Чтение онлайн

Глава вторая

Освободительная миссия Красной Армии

Но все же, книга не об этом. Много чести – писать опровержения на выдумки ревизионистов, реабилитирующих германский нацизм. Да и рассмотренных примеров уже достаточно, чтобы понять, что мы там не найдем ничего, кроме вранья, фальсификаций и перепевов геббельсовской пропаганды.

Книга эта об освободительной миссии Красной Армии, а также о том, что было сделано уже после войны для помощи и устройства жизни населения стран Восточной Европы, которые в наибольшей степени пострадали от войны. Красная Армия не только освободила эти 113 млн. человек, но и сделала очень крупный вклад в организацию послевоенной жизни, ликвидацию последствий войны, таких как неразорвавшиеся снаряды и мины, восстановление экономики. Именно поэтому мы с полным правом можем назвать Красную Армию армией добра. Везде, где появлялся советский солдат, жизнь для местного населения быстро становилась несравненно лучше, чем раньше.

Союзнический долг

Каким образом Красная Армия оказалась в Европе? В исторической памяти осталась наиболее простая, доступная самым широким массам, трактовка: «Добить зверя в его логове!». Так объясняли существо дела красноармейцам. Это было чистой правдой. После всего того, что гитлеровцы сотворили на оккупированных территориях, не могло и речи быть о каком-то перемирии или там «почетном мире». Эта война могла закончиться только в Берлине.

Этот лозунг не был только лишь элементом военной пропаганды или спонтанной инициативой масс. Он основывался на политической позиции Советского Союза.

Цели войны в наиболее ясной форме сформулировал президент США Франклин Д. Рузвельт во время Касабланкской конференции 14-24 января 1942 года, предложивший, что эта война должна закончиться безоговорочной капитуляцией Германии. Однако, понимание того, что война с Германией будет войной на уничтожение гитлеровского режима, было закреплено и в более ранних документах. Так, по соглашению между правительствами СССР и Великобритании о совместных действиях в войне против Германии от 12 июля 1941 года, говорилось, что стороны не будут вести переговоров, заключать перемирия или мирного договора, кроме как с обоюдного согласия.

В Атлантической хартии, подписанной 14 августа 1941 года США и Великобританией, говорилось об «окончательной ликвидации нацистской тирании», из чего следовало, что Гитлера не рассматривают как субъекта возможных мирных переговоров. 1 января 1942 года рядом стран, в том числе СССР, США и Великобританией, была подписана Декларация Объединенных наций, в которой подписавшиеся страны присоединялись к принципам Атлантической хартии и заявляли: «…полная победа над их врагами необходима для защиты жизни, свободы, независимости и религиозной свободы и для сохранения человеческих прав и справедливости как в их собственных странах, так и в других странах и что они теперь заняты общей борьбой против диких и зверских сил, стремящихся покорить мир». В этой декларации также было обязательство не заключать сепаратного мира или перемирия с врагами.

Таким образом, война до безоговорочной капитуляции Германии уже была целью всех стран антигитлеровской коалиции. Рузвельт лишь придал этому устремлению чеканную формулировку, ставшую всеобщим лозунгом.

С точки зрения всех этих подписанных Советским Союзом соглашений с союзниками по антигитлеровской коалиции, Красная Армия должна была не только освободить оккупированную врагом территорию СССР, но и перейти границу, преследовать немецкие и союзные им войска, вплоть до полного их разгрома и капитуляции. В Декларации Тегеранской конференции от 1 декабря 1943 года говорилось: «Наше наступление будет беспощадным и нарастающим».

Итак, переход Красной Армии в европейские страны, оккупированные гитлеровцами, или союзные Германии был союзническим долгом Советского Союза.

В наши дни иногда можно встретить рассуждения, что якобы Красная Армия должна была выгнать врага и остановиться на границе СССР. 25 июня 2005 года на радио «Эхо Москвы» даже провели голосование по этому вопросу. Встречаются даже варианты альтернативной истории, в которой Советский Союз ограничился освобождением только своей территории. Однако, сама по себе такая постановка вопроса фальсификаторская, поскольку в реальности такой альтернативы не было и не могло быть.

Во-первых, это было бы изменой союзническому долгу. Ограничившись освобождением только своей территории, СССР нарушил бы взятые на себя союзнические обязательства о войне до полной победы над Германией. Это нанесло бы удар колоссальной силы по политическим позициям Советского Союза во всем мире, в тот момент, когда все покоренные народы смотрели на Красную Армию как на единственную возможность своего освобождения.

Во-вторых, освобождение только своей территории вовсе не означало бы конца войны. Германия вовсе не собиралась в 1944 году складывать оружия и прекращать войну. Напротив, германская военная промышленность достигла в 1944 году своего пика, усиленно велись работы над разработкой и производством новых видов оружия, среди которых можно назвать баллистические ракеты, реактивные самолеты и ядерную бомбу. Даже небольшая передышка была Германии крайне выгодной, поскольку позволяла бы в кратчайшие сроки переформировать и перевооружить армию этим новейшим оружием. Вне всякого сомнения, после передышки, гитлеровцы снова перешли бы в наступление.

В-третьих, немцы взяли в начале войны большое количество пленных и угнали на работу 5,2 млн. советских граждан. Остановиться на границе означало бы бросить всех этих людей в гитлеровском рабстве, обречь их на неминуемое уничтожение. И армии невозможно было бы объяснить, после всего того, что гитлеровцы совершили на оккупированной советской территории, почему нельзя пойти и добить зверя в его берлоге. Такое решение поставило бы армию на грань мятежа.

Таким образом, в этом случае Советский Союз ничего не приобретал, но очень многое терял. Такое решение могло привести лишь к поражению в войне, что было вполне понятно и очевидно.

Освободительная программа Советского Союза

Красная Армия не могла остановиться на границе – это было бы грубым нарушением союзнического долга и угрозой поражения в войне. Потому, после коренного перелома в войне и наступления на запад, Красная Армия стала готовиться к переходу границы СССР и боевым действиям на территории других стран, на которых находились немецкие войска. В духе этой задачи выдерживались все приказы Верховного Главнокомандования. Например, в приказе от 1 мая 1944 года говорилось: «Наши задачи не могут ограничиваться изгнанием вражеских войск из пределов нашей Родины… Преследуя же врага, мы должны вызволить из немецкой неволи наших братьев поляков, чехословаков и другие союзные с нами народы Западной Европы, находящиеся под пятой гитлеровской Германии» 13 .

Теперь, 70 лет спустя после победы, ревизионисты стараются представить дело так, будто бы вступление Красной Армии в пределы европейских стран якобы было «советской оккупацией». При этом, конечно, не приводится ни одного документа, ни одного факта в подтверждение подобных заявлений. Понятно, почему. Все имеющиеся документы говорят о том, что цели Советского Союза в боевых действиях в европейских странах были предельно далекими от их оккупации.

Еще в Атлантической хартии, принципы которой СССР поддержал, говорилось, что союзные державы придерживаются следующей позиции: