Артек
Шрифт:
— Что ты тут делаешь? — крикнул Вася, хватая за воротник «парикмахера».
Мальчишка лет 13 сидел в пшенице и, нагибая стебли, ножницами срезал (стриг) колосья. Тучные зрелые колосья сыпались в мешок.
От крика «парикмахер» растерялся и забормотал что-то непонятное. Дозорные вытащили его из пшеницы и стали допрашивать:
— Кто такой? Откуда? Кто послал колосья стричь?
«Парикмахер» упорно молчал.
— Ну, ладно, ребята, — сказал Вася, — отпустим его, раз он не хочет говорить. Пусть идет.
Взяв мешок, дозорники пошли к вышке. «Парикмахер» со всех ног, не оглядываясь, пустился в лес. Вася, передав дежурство товарищу, побежал с несколькими дозорниками за «парикмахером». Они осторожно перебегали от дерева к дереву, от куста к кусту. Наконец, «парикмахер» прибежал к противоположному концу опушки, остановился, перевел дыхание и оглянулся. Никого не заметив, он юркнул в одинокий дом лесника.
— Мчитесь в политотдел МТС, — скомандовал Вася своим друзьям, — а я буду следить.
Через полчаса в домик приехали из МТС работники политотдела.
Там застали двух скрывавшихся кулаков. При обыске в домике обнаружили массу зерна, около двадцати мешков настриженных колосьев. Оказалось, что домик был штабом кулаков и притаившихся в колхозе подкулачников. Здесь они хоронили наворованное колхозное добро. За лето бригада Васи Шмата задержала еще трех «парикмахеров».
Илюша Кольченко возвращался домой. День был жаркий. Дул сухой ветер, какие часто бывают в Сталинградском крае. На полях вдоль дороги часто стояли скирды сжатой пшеницы. Вокруг скирд валами лежали оброненные при жнивье и собранные с поля колосья с травой и соломой.
Вдруг в одном месте у самых скирд Илюша увидел огонь. Горели погребки. Видно какой-то подлец поджег с целью, чтобы спалить колхозный хлеб.
Не долго думая, Илюша бросился к огню и быстро стал отбрасывать горевшую солому, в сторону. Огонь обжигал руки, лицо. Но было не до того. «Только бы огонь до скирд не достал», — думал Илюша.
Прошло минут двадцать. От села на дым прибежали колхозники. Опаленного и почти потерявшего сознание от усталости, волнения и дыма Илюшу отвезли в больницу.
Скирды были спасены. Через две недели выздорозел и Илюша.
Яша Случин заинтересовался молодой лошадью. Звали ее «Звезда». Она всегда понуро бродила по задворкам колхоза — худая, избитая.
«И чего это она такая худая? — думал Яша, — да и не только она. Что ни лошадь? — стыдно глянуть, прямо срамота колхозу, никуда выехать нельзя».
Подговорил Яша нескольких ребят, и пошли они на конюшню. Пришли и ужаснулись: «Да это не конюшня, а какая-то развалина». Загородки поломаны, уздечки и хомуты валяются в навозе, сырость, грязь по колено лошадям, кормушки у лошадей пустые. Ребята — к старшему конюху Леониду Чугунову. А у него целое сборище — все конюхи собрались, перепились и орут песни. Хотели было ребята поднять скандал, да куда там: их выгнали пьяницы.
Яша рассказал обо всем председателю колхоза и написал письмо в газету. В газете напечатали письмо.
Прочел Чугунов о себе в газете—сразу отрезвел. Он подкараулил Яшу и избил его до полусмерти. Чугунова арестовали. Уволили и собутыльников его — конюхов.
Выздоровев, Яша взял под свое шефство «Звезду». За несколько недель от хорошего ухода «Звезда» стала одной из лучших колхозных лошадей.
20 июля 1934 г. больше ста таких ребят съехались в Москву, чтобы отсюда ехать дальше на юг, к берегам Черного моря, в замечательный лагерь «Артек».
В Москве торжественно встречали гостей. С вокзала их отвозили в специальных машинах в гостиницу, затем после отдыха повели осматривать Москву. Им показали Красную площадь, Зоопарк, Планетарий, Третьяковскую галлерею, лучшие московские театры и музеи.
Особенно понравился ребятам детский городок Парка культуры и отдыха. Здесь они проводили все свободное от экскурсий время. Сюда к ним приезжали детские писатели и поэты читать свои произведения. Целыми днями гостили здесь московские ребята.
21 июля с Курского вокзала отошел специальный поезд Москва-Симферополь. Он целиком был занят юными пассажирами в красных галстуках — юными героями колхозных полей.
С днем рождения!
В Артеке существует хороший обычай — праздновать день рождения лионеров.
«Новорожденного» поздравляют всем лагерем, преподносят ему цветы, высказывают свои пожелания.
А вечером отряд собирается на чай в отрядной комнате. На столе традиционный торт — на нем кремом выложено имя виновника торжества и количество минувших ему лет.
Провозглашаются тосты, поднимаются бокалы, доверху наполненные… виноградным соком.
Мы все — одна семья
— Сдружить ребят — это наша главная задача, — говорят вожатые. Создать такой коллектив, чтобы не подавлялась, а расцветала индивидуальность пионеров, коллектив, способствую щий духовному обогащению ребят.
«Да и весело-то ребятам бывает только тогда, когда между ними настоящие товарищеские отношения», — правильно утверждают вожатые.
И надо сказать, что большинству вожатых удается довольно легко создать такие отношения между детьми. И слово «дружба» — то самое большое и значительное, о чем чаще всего и лучше всего говорится в Артеке. «Дружба» дают название стенгазете почти во всех отрядах.