Чтение онлайн

Агарес изобразил работу мысли. С одной стороны, следовало сказать «да», с другой — «нет». Он попросту элементарно не знал, какой ответ будет признан правильным.

— А… — сказал демон, пытаясь оттянуть время.

Неизвестно, сколько ещё букв алфавита ему пришлось бы перечислить, но тут двери Зала Разврата распахнулись, — от удара с них посыпалась позолота. Демон-фамилиар(в шёлковом камзоле, с рогатыми эполетами на плечах), отвечающий за безопасность Дворца Кошмаров, вбежал в зал. Он ринулся в самый центр оргии, взывая к Сатане. Остервеневшие девицы сорвали с визитёра почти всю одежду, пока фамилиардобирался к мохнатому уху Дьявола (коего в этот момент ублажали сразу три дамы различных рас — китаянка, негритянка и эскимоска) и не прошептал несколько слов. В воздухе лопнул шар с белым пламенем, и в Зале Разврата отчётливо запахло серой.

Участники оргии остановились, застыв в причудливых позах, словно во время детской игры «Море волнуется раз», но выглядя при этом довольно по-взрослому. Стряхнув девушек, Дьявол застегнул под горлом пуговицу плаща и сплюнул на пол. Слюна зашипела: в крови демонов содержалась кислота, а у князя тьмы она присутствовала во всех жидкостях тела. Агарес готов был поклясться, в глазах Сатаны застыло удивление.

Цокая копытами, Дьявол подскакал к Агаресу и пиар-директору.

— В Тронный Зал, быстро, — негромко велел Сатана. — У нас огромные проблемы.

— В чём дело? — также понизил тон Агарес.

Вельзевул окончательно потерял голос, — демон читал по его губам.

— Аваддон вернулся. Только что у Музея Революции он разгромил целую дивизию демонов, разметал спецотряды зомби. Это зафиксировано на телефоны и видеокамеры, выложено в Хеллнет. В Сатанграде вспыхнули массовые беспорядки, адские создания требуют объяснений. В мою скульптуру на проспекте Семи Смертных Грехов только что метнули бензиновую бомбу, ответственность взяла на себя террористическая группировка «Армия Аваддона». И откуда он появился, я ума не приложу? Кто это вообще такой?!

— Как «кто»? — моргнул обоими глазами Агарес. — Мой брат Аваддон, конечно же. Разве вы…

Дьявол и пиар-директор молниеносно переглянулись.

— Но ведь Аваддона больше нет, — медленно, едва ли не по слогам произнёс Сатана. — У тебя что, и это стёрлось из памяти? Послушай, ты же сам его убил, во время Революции. Мы просто договорились никогда больше это не вспоминать, даже между собой. Вот поэтому мне сейчас и интересно: ЧТО ЭТО ЗА СВОЛОЧЬ?

…Не дожидаясь ответа, Дьявол направился к выходу.

…Гастон Леруа ничем не отличался от остальных зомби. Честно говоря, живые мертвецы от природы стадные создания — слепо повинуются приказам, всех едят и плохо пахнут. Как и другие его товарищи, Гастон пожил недолго, затем умер и был официально воскрешён Министерством Мёртвых Дел Сатанграда, после чего определён на должность регулировщика уличного движения. Сотни тысяч собратьев Гастона выполняли функции охранников, уборщиков улиц, водителей такси, и всё это — совершенно бесплатно. Разумеется, на содержание живых трупов необходимы средства. Это и формалин, закачиваемый под кожу (иначе любой полицейский через год развалится), и жидкость-ароматизатор на заправочных станциях… ну и, конечно же, мозги.

Гастон даже не задумывался, зачем он их ест.

Как француз, он обязан быть гурманом, но удивительно — когда ты умер, почему-то фуа-гра и крем-брюле больше не хочется. Ну вот совсем. А сырое мясо или мозги — да убить за них готов. В общем-то, так и случалось. Руководство закрывало глаза, если зомби в кои веки раз, озверев без витаминов, съедали десяток-другой диких лесных людей. Однако после скандального случая, когда полицейские остановили за превышение скорости и сожрали троих высокопоставленных архонтов, [23] пришлось навести порядок. Благодаря вживлённому в голову чипу мсье Леруа теперь получает из ММД строгие электронные команды, кого разрешено кушать, а кого нет. Если чего, чип может заблокировать действия зомби, а то и вовсе взорвать мертвецу голову. Мозгами же их кормят в служебной столовой, и Леруа старается съесть суточную норму — гарантия, что, будучи сытым, на прохожего не бросишься. Как шутит сосед по мертвецкой, Пьер Лоти: «Тогда ты добрый и хочется лишь философствовать». Да, зомби могут общаться друг с другом, а не только реветь и рычать, как уверены служители Сатаны. Некоторые стихи сочиняют. Тем же Пьером вдохновение овладевает как раз в момент поглощения мозгов:

Мозги, кстати, в столовой подают так себе. Второй сорт. Свиные, да ещё мороженые.

Официально жизнь зомби именуется «посмертное существование». На том основании, что жизнью их бытие назвать сложно. У теплокровных же людей в этом мире всё просто: они либо слуги демонов (зомби и искусственные суккубы не способны исполнять всю работу, иногда требуется не тупить), либо их сексуальные партнёры, правда, это касается в основном женщин, — не считая одичавших лесных племён, чью популяцию контролируют охотники.После смерти для большинства две дороги — либо в трупы-охранники, либо в мёртвый обслуживающий персонал: имеются целые рестораны с официантами, посудомойками и уборщицами-зомби. Души в тебе нет, вместе с последним вздохом она улетела в неизвестном направлении. Зато остаётся умение выполнять команды, двигаться, слушаться, и сохраняется аппетит. Попросту зверский. Покойник может сделать карьеру — Леруа был ревностен в службе и получил чин генерала. Он исполнял работу весьма скучно и правильно, мало что могло его удивить.

По крайней мере, до сегодняшнего появления Мессии.

Раньше он полагал (насколько может полагать человек с мёртвым мозгом), что подчиняется приказам лишь электронного чипа в своём ухе. Однако Мессия всё повернул с ног на голову. Едва он обратился к нему с первыми же словами, как Гастон понял: этого-то он и ждал всю свою жизнь после смерти. Восторг, обожание и счастье захлестнули сердце, терзая плоть с разных сторон. Надо же, пророчество свершилось, ОН ВЕРНУЛСЯ! Именно о пришествии Мессии ревели баллады старейшины-зомби — ветхие мертвецы без зубов, с остатками плоти на скелетах, обитающие в полном мраке в подвалах общежитий: сердобольные новички тайком таскали им из столовой мозги. Да, у зомби имеется своё собственное божество. Давным-давно, рычали в темноте старейшины, их народ был грозен и многочислен: о нём упоминали в Библии и в иных древнейших летописях. Ими повелевали существа, кои звались богами или детьми богов. У мертвецов было персональное святилище: Колесо Смерти, где они приносили жертвы своим покровителям. Живые не то что завидовали — до дрожи боялись царства мёртвых.

Но потом величие закончилось — в одночасье.

Произошло нечто странное. Зомби-старцы, еле шевелящие ошмётками губ, донесли суть легенды. Разразилась страшная буря, тысячи молний разрывали мертвецов. Содрогалась и стонала земля. Море встало до неба и обрушилось на них, поглотив в единый миг, и мёртвая раса перестала существовать. Выжившие (пускай это странное обозначение для трупов) рассеялись и одичали, сохранив легенду — когда-нибудь дети богов вернутся.

И вот один из них, Мессия, пришёл обратно. Как обещал.

Гастон с благоговением отнёсся к призыву Мессии. Вся зомби-полиция ушла вслед за ним в дремучий лес. Там по приказу Гастона они встали кольцом вокруг костров, охраняя божество. Их не интересовало, что происходит в Сатанграде, — пусть после явления Аваддона столица утонет в панике и безумии. Мессия избрал себе резиденцию в самой чаще леса, в деревянной сторожке, и приказал никого не пускать, а о малейших движениях противника докладывать лично ему. Леруа заглянул в окно сторожки и в очередной раз умилился: слёзы формалина потекли по бескровной плоти щёк. Сквозь мутное стекло виделось, как Мессия наклоняется над связанной девушкой, что-то говорит ей, но та на него и не смотрит. Застывшее лицо — словно маска. Мессия хмурит брови, раскрывает рот в крике. Увы, девица не выказывает и тени страха. Как она смеет противостоять Ему?! Пусть уничтожит её, растерзает на клочки, расколет череп.