Атлас Богов

...где-то во мраке, в древнейшей тюрьме на границе Пустоты...

...Сотни сакральных имен канули в забвение. Тысячи храмов в его славу, возводились и разрушались сменяющими друг друга эпохами... Счет, миллениумам заточения был давно потерян Забытым, но титаническая Астральная тюрьма так и оставалась нерушимой. Даже спустя минувшие миллионы лет - магические стены, не ослабевая продолжали давить на своего заключенного где-то за пределами мира, на грани с Бездной и бесконечным Ничто. Но воля... искаженный разум... и неугасимая ярость - горели в нём с прежней силой! Пусть и не во всю былую мощь, а так... на краю забвения, будто в дремотном, кошмарном сне, от которого он постоянно просыпался в ярости.

Иссохший нечеловеческий остов, в искорёженном, когда-то неразрушимом доспехе, распятый на границе мироздания - вот, что сейчас представлял собой, некогда могучий Древний. Но что-то внутри, некая тонкая ниточка судьбы или издевающегося злого рока - изредка шептала о возможности возврата былого величия...

Может, вечно тлеющий огонёк злобы на заключивших его в тюрьму врагов стал причиной того, что он не смог сойти с ума? Или наоборот - ему казалось, что он не потерял остатки разума? Не-ет, этого просто не может быть. Ведь где-то на грани расползшегося по бескрайней вселенной сознания, появилась тень возможности вырваться из клетки проклятых самозваных судей! И этой возможностью он собирался воспользоваться при первой же удобной возможности, прокрутив миллионы вариантов развития событий за столь долгий срок заключения...

Когда-то, владыка целого мира и всех его тонких планов, был низвергнут «Новым Порядком» в Бездну вместе со всеми его порождениями, за планы бытия... в гордом отказе подчинению непризнанной им новой Высшей Воле. Для него великая битва была проиграна, но не война, далеко не война...

Возможность.

Тысячи тончайших нитей его воли протиснулись сквозь громады придавивших массивов могучих заклятий его врагов, и нашли отклик в ослабших разумах смертных и... бессмертных. Нет, Древний не имел возможности управлять Своевольными, наоборот - это они делали свой, судьбоносный Выбор!

Он постоянно посылал им свою волю, тончайшими отголосками доходившую до струн их души нотами Темной музыки, волю, в которой был четкий приказ ждать, копить Силу и искать любые зацепки о его заключении. Эти запредельные старания изредка начинали приносить плоды, пусть много поздние, но кропотливо взращённые самой вечностью.

Изначально, неумелые последователи создавали целые секты поклонения ему под разными именами, имеющие впоследствии печальный опыт уничтожения и преследования по всем мирам. Это изрядно выматывало и даже невероятно бесило, выжигая оставшиеся крохи спокойствия. От того он всякий раз приходил в бешенство! Но спешить в таких делах было попросту некуда, и холодный расчет всегда брал верх над яростными эмоциями.

Великое терпение.

Скрупулёзно, терпеливо и старательно, тратя на это не одно тысячелетие, он возводил новые культы, идеи и принципы в слабых душах. В конце концов, сумев добиться устойчивого успеха, Древний вёл их по нужному пути уже несколько тысяч лет.

И вот, совсем неожиданно, его внимание привлёк чистейший восторг, прошедший по духовной нити, от одного из многих миллионов преклонивших колени перед истинным Мраком последователей...

*****

Огромная, залитая светом луны ночная аллея, обычно тихая и спокойная - в один миг утратила свою привычную безмятежность. Старческий мудрый голос с небывалой силой уповал на чью-то безмерную твердолобость и безответственность.

– Глупцы! В который раз говорю - пропустите меня внутрь!
– старейший прорицатель Дарийского Аркана пытался протолкнуться через охрану роскошного поместья Архимага.
– Он должен знать!

– Ночью?! Совсем сдурел, старый?
– охрана поместья боялась даже помыслить о последующем разносе после сообщения о безумном старике, смеющем нарушать покой главы государства магов, но и на пророка косились с опаской: а ну как выдаст час смерти, и живи потом с этим всю оставшуюся жизнь в страхе.
– Я все записал, но какой здравый человек поверит этой выдуманной писанине?

– Дайте мне с ним поговорить, дети Бездны! Лично!!
– старик с руганью снова рванулся через ночную охрану, но повис на руках магов, бессильно повиснув на руках стражей, продолжая проговаривать отдельные бессвязные части из его недавнего пророчества.

К шуму у ворот стягивалась дополнительная охрана, привлеченная необычным для такого времени суток действом.

– Старик, знаешь ли ты, сколько таких за последние месяцы отлавливаем?
– маг говорил с сочувствием.
– Весь прошлый год одни «пророки» да «ясновидящие» совались с предостережениями да видениями! И всем, как и тебе, именно к архимагу на приём, магистры ведь слишком мелко плавают! Теперь вот ты пришел. Если бы не твой почтительный возраст, то поступили бы, как с остальными...

Старик оставил попытки пройти через охрану, тем более, за столь малое время, количество любопытных охранников удвоилось и многие из них стояли с сочувствующей полуулыбкой на лице.

– Придёт время - вспомните старика...
– проскрипел старец и пошел прочь, опираясь на сухую ветку, которая служила ему вместо трости.

Старший охраны ещё долго провожал взглядом неспешно удаляющуюся фигуру от особняка главы государства магов, и почему-то, в его душу закрадывались нотки сомнения в своём поступке. Слава пророка многого стоила, но четкий приказ никого не впускать нарушать было не в его полномочиях.

Массивная темная цитадель привычно и величественно возвышалась над столицей Кулантийского союза - трёх объединённых государств, братски сплетённых воедино после великих войн древности. Местная знать и высший свет больше привыкли величать столь радостное событие Кулантийским Триумвиратом. В столь кричащем названии сквозила какая-то покрытая тёмным налётом сплетен и заговоров тайна, передаваемая шепотом лишь в высших кругах посвящения: истинных правителей-то было всего двое...

Тёмные коридоры Риадского Чертога хранили много тайн. Мрачная репутация главного средоточия мракопоклонников давно имела особую известность в кругах посвященных, пугающую даже опытных некромантов и магов Тьмы своими мерзкими запретными ритуалами и обрядами, проводимыми в секретных залах. Но сами хозяева не видели в них ничего из ряда вон выходящего, так как давно привыкли к подобным мероприятиям, и не одну сотню раз, лично в них принимали участие.

И все же, сегодня в тайных залах из черного камня, полы которого были давно пропитаны кровью всевозможных ритуальных жертв, царили покой и тишина. Не звучало ни привычных стонов, ни хрипов и душераздирающих воплей о пощаде, сопровождающихся выбросами эманаций Тьмы и Смерти от ритуалов, которые и притягивали сюда все новую нежить из неизученных древних подземелий.