Чтение онлайн

Как только подводный аппарат АДУ закончил работу, «Си венчур» сразу направился на базу снабжения ММУ в Трабзоне, черноморском порту, белоснежные строения которого виднелись далеко на южной части горизонта. Катя наслаждалась возможностью отдохнуть и расслабиться. Она загорала на палубе в элегантном купальном костюме, оставлявшем мало места для воображения. Неподалеку от нее Джек тщетно пытался сконцентрироваться на разговоре с Костасом и Маклеодом.

Костас давал Маклеоду советы, как лучше составить карту месторасположения затопленной морем неолитической деревни и делился опытом фиксации на местности затонувшего древнего минойского судна. В конце концов они пришли к единому мнению, что «Сиквест» должен как можно скорее присоединиться к «Си венчур» в Черном море, чтобы использовать более совершенное оборудование для тщательного исследования морского дна. Еще одно судно уже прибыло к «Сиквесту» из Карфагена и тоже должно помочь в завершении исследований.

— Если после прорыва Босфора море поднималось на сорок сантиметров в день, — рассуждал Костас, пытаясь преодолеть шум волн и ветра, — это не могло остаться незамеченным для жителей побережья. Уже после нескольких дней они должны понять, что долгосрочные прогнозы не предвещают им ничего хорошего.

— Верно, — согласился Маклеод. — Неолитическое поселение находилось всего на десять метров выше морского берега. Значит, у них оставалось не больше месяца, чтобы собрать вещи и покинуть опасное место. Кстати сказать, это объясняет, почему в оставленных ими домах не обнаружено предметов обихода.

— А можно ли считать это событие Библейским потопом? — поинтересовался Костас.

— Теоретически почти каждая цивилизация имеет свои мифы и легенды о потопе, — улыбнулся Джек, — однако в большинстве случаев речь идет о речных наводнениях, вызванных необыкновенно сильными разливами, а не о морских катастрофах. Последствия речных наводнений были катастрофичными только на самых ранних этапах, когда древние люди еще не научились строить дамбы и сооружать отводные каналы, с помощью которых могли довольно успешно контролировать уровень воды в реках.

— Поэтому подобные события всегда считались самой вероятной основой для появления Эпоса о Гильгамеше, — подключилась к разговору Катя. — История о потопе была записана на двенадцати глиняных табличках примерно в 2000 году до Рождества Христова. Их нашли на руинах древней Ниневии в современном Ираке. Гильгамеш был шумерским царем Урука на Евфрате, то есть в том самом месте, которое было заселено людьми еще в конце шестого тысячелетия до нашей эры.

— Библейское сказание о потопе могло иметь различное происхождение, — добавил Маклеод. — Сотрудники ММУ провели тщательное исследование Средиземноморского побережья Израиля и обнаружили там неоспоримые свидетельства человеческой деятельности, относящейся к концу ледникового периода, то есть ко времени таяния льдов, которое началось примерно двенадцать тысяч лет назад. В пяти километрах от берега моря мы обнаружили каменные орудия труда и другие следы жизнедеятельности древних охотников и собирателей эпохи палеолита, относящиеся к тому времени, когда их земли еще не были поглощены морем.

— Ты считаешь, что израильтяне эпохи Ветхого Завета сохранили какую-то память об этих событиях? — спросил Костас.

— Устная традиция может поддерживаться тысячи лет, особенно в хорошо организованных обществах. Однако некоторые группы древних земледельцев с берегов Черного моря вполне могли поселиться в Израиле.

— Вспомните Ноев ковчег, — добавил Джек. — После предупреждения о возможном потопе было построено огромное судно, а потом на него были помещены пары всех домашних животных. Море стало для людей единственной возможностью спасения, и они взяли с собой столько живности, сколько могли вместить их примитивные суда. Причем именно по паре, ведь нужно было начинать жизнь в новых местах.

— А мне казалось, в те древние времена у людей не было таких больших судов, — задумчиво произнес Костас.

— Неолитические мастера могли сооружать довольно большие лодки, способные перевозить несколько тонн груза. Так, например, первые земледельцы Кипра имели в своем хозяйстве гигантских зубров, которые стали предшественниками современного крупного рогатого скота, как, впрочем, свиней и оленей. Эти крупные животные были отнюдь не местного происхождения; стало быть, их могли доставить туда только на морских судах. Это случилось примерно за девять тысяч лет до нашей эры. То же самое, вероятно, произошло и на Крите тысячу лет спустя.

Костас задумчиво потер подбородок:

— Значит, легендарная история о Ное и его ковчеге, возможно, содержит в себе зерно истины. Речь идет не об одном судне, а о множестве небольших лодок, перевозивших людей и домашний скот с берегов Черного моря.

Джек кивнул:

— Весьма любопытная мысль.

«Си венчур» постепенно сбавил обороты, входя в гавань порта Трабзон. Рядом с восточным причалом виднелись два военных сторожевых катера турецких военно-морских сил. Турки жесточайшим образом пресекали любые попытки дестабилизации обстановки на границах, включая применение силы против нарушителей. Джек с удовлетворением смотрел на эти катера, прекрасно зная, что связи в турецком ВМФ надежно гарантируют ему безопасность и эффективную помощь в случае, если они попадут в беду где-нибудь в нейтральных водах.

Компания собралась на верхней палубе. Они стояли, опершись на поручни, и наблюдали, как «Си венчур» медленно приближается к западному причалу. Костас задумчиво окинул взглядом покрытые густым лесом склоны гор, нависавших над городом.

— Куда они ушли после потопа? — вдруг спросил он. — Ведь в этих местах нельзя было заниматься привычным земледелием.

— Да, им пришлось продвинуться далеко в глубь территории, — отозвался Джек. — К тому же это была довольно большая община, по крайней мере десятки тысяч людей, если судить по количеству и характеру поселений, которые обнаружил на дне моря сонар.

— Значит, они должны были разделиться на несколько групп.

— Это могло быть хорошо организованное переселение, руководимое центральной властью. Только так им удалось бы сохранить людей и скот и найти новые земли, пригодные для продолжения жизни и рода. Одни из них направились на юг через горные перевалы, другие пошли на восток, остальные — на запад. Малколм уже упоминал Израиль, но были и другие, не менее приемлемые точки назначения.

Костас чуть было не задохнулся от волнения:

— Самые ранние цивилизации — Египет, Месопотамия, долина Инда, Крит…

— И это недалеко от истины, — подхватила Катя, внимательно следившая за ходом беседы. — Одна из наиболее интересных загадок в области лингвистики заключается в том, что многие из древних языков произошли от одного корня. Все языки Европы, России, Ближнего Востока и Индийского субконтинента, то есть большинство современных языков мира, имеют общее происхождение.

— Индоевропейское, — добавил Костас.

— Да, это был древний материнский язык, который, по мнению большинства современных лингвистов, сформировался в регионе Черного моря. Сейчас мы можем реконструировать его по тем словам, которые содержатся во многих индоевропейских языках. К примеру, слово «отец» на санскрите будет звучать как «питар», на латыни — «патер», на немецком — «фатер», а на английском — «фазер».