Чтение онлайн

— Давно о нём не слышал, — в ответ на улыбку офицера я мрачнею. Вася Христос резко поменял свои заповеди, они стали вроде такими правильными, доступные простому люду. Но всё равно, что-то в них не договаривалось, чувствуется, за ним стоят умные люди, а их цели, очень «правозащитные». Очевидно, у них есть план, с помощью Васи Христа, внести у нас смуту, поднять недовольных и, незаметно отобрать власть. Нет, такие гости для Града Растиславля, всегда персоны нон грата.

— А, юродивый, — отмахивается офицер.

— Не скажи, — качаю головой я, — запомни, он опаснее лазутчиков императора Вилена Ждановича.

— Что, к стенке сразу? — шутит офицер.

— Упаси боже! — не трогай. Нельзя из него делать страдальца, народ любит мучеников. Как бы, не расцвела после них, их гнилостная идея, а его место кто-то да всегда займёт. Ты лучше выполняй, что предписано уставом и никакой самодеятельности.

— Это понятно, так, к слову сказал, — смущается молодой офицер. Я с удивлением замечаю, как краснеют у него щёки.

— Ты мне лучше скажи, — перевожу разговор в интересующую меня тему, — дети мимо не проходили?

— Волчонышь и молодая барышня?

— Он не волчонышь, — вспыхивает Семён.

— Извините, но у него такие клыки. Он из лесных людей, верно? — совсем смущается офицер и жухнет под свинцовым взглядом.

— Мальчика Игорем звать, — вмешиваюсь я, — так, значит, они пошли вниз? Давно?

— Три часа назад.

— Зачем пропустил?

— Так, барышня, дочка князя Аскольда. Она сказала, отец разрешил, — белеет от страха офицер.

— И ты поверил? — я еле скрываю раздражение.

— Так, она сказала, — выпучивает он глаза, — а что, нельзя было?

— Не имел права! Они дети и не дай бог, что с ними случиться, будешь отвечать и перед князем Аскольдом и перед нами.

— Сейчас пошлю за ними охрану, — лепечет бедняга.

— Выполняй обязанности и изучай Устав, там насчёт детей так же пункт есть.

Вскакиваю на коня, и мы въезжаем в туннель. Сколько раз по нему проезжал, но никогда не покидает чувство, откроют нам пещеры много сюрпризов.

В студенческое время я был спелеологом, немало штурмовал пещер, были среди них и легкодоступные, чудесные своей подземной красотой, но и страшные пропасти и неизвестно, что таится на дне. Спускались в глубины мрачных лабиринтов, где переплетения ходов то стыковались друг с другом, то уводили в тупик или выводили на новые уровни. Я видел хрустально чистые озёра, водопады, оплывшие в разноцветных отложениях скалы, россыпи пещерного жемчуга на дне мелких заливов, гелектиты, свившие узоры из сосулек и каменных цветов — всё это прекрасно и здорово. Но я также знаю, в пещерах царит не только красота, но подстерегает и опасность, множество природных ловушек, то провалишься в гуровую ванночку, чуть не ломая ноги, то сползёт натёчность и понесётся в пропасть, хорошо, если нет на ней человека, а иногда внезапно поднимается вода и затапливает всю поверхность.

Тоннель широкий, спускаясь на лошадях, мы не мешаем идущим людям. Даже разминулись с погонщиком, ведущего в город трёх прирученных мамонтов. Шпора как всегда зло фыркнул на степных великанов, ещё чуть-чуть и вцепится крепкими зубами в толстые зады, а Мишка испуганно прижался к стене, пережидая, когда те пройдут. Величественные звери протопали по ступеням, распространяя в воздухе насыщенные звериными флюидами запахи, и в довершении ко всему, один из них, задрав тонкий хвост, шлёпнул у наших ног своей лепёшкой, чем ввёл Шпору, едва ли не в бешенство, а меня в весёлое расположение духа.

Вскоре спустились вниз, у водопада много людей, здесь наполняют кувшины и различные ёмкости водой — вода целебная, заживляет раны и подстёгивает иммунную систему организма к отлаженной работе. Отдав поводья лошадей стражникам, мы подходим к бассейну окружающий водопад.

В воде плещется детвора, там же чинно сидят взрослые тёти и попивают горячий чаёк, его разносят предприимчивые молодые ребята, в их карманах уже звенят, полученные от них, деньги. Морщусь, парням бы поле лучше пахать, да на полигоне копья метать, на палках биться, из луков стрелять, а не мадам обслуживать, князю Аскольду сделаю внушение, чтоб отслеживал занятия молодёжи, негоже растрачивать, свою энергию, кому-то прислуживая, так гордость можно растерять, а вслед за ней совесть. Сплёвываю, появилось желание разогнать эту толпу, но даже в такой ситуации необходим определённый такт… надо Аскольда сюда привлечь, он мастер по такту и тактической подготовке, побегают с копьями по склонам, глядишь, на прислуживание толстым тётям, сил и времени не останется.

Обходим весь бассейн, но своих детей не обнаруживаем. Семён от беспокойства чернеет лицом, моё сердце сдавливает нехорошее предчувствие. Торопливо подходим к нижнему посту. У выхода стоят тяжеловооружённые воины, в доспехах, с короткими, но толстыми копьями, с топорами и мощными луками, щиты овальные, способные закрыть всё тело, предосторожность не пустая, не раз их оборону пытались прорвать лазутчики Вилена Ждановича. К сожалению их шпионов хватает в нашем городе, но князь Аскольд успешно отлавливает их и засылает в их стан своих. Так и соседствуем мирно друг с другом, но каждый думает о войне, я — чтоб не было постоянных угроз с их стороны, они — расширить свои владения, пополнить и без того большой запас рабов.

Мне приходится усиленно готовить армию, призыв на военную службу обязательный. Пытаемся в массовых количествах наладить производство пороха и тяжёлых орудий, строю металлургический завод. Железо с каждым разом получается лучше, надеюсь, в ближайшее время получится легированная сталь, это моя сокровенная мечта — вот тогда развернёмся! Жаль пока не хватает сырья. Знания, к счастью, есть, недаром я окружил неземной заботой учёных. Кстати, зарплату они получают больше других в несколько раз, князь Аскольд настоял. А ещё, у нас прекрасно поставлено обучение, много школ, даже есть институт, так что, проблемы в кадрах у нас нет.

Офицер в чине майора моментально узнаёт меня, гаркнул посту смирно и подходит с докладом. Терпеливо выслушиваю, задаю вопрос о пропавших детях.

— Видел их, — обнадёживает он, но тут, же добавляет, — погнал обратно наверх. Девочке чуть по попе не дал, начала стращать своим папой, очень самостоятельная… мальчик более покладистый.

— Когда это было?

— Два с половиной часа назад.

— Значит они здесь, наверх не поднимались, верхний пост заметил бы. Не могли же они сквозь землю провалиться, будем искать.