Арес
Шрифт:
– Вот она, смотри! – Старик протянул ему толстое полено, которое быстро извлек откуда-то со дна телеги.
– Но оно же большое, – раскритиковал заготовку Антипов, уже понимая, что отвертеться не получится.
– Ничего, снимешь лишнее. Мне не жалко.
Студент деловито осмотрел полено. Если бы за осмотр материала заказчика давали профессиональные премии, то он бы занял одно из первых мест.
– Три медяка задаток! – ухватился за последний шанс Виктор. – Три вперед, а два потом!
– Чего?! – опять взвился старик. – Да где это видано, чтобы платили, когда работа не готова?! И материал-то мой!
– Ничего не знаю. Три вперед, два потом. Или прощай.
– Погодь! Ты же считать не умеешь, – спохватился мужик.
«И как появляются на свет такие проныры? – возмутился про себя Виктор. – Все-то ему надо, все-то он помнит. Прикинуться дурачком? Да пошел он!»
– Мое умение считать зависит от цены на товар, – важно изрек Антипов. – Ты платишь или что?
Если на старикана и произвела впечатление последняя фраза, то перспектива расставания с тремя монетами оказала еще большее влияние. Он насупился и вновь зашарил в глубине телеги. Через несколько секунд на свет появился видавший виды то ли кошель, то ли небольшой мешок цвета ржавчины. Мужик уже давно бросил злосчастное колесо на произвол судьбы и теперь, развязав веревку, достал оттуда три небольших затасканных монетки с зеленоватым отливом.
– Бери, душегуб! – буквально насильно засунул старик деньги в руку собеседника. – Бери и делай! Мне сегодня еще четыре ходки предстоят.
Незаметно вздохнув, Виктор потянул топор из-за пояса. В своей прежней жизни заниматься столярным трудом ему не приходилось. Разве что в далеком детстве пытался рубить дрова, когда гостил у родственников в деревне. Осталось уповать лишь на то, что мастерство Ролта тоже перешло к нему по наследству.
Он опять осмотрел полено, на этот раз внимательно. Потом взглянул на колесо и ось телеги, прикидывая, какой размер клина нужен, и, покрепче сжав рукоятку топора, принялся за работу.
Подлый старик так и норовил посмотреть, как идет дело, но Виктор неизменно поворачивался к нему спиной, скрывая происходящее. Процесс вырубания клина из полена сначала продвигался плохо. Антипов пытался вспомнить собственные навыки, которых в наличии имелось ограниченное количество. Он чуть не расколол полено напополам, а потом пару раз промахнулся так, что топор просвистел в сантиметре от ноги.
«Нет, так дело не пойдет, – думал Виктор, продолжая крутиться на месте. – Почему я помню все, что помнит Ролт, но не могу работать, как он? Или для движений есть какая-то другая память? Эх, нужно было сказать, что тороплюсь в замок с важным сообщением. Хорошие мысли всегда поздно приходят в голову. Или сейчас сказать? Нет, лучше закончить. Полено слишком уж искромсано. Если его увидит отец Ролта, – возникнут вопросы. А старикан именно к нему побежит жаловаться, даже если деньги верну».
Антипов заметил, что ему удалось нанести пару удачных ударов, пребывая в состоянии глубокой задумчивости. Он попытался повторить их, но чуть не отрубил себе пальцы на руке.
«Вот ведь странно: когда я не думаю о работе, она, похоже, получается. Может быть, просто поставить цель, а размышлять о чем-то другом? О птичках, например, рыбках, магах, Аресе, бароне, отце Ролта, мужчинах, не умеющих правильно оценивать свой труд… Смотри, получается. Получается же!»
Топор «сорвался» и вновь пролетел на небольшом расстоянии от ноги.
«Нет, нельзя отвлекаться. Или наоборот – нужно отвлекаться. Но как? Помножить в уме триста двадцать шесть на сто четырнадцать? Ну же, попробуем, господин Ферма».
Вопреки зловещим ожиданиям Виктора работа не заняла много времени. Меньше получаса, по приблизительной оценке. Стоило ему отключить свое внимание – и все пошло как по маслу. Ролт в самом деле мастерски владел топором. Что неудивительно – он пользовался им каждый день, начиная с самого детства. Клин получился вполне приличный.
– Ну что же, старик, попробуем поставить колесо на место. – Антипов вертел в руках деталь и любовался ею. Это было первое его функциональное и нужное произведение, доведенное до конца, включая никчемные поделки на школьных уроках труда.
Мужичок, имя которого так и осталось неизвестным, потянулся за вожделенной деталью, однако Виктор быстро спрятал руку с ней за спину.
– Еще две монеты давай!
– Так не проверили же! Вдруг не подойдет?
– Подойдет, старик, чувствую, что подойдет. – Теперь Антипов был полон веры в себя. Окажись он дома – обязательно бы увлекся новым делом: вырезанием больших скульптур из дерева. Возможно, это слегка поправило бы его финансовое положение.
Мужик скептически хмыкнул, но, увидев, что Ролт не собирается отдавать деталь, опять полез в кошель и вытащил оттуда еще две монетки. Виктор взял их и спрятал туда же, куда и первые: меж двух кожаных ремней, образующих его пояс.
«Если уж начал изображать жадность, то нужно идти до конца, – подумал бывший студент. – Жадность – понятие общечеловеческое, удивления нигде не вызывает. Смотришь на жадного человека – и душа радуется: видишь себя в детстве. Кстати, было бы неплохо карманы изобрести, а то тут деньги носят либо в поясе, либо в кошеле. Неудобно, господин Ив Сен-Лоран».
– Ну вот, теперь можно и колесо на место ставить, – с удовлетворением произнес Виктор. – Навались!
Он сделал вид, что пытается поднять телегу, а когда мужичок пришел к нему на помощь, тут же разжал руки, так что вся тяжесть легла на собеседника.
– Теперь колесо на ось наденем.
Антипов поднял колесо с земли, но этим его помощь и ограничилась. Пыхтящий старикан надевал его сам, одновременно удерживая телегу.
– Отлично! С этим мы справились, – похвалился Виктор. – Будем клин ставить.
Он нацелил изделие на отверстие в центре колеса и одним точным ударом обуха топора дослал его до упора. Клин стал как влитой.
– Вот так-то, старик, – сказал Антипов с довольной улыбкой. – Что бы ты делал без меня? Едешь в замок сейчас?
– А куда же еще? – проворчал мужичок, придирчиво пробуя, хорошо ли стало колесо.
– В замок так в замок, – ответил Виктор, забираясь на верхушку сена. – Поехали!
– А ты чего там расселся? – поразился такой наглости старикан. – Это же моя телега! А ну слезай. Или плати!