись, Саша кое-как добралась до кровати и легла на спину. Протяжно выдохнула.
Девушка не заметила, как по щекам покатилась одинокая слеза, и тоска навалилась неимоверная.
Она хотела побыть хотя бы немного счастливой… Чуть-чуть… даже вот таким иллюзорным способом.
Чего греха таить, Саша думала, как и где она бы хотела умереть. Не в больничной палате – это точно, среди запаха лекарств и под сочувствующие взгляды персонала. Ей предлагали в родном городе очередной курс лечения, от которого она отказалась. Даже родные не стали настаивать. Да и врач, кстати, тоже. Все понимали, что его предложение – формальность. Говорят, врачи за время практики ко всему привыкают. Саша на собственном примере убедилась, что так и есть.
Дома – тоже не хотелось. Да и дома, как такового у неё теперь не было. Квартира крестного? Чужая…
Родители воспитывали Сашу в особом отношении к дому. Дом – это не четыре стены, это не постройка, где ты живешь или спишь. Дом – это душа семьи. Это живой организм, к которому необходимо относиться соответствующе. Не зря же говорят, что дома и стены лечат. Так и есть. Саша была полностью согласна с высказыванием. Ей ли не знать… После долгого лечение возвращение домой она сравнивала с глотком свежего воздуха. Она прикасалась к любимым вещам и улыбалась сквозь слезы. Старый, потрепанный мишка, который есть у каждой девочки, ждал на кровати. Тетрадь-дневник, которую она завела в десять лет и доверяла ей все переживания взрослеющего ребенка. Любимые шорты, которые давно стали малы, но которые невозможно выкинуть, потому что они – часть тебя. Заколки и духи. Скляночки, что нереально заставить себя отнести в мусорное ведро.
А ещё аромат, присутствующий в каждом доме, в каждой квартире. Неповторимый и который всегда ассоциируется у каждого проживающего с чем-то особенным, своим. Для кого-то это пироги бабушки или плов мамы. Для Саши – чай папы. И их разговоры. Могут ли разговоры между родителем и дитем иметь запах? Однозначно. Запах теплоты и любви.
Саше повезло. Пусть мама была скована в проявлении чувств, зато папа с раннего детства говорил ей о любви.
– Мы не боимся обидеть тех, кто нам дорог. Можем оскорбить, задеть – говорил он. – А в любви признаться не умеем. Почему? Что тут такого страшного сказать: «Я тебя люблю», показать особое отношение к нему.
Саша не могла не согласиться с папой.
Он, как всегда, был прав.
Как же она по нему скучала! Сильно. И сейчас впервые за время её так называемого путешествия ей отчаянно захотелось с ним поговорить. Увидеть его… в последний раз…
Возможно, от того, что никогда ранее Саша не чувствовала себя подошедшей к краю… Совсем близко. Жжение в груди усиливалось.
И снова в голове возник крамольный вопрос – неужели?
Да, как ей и думалось ранее, умрет она не в родных стенах. В море. Наверное, тут попахивает романтизмом. Глупым и наивным. Как и она сама.
Саша прикрыла глаза.
А ещё она хотела умереть во сне. Старики говорят, что это самая благодатная смерть. Закрыл глаза и ничего не почувствовал. Тебя просто не стало. Так и она.
И тут усмешка скривила губы. Олег не обрадуется подобному исходу.
Прости… Как уж есть.
Саша даже была рада, что рассказала ему, насколько серьезны у неё проблемы с сердцем. Собираясь с ним в отпуск, она подготовилась. Позвонила Григо и попросила «мониторить» новости об Осетине.
– Ты же сможешь?
– Ты чего надумала, Шурик?
– Я тебя спрашиваю – сможешь?
Тишина в ответ была недолгой.
– Допустим, смогу.
Саша не ошиблась в Григо – его ожидало большое будущее. Жаль, только в криминальной сфере. Толковый парень, не хотелось бы, чтобы он испортил себе жизнь, наделав непоправимых глупостей. Но она верила в него и в его цепкую хватку. Тот умел просчитывать ходы. Даже с ней. Отправил её на аукцион именно тогда, когда дежурный врач отсутствовал. Саша не удивилась бы, если бы Гоша приложил и к этому руку.