Чтение онлайн

– Я собираюсь поменять место жительства, – говорил Виктор по пути в трактир. – Поэтому после обеда ты просто подождешь меня на улице, не заходя на постоялый двор. Я снял небольшую комнату у одной милой старушки. Впрочем, что это я тебе говорю? Может быть, ты хочешь уйти? Если так, то не держу тебя. Но помни: если ты последуешь за мной, то твоя жизнь будет совсем не похожа на предыдущую. Достатка не обещаю, а вот приключений хлебнешь сполна. Хотя в твоем возрасте мне только приключения и нравились.

Антипов решил сменить жилье из стратегических соображений. Вдруг все-таки жрецы выйдут на его след? Глупо было бы оставаться на постоялом дворе. Но, к его удивлению, паренек согласился с тем, что нужно съезжать.

– Конечно, – сказал Рикста, – что там делать, в толпе-то? Скоро ведь все жилье будет расхватано.

– В каком смысле? – не понял Виктор.

– А вы что, не знаете? Ожидается крупный отряд жреческой стражи!

– Когда? – Антипов даже остановился, оглушенный новостями. Трудно было сказать, что произвело большее впечатление – факт прибытия отряда или то, что об этом знает кто угодно, кроме единственного диверсанта в Парреане, род занятий которого требовал быть в курсе таких вещей.

– То ли через два дня, то ли через три, – безмятежно ответил паренек. – Я не помню. Но ведь можно у кого-нибудь спросить. У стражников, например.

– Я спрошу, – пообещал Виктор, – обязательно спрошу. Сразу после обеда.

Он приглядывался к Риксте изо всех сил. Тот был не испорчен лицемерием взрослых, старался поступать не как выгодно, а как правильно, не мог удержаться от проказ, безобидных или не очень, плутовал как умел… короче говоря, был обычным подростком с неустоявшимся взглядом на свое место под солнцем. Такие подростки остаются на обочине в Средневековье, но пользуются большим спросом в современном Виктору мире. Мерзавцы всех мастей, от уличных группировок до отдельных правительств, хватают своими руками наивных юношей и нагло врут им, выдавая черное за белое, а гадость за справедливость. Мечтательность, романтика не просто перемалываются, а извращаются, превращая их обладатей в тупоумное стадо или даже убийц во имя якобы благородных целей. Антипов не хотел уподобляться этим мерзавцам. Он пока еще не имел четкого представления о собственном пути, но решил для себя, что позаботится о судьбе Риксты. Даст ему не только обещанные приключения, но и умение выбирать их. Не только примет помощь паренька, но и научит его разбираться в том, кому стоит помогать, а кому – нет. Титанический труд, если учесть, что Виктор сам плохо владел подобным мастерством.

В кабинете, обитом темным коричневым деревом, за массивным столом с шестью ножками сидели четверо, представляющие зримую и незримую власть в замке Орреант. Сам господин барон, сотник Керрет, маг ун-Катор и менестрель Нартел. Барон расположился во главе стола на стуле с самой высокой черной резной спинкой – такой, что к ней можно спокойно прислонить голову, а остальные сидели на стульях попроще. Собрание только началось, поэтому позы участников были слегка напряжены и лишены естественности.

– Мой друг из окружения графа наконец сообщил, что произошло в Парреане, – говорил барон. – Его описание, как обычно, точно, подробно и настолько удивительно, что я решил созвать небольшой совет, потому что не в состоянии осмыслить в одиночку такие вести.

Здесь Алькерт хитрил, и все понимали это. Если решение требовалось немедленно, то барон не утруждал себя совещаниями, но, когда можно было подождать, его милость мог себе позволить небольшие колебания.

– Это касается снятия осады? – спросил Керрет.

– Да, сотник. Мой друг изложил причины, по которым войско жрецов было так любезно, что оставило нас в покое.

Барон сделал паузу, но вопросов больше не последовало. Все ждали.

– Так вот, кто-то осквернил храм Зентела в Парреане, – продолжил Алькерт. – Осквернил с выдумкой, начертал везде пакостные картинки и столь же пакостные письмена. Все жрецы рвут и мечут и просто мечтают добраться до виновного. Более того, снова поговаривают о каком-то новом боге. Но мой друг предостерегает меня от веры в это. Скорее всего, сплетни и обман. Хотя, с другой стороны, жрецы что-то уж сильно задергались. Подозрение пало на семью и слуг графа.

– На графа? – переспросил Нартел.

– Да. Особенно на тех, кто в это время находился в Парреане. Они все схвачены. Даже графский сынок, который должен был принимать участие в осаде моего замка, но предпочел этому сомнительные развлечения в обществе какой-то распутницы. Он тоже схвачен и допрошен. Не знаю, пытали его или нет, но граф, как вы понимаете, в ярости.

– А что говорит жреческое начальство? – поинтересовался Керрет, ерзая на сиденье и пытаясь передвинуть мешающие ему ножны. – Или им не сообщили?

– Еще как сообщили, – ответил барон. – Те настолько озаботились, что решили выслать в Парреан крупный отряд столичной храмовой стражи. Зелено-белых.

Нартел слегка присвистнул. Старый ун-Катор укоризненно посмотрел на него, но промолчал.

– Но если были письмена, то получается, что осквернитель грамотен, – заметил менестрель, не обращая внимания на взгляд мага.

– Да, – подтвердил барон, – грамотен.

– Но тогда это не…

– Договаривайте, Нартел, – подбодрил подчиненного Алькерт.

– Не Ролт, – закончил свою мысль менестрель.

Маг едва заметно скривился. На его лице был написан скептицизм. Керрет смотрел с любопытством на барона, ожидая реакции. И она не замедлила последовать.

– Ролт может быть грамотен. По крайней мере, так утверждает наш лекарь. Сын Кушаря просил научить его письму и даже показал учителю, как именно его нужно учить. Смешно звучит, не правда ли? К тому же Керрет сообщил мне, что Ролт что-то там читал во время похода или делал вид, что читает.

– Так мне сказал Нурия, – подтвердил сотник.

– Но тогда… может быть… получается… что… – Нартел колебался, не в силах облечь очевидную мысль в такие слова, которые могли бы трактоваться двояко.

– «Может быть» тут излишне, – наконец решил и маг внести свою лепту в разговор, – получается именно так. Это Ролт.

– Ролт осквернил храм и снял осаду, как и обещал? – уточнил Керрет.

– Да, я тоже так думаю, – признался барон. – Разве что он нанял кого-то или людей графа подговорил, но вряд ли. Но даже если подговорил, все равно главный виновник – он.