Ассистентка. Женить ректора
Шрифт:
Незнакомый. Но до странного… знакомый.
Он напоминал тот, что звучал, пока я барахталась в дыму.
— Я в больнице?.. — спросила, пытаясь что-то разглядеть.
Кромешная тьма. Ни окон, ни лампы, ни… ни-че-го.
— Нет. Я всё объясню. Но утром. Сейчас отдохните, Юля. Завтра у вас будет насыщенный день.
К губам поднесли что-то кислое, как компот из крыжовника.
Я сделала глоток. Потом ещё.
Жадно, будто неделями не пила.
А потом — провалилась в сон.
?????????????
Юля. 37 лет. Секретарь декана.
?????????????
Глава 2. Юлианна
Утро и правда выдалось насыщенным.
Вместо своей комнаты в доме родителей я просыпалась в каком-то подвале.
Хуже того, в том самом театральном платье и рядом со странной женщиной.
С очень странной женщиной.
— Меня зовут Моника Слоу, и с сегодняшнего дня я ваша лучшая подруга и единственный союзник. Судя по тому, что Юлианна успела увидеть из ваших воспоминаний, наш мир вам не понравится, — строго произнесла женщина, протянув мне стакан кислого компота.
Так началось самое ужасное утро в моей жизни.
Новой жизни, как оказалось.
Лисандия — Империя, разделенная на две.
Северная — более прогрессивная: там правит Совет аристократов.
А Южная — это то место, куда мне "повезло" попасть. И она отнюдь не прогрессивная.
Правит тут Император Фредерик Керрот, а я “счастливица” работаю на его младшего брата Фердинанда. Ректора Академии Бытовой Магии и Защитных Чар в столице Южной Империи — Леворне.
Всё бы ничего — работа ассистенткой ректора не сильно отличается от того, чем я уже занималась. Не самая печальная участь.
Если бы не одно большущее НО.
За глаза этого самого принца-ректора называли никак иначе как ЧУДИЩЕ.
Моника перечисляла и другие ласковые слова: бессердечный монстр, самодур, гад и прочие лестные отзывы, благодаря которым сразу захотелось уволиться. Или хотя бы трясти эту ведьму до тех пор, пока она не вернёт всё как было.
Я, значит, Юлианне — любящую семью, мужа, пусть скучного, но всё же терпимого.
А мне — чудище, бывшего жениха предателя, отца-хапугу и бесхребетную матушку.
И это ещё только начало.
Ведьма — тут отнюдь не оскорбление. Скорее раса, национальность и призвание.
Кроме ведьм, в этом чудо-мире водятся маги, управляющие стихиями, инквизиторы, которые могут залезть в голову, прочесть мысли или внушить их. Прислужники Пресветлого — местного божества.
И слуги… такие, как я. У которых магии капля. Если не меньше.
Точнее, у Юлианны Свон, которая так радушно уступила мне свое место. И заняла моё.
Ох, слова мамы были пророческими: начала свою отдельную жизнь, так начала.
Надеюсь, эта клуша хоть о родителях моих позаботится, а не наоборот — сядет им на шею на старости лет.
Спустя час рассказов о том, как глубоко и безвозвратно я влипла, — захотелось выпить.
— О… ну, леди не положено. Но у меня кое-что найдётся, — с подозрением предложила ведьма.
Рыжие волосы, зелёные глаза, острый подбородок. Моника была вылитой ведьмой, и даже в нашем мире её бы обходили стороной.
Слишком красивая. Властная. Цепкая.
Строгое темно-зеленое бархатное платье с высоким воротником делало ее вид еще более внушительным.
Сразу видно — декан факультета ведьм.
Пожалуй, такая подруга — несомненный и пока единственный плюс. Ничего не крепит дружбу так, как смертельный секрет, за который могут казнить обеих, и выпивка.
— Если ты не будешь визжать, звать на помощь и рассказывать, что ты не из этого мира, можем выпить, и погулять по Академии, — с опаской покосилась на меня новоявленная союзница, но всё же пошла к двери.
Нет, орать и убегать я не буду.
Особенно после слов "инквизиторы", "ментальный допрос" и "казнь".
— Мне что, пять, по-твоему? Это вашей Юлианне захотелось поиграть в ведьму из-за того, что жених бросил. А я – до тридцати семи годков дожила, и жила бы дальше, не ныла. Веди, показывай, — махнула рукой в сторону выхода.
Выбраться. Подышать. Проснуться.
План простой, но гениальный.
Моника прищурилась, окинула меня взглядом с головы до ног, задержалась на том, как я неуклюже расправляю юбку, но всё же повернулась и двинулась вперёд.
Второй плюс этого мира — тело. Моё и не совсем моё.
Юлианна — это я, только в свои двадцать. Без морщинок, с гладкой кожей и мягкими локонами. Ну и с некоторыми поправками на жизнь в фэнтезийном средневековье.
Бледная, избалованная и… слегка простоватая. Последние недостатки у этой оболочки, к счастью, теперь устранены.
Все мы ближе к сорока мечтаем вернуть тело восемнадцатилетней, но с опытом и мозгами взрослой женщины.
Моя мечта сбылась.
Вот только почему-то не радовала.
Я вышла следом, все еще не до конца веря, что это не сон. А деканша всё так же скользила по мне цепким зелёным взглядом, будто проверяя, не начну ли я биться в истерике прямо сейчас.
— Честно? Я ставила на истерику, — бросила она, перехватывая ручку двери.
Длинные, тонкие пальцы, перстни с камнями, серьги в тон, на шее — подвеска в винтажной оправе. Не ведьма, а визуальный манифест факультета.
Украшений не жалела. И авторитет тоже.
О чём мы?.. Ах да — истерика.