Чтение онлайн

Прыщ чувствовал: этот шпион, самая презираемая и проклинаемая всеми Ветвь линии Сильных, видит его насквозь. Его предательство, как на ладони, и участь его предрешена – Высокий Трибунал и Крайняя мера…

Единственное, что он не мог взять в толк – как вместе с ним в орудийном коконе оказался Правый помощник? Ведь он оставался на мостике, приняв на себя командование бригом…

…Мим с удовольствием вновь примерил маску Летуна.

Это одна из любимых масок. Самая независимая, и возвышенная Ветвь, свободная от строгой регламентации жизни на поверхности Миров, привязанная лишь к Пространству, любящая лишь полет…

Вопрос в другом: удастся ли ему обмануть хитрого и подозрительного Нюхача?

– Итак, давайте определимся: как же все было в действительности? – вкрадчиво спрашивал Нюхач. – Каким образом высшие офицеры брига оставили в пылу боя корабль, бросив экипаж на произвол судьбы?

Свет ярких ламп резал глаза – стандартный прием на допросах во всех частях Галактики. Нюхач сидел в удобном кресле, допрашиваемые – на низких, крайне неудобных металлических табуретах.

– Я… Я не бросал… – Прыщ был мертвенно бледен. Ему не хватало слов, он заранее смирился со своей участью, оправдываясь лишь по инерции.

Мим же не собирался сдаваться. Более того – он чувствовал вдохновение.

– Мой Вожак никого не бросал, – гордо заявил Летун в теле Гора. – Это я принял решение спасти его как единственного свидетеля нападения Россыпи…

– Вы уже знали, что это Россыпь? – быстро спросил Нюхач. – Ведь нападение было внезапным.

Однако надо быть внимательнее со словами! Логические игры с Нюхачами очень опасны…

– Они и не скрывали, – небрежно пожал плечами Гор. – Так сразу и объявили в эфир: «Присоединяйтесь к Россыпи или будете уничтожены».

– Так-так… – проговорил Нюхач. – Дальше!

– Дальше, когда корабль был охвачен плазмой, и защита начала слабеть, я понял, что пришел конец, и решил спасти самого ценного и знающего члена экипажа. Конечно же – Вожака. Ведь Конгломерат должен знать, с чего все началось…

Прыщ сначала недоуменно косился на этого странного Летуна, лица которого он никак не мог вспомнить, и постепенно начинал верить в его слова. Убеждение Мима действует на всех – даже на молчаливых Мусорщиков.

Конечно же, он – никакой не трус, и не предатель. Он – свидетель великого и трагического часа, когда коварная Россыпь ударила в спину вскормивших ее Миров. Да, да! Именно так все и было!

На лице Прыща появилась скромная гордость. Он даже отвел взгляд от Нюхача, посмевшего подвергнуть сомнению его лояльность.

А Правый помощник смаковал подробности:

– Бриг начало трясти – еще немного, и перегрузки развалили бы его на куски. Тогда, зная, что это грозит Трибуналом, я принял решение. Да, я схватил Вожака – и ушел по скоростному рукаву на орудийную палубу. Большинство канониров были уже мертвы, переборка из последних остатков композита заращивала пробоину. Я понимал, что спасательные капсулы будут расстреляны врагом, а потому бросил бесчувственное тело Вожака…

– Бесчувственное? – переспросил Нюхач.

– Конечно! – развел руками Правый помощник. – Разве Вожак позволил бы увести себя с мостика, не будь он тяжело контужен?

Прыщ смотрел на Гора с восторгом. Он уже верил в свое героическое ранение, и в душе его играли торжественные трубы.

… – Так вот, – продолжил Правый Помощник. – Я бросил его бесчувственное тело в оружейную капсулу. И тут лучом среднего калибра пробило броню. От высокого жара на мне вспыхнула форма. Я успел отстрелить ее, прежде, чем нырнул в капсулу вслед за Вожаком…

– А почему же вы не остались на корабле? – нахмурившись, спросил Нюхач. – Ведь вы выполнили свою миссию… Э… По спасению свидетеля славной битвы?

– Как же он мог остаться? – с горечью бросил Прыщ. – Если пробило броню и настолько поднялась температура – это просто самоубийство. Он же не Вожак, чтобы уходить в Счастливый мир вместе с гибнущим кораблем…

Гор мысленно зааплодировал. Это самый высокий класс игры Мима – когда одураченные зрители начинают подыгрывать тебе в создаваемой тобой же иллюзии. Осталось добиться такой же реакции от Нюхача.

Но тот выглядел совершенно непробиваемым. Его не трогал рассказ о героических подвигах звездных пограничников. Его интересовало одно: где в показаниях задержанных таится слабое звено, потянув за которое, можно вытащить доказательство измены. А еще лучше – свидетельства шпионажа в пользу врага.

Это было бы идеальным ключом к продвижению по служебной лестнице. Ему убийственно наскучила служба на одиночном бриге. Хотелось получить настоящую работу, лучше всего – нелегальную, в чужих Мирах, во вражеских тылах. Ведь тяга к шпионажу у Нюхачей заложена генетически. Здесь же попросту негде развернуться…

– Допустим, – сухо сказал Нюхач. – Давайте перейдем к другому эпизоду: откуда здесь взялась яхта класса «экселент»? Кто пытался вскрыть кокон? И зачем его заварили обратно?

Гор дал возможность высказаться Прыщу. Тот не нашелся, что сказать. Все-таки, фантазии у этого Летуна не было. Или сказывалась длительная заморозка?

– Я могу только предположить… – неуверенно сказал Правый помощник. – Заметив ваше приближение, те, кто вскрыл кокон, увидели, что внутри – ничего ценного. И просто сбросили его, чтобы уйти в прыжок…

– Не успели, – усмехнулся Нюхач. – Только идиот мог рассчитывать на это.

– Яхта «экселент»… – задумчиво проговорил Прыщ. – А ведь такая уже нарушала границу в этом районе…

Гор с интересом посмотрел на своего товарища по несчастью. Уж не его ли корабль однажды пытался задержать Сестру – когда они с Нейлой впервые прорывались в сторону Вольных миров?

Космос тесен.

Несмотря на свою черноту и бескрайность…

– Яхта в трюме, – поделился Нюхач. – Экипаж отказывается выходить. Ничего, вскоре мы ее вскроем, и все встанет на свои места. Старший! Увести задержанных!