Чтение онлайн

Ты опасаешься женских глаз, юноша?-тихо прошептала нимфа, облизывая влажным языком губы.

Да никак не разберу, о чем ты толкуешь, нимфа?- удивился Ясон.- Что может быть опасного во взгляде? Опасна может стать рука, вооруженная ножом или кинжалом. Следует остерегаться удара в спину ногой. Если человека ткнуть в живот головой - он вряд ли устоит на ногах. Но какую угрозу таит глаз?

И в самом деле ты совсем зеленый!
– рассмеялась нимфа.

И так хороша она была, что Ясон невольно залюбовался.

А глаза нимфы манили, притягивали, как темная глубина омута или пропасть в горах: страшно поскользнуться, но очень хочется ступить на самый край обрыва - и смотреть, смотреть вниз, пока не закружится голова. А потом - короткая боль от паденья, и груда переломанных о камни костей и рваного мяса. Но до этого, боги, блаженство полета, когда ты чувствуешь себя свободным от всего: забот, долгов, привязанностей, ты свободен даже от собственного тела, ставшего вдруг невесомым.

Ясон падал в пропасть, испытывая странную слабость и одновременно неземное наслаждение, которому в человеческом языке не придумать слов для сравнений.

Ясон парил, ощущая свое могущество, свою силу и неповторимость. Словно прочные крылья выросли за спиной - и все казалось не имеющим значения, все, что происходило ранее и все, что должно случиться в будущем - все спрессовывалось в блаженство полета. Ясон грезил - и как сладки были его грезы.

И солнце, море воздуха, прозрачного света и солнца. И одновременно луна и звезда, призывно огромные лампадки звезд, до которых, лишь захотел, дотронешься рукой. Ясон потянулся к ближайшей, желая сорвать звезду, как цветок и - плюхнулся в воду под хохот нимфы.

Смущенный и растерянный барахтался Ясон на мелководье, пока не догадался встать на ноги - воды-то тут было едва по колено. Отплевываясь и высвобождая волосы от налипшей мутно-зеленой и скользкой тины, Ясон побрел к берегу. Но любопытство оказалось сильнее злости: Ясон не удержался от вопроса:

Что? Что это было? Звезды в ясный день и крылья? Я видел себя мертвым - и при этом не испытывал страха?

О,- улыбка нимфы вновь утратила язвительность, с которой она встретила падение Ясона в воду,- это и есть взгляд женщины! И ты напрасно недооцениваешь его силу!

Ясон задумался, припоминая детали происшествия. И, хотя видения тут же теряли очертания, у Ясона все же сохранилось чувство, что он невольно поддался колдовским чарам - и утратил способность быть самим собой. Боясь признаться самому себе, Ясон не мог не согласиться, что, для того, чтобы вновь испытать охвативший его восторг, он готов отказаться от многого. Стыд, совесть, долг - все смог бы отдать Ясон за минуту того полета. Он содрогнулся: неужели он так слаб и податлив?

Нимфа будто угадала мучавшие юношу мысли:

О, не бойся, Ясон! Такую силу имеет лишь взгляд нимфы или феи! В обычной жизни опасайся не женского взора, а своей любви к его обладательнице!

Ну, с собой я как-нибудь справлюсь!
– пробурчал Ясон.

На что нимфа молча скривила губы в насмешливой гримасе.

Ты что, смеешься надо мной?

О, Ясон, не над тобой - над наивной юностью, которая к счастью или несчастью, минет!

Сколько же тебе самой лет,- запальчиво вскричал Ясон,- если по виду я лет на десять старше тебя?

Ясон, как и все мужчины, терпеть не мог, когда ему тыкали его слишком юным возрастом.

А сколько лет облакам или небу? Или сколько секунд или столетий от роду ветру, что гонит по морю волны? И сколько лет океану, если в каждое мгновение он рождает мириады новых капель?
– отвечала лукавая нимфа.- Так и женщина: ей столько лет, сколько отразит взгляд в нее влюбленного!

Ну, судя по тому, что ты говорила ранее, уж ты-то отразила десятки мужских взглядов - тогда тебе пора собираться в пеленки!
– раздосадованный Ясон мало следил за своей речью.

Смешной ты!
– улыбнулась ничуть не обиженная ни тоном, ни словами нимфа.- Я ведь не сказала, что женщина молодеет от восторженных взглядов, хотя и это порой случается! Я пытаюсь тебе втолковать, что ты напрасно сердишься, что молод! Это ведь прекрасно: быть настолько наивным!

Так теперь я еще и глуп?!
– вскричал Ясон.

Не глупее других юнцов, старающихся изо всех сил, хоть на цыпочках, заглянуть за край стола, до которого еще не доросли. Но когда дорастешь, видишь, что на столе нет ничего, кроме объедков и пролитого вина! Прекрасна не молодость сама по себе - ценны те восторженные надежды и те ожидания, которым нет места в зрелости и старости!

Не хватало, чтобы меня поучала какая-то жемчужина!
– пробурчал сквозь зубы Ясон, но нимфа его услыхала.

О, вот тут ты прав: будь я по-прежнему розовой жемчужинкой на женской груди, я нежилась бы на теплой коже и блаженствовала от собственной неповторимости и влюбленных, которые роились вокруг меня и Геры сладострастными толпами! Но тогда я, как ты сейчас, не понимала, что это и есть моя беспечальная юность, синоним которой - счастливая глупость!

Но старый кентавр, мой воспитатель и учитель, всегда говорил, что единственное, к чему должен стремиться человек, да и любое другое существо - это мудрость и знания! Ты же ратуешь за глупость?
– не поверил нимфе Ясон.

За юную глупость!
– уточнила нимфа.

А в чем разница?

В том, что в молодости ошибки совершаются для того, чтобы человек смог приобрести опыт на будущее - и исправить. Когда же человек состарился - исправлять огрехи бывает поздновато! Из маленького ростка может вырасти роза или репейник. Из кряжистого пня вряд ли что прорастет!

Ты говоришь мудрено: много слов, но не вижу сути!

Нимфа расхохоталась:

Вот ты и опять в ловушке, милый Ясон! Не я ли предупреждала тебя: не верь словам - доверяйся поступкам!