Чтение онлайн

– Вы можете свободно пользоваться рукой, разряд произойдет только тогда, когда вы коснетесь безымянным пальцем правой руки правого большого пальца. При любых других касаниях машинка безобидна. Берегите кисть - если вам отгрызут, отпилят или сломают пальцы - возможен пробой изоляции...

– Не боитесь, доктор, что сегодня же попадете под машину? Уж больно много вы знаете...

– Я не доктор, я - генерал. Удачи, Карл!

– Минус три секунды, - Клаудерсфорс открывал дверь.

"Доктор" и я следом за ним покинули спецпомещение "лечебный кабинет". Ричард Клаудерсфорс на прощание поднял вверх два растопыренных пальца. Совсем как Джеки - вспомнил я. Шутить по этому поводу мне уже не хотелось.

Мы молча шли по коридору. Точнее, "врач" бодро шагал, задавая темп, а я плелся позади, стараясь не очень отставать. Настроение было неважное. В который уже раз за прошедшие сутки все перемешалось в моей несчастной голове. Я вспомнил свои ночные рассуждения и усмехнулся. Тяжело в этом мире убежать из своей колеи. Если лезешь вбок - за тебя заботливо углубляют ее и делают стенки более крутыми. Да и надо ли лезть на гребень - все равно за ним другая колея... Может быть хуже этой... В конце концов я махнул на все это рукой. Правой. Выбора у меня как не было, так и нет: нужно идти и вернуться. Потом разберемся с остальным. А разрядник - что разрядник - можно ведь и не пользоваться им.

– Надо ли говорить, что мы углубленно тестировали ваш организм перед "выездом"?
– спросил "врач".

– Не надо.

– Мужайтесь! Родина не забудет ваш...

– Ах, отстаньте, - вяло выдавил я, наблюдая радостно летящего мне навстречу по коридору Майкла со сворой репортеров на хвосте. Ослепляя, защелкали вспышки, мой менеджер открыл рот, но мой сопровождающий опередил его:

– Он полностью здоров и готов к спуску. Углубленное тестирование показало, что Карл подошел к моменту начала операции в оптимальной форме. Официально заявляю это, как председатель медицинского комитета...

Майкл вообще расцвел и обнял меня за плечи. Так, возможно он цвел, когда его жена принесла ему первого ребенка и ему об этом наконец сообщили.

А я плевать хотел на все. Я видел часы в конце коридора, до того момента, когда меня отхаркнет камера распределителя Бункера в другой мир оставалось около полутора часов, значит до начала спуска - примерно минут тридцать.

– Идем на инструктаж?
– прекращая комедию, я обернулся к Майклу.

– Да!
– он нежно и осторожно, как большую хрупкую вазу, развернул меня в другом направлении, и мы двинулись по кишкам коридоров, оставив медицину вместе с репортерами где-то в иной Вселенной...

– Посмотрите пожалуйста сюда, Карл, - сказал мне довольно пожилой мужчина с нашивками командного состава Бункера. Я не разбираюсь в их званиях. Он показа л на прозрачный стеклянный цилиндр, в боковой закругленной поверхности которого почти у самого дна была сделана прямоугольная дырка.
– Это макет выхода-шлюза. Вот это прямоугольное отверстие - лаз, через который вы попадете в тот мир и через который должны будете вернуться обратно к нам спустя десять суток. Минута в минуту.

Будьте внимательны и запоминайте все в точности. В 16 часов 30 минут ровно через десять дней мы на пятнадцать секунд поднимем плиту и откроем вход в шахту распределителя. Если вы не успеете за эти пятнадцать секунд войти в шлюз, то останетесь там навсегда.

– Почему такие жесткие нормативы?

– Карл, вы не совсем отчетливо себе представляете, с чем мы имеем дело. ЭТО очень страшно. Особенно по ночам. На острове никто долго не выдерживает. Нельзя, чтобы ЭТО вырвалось наверх...

Я посмотрел на него повнимательнее. Возможно он не так стар, как кажется с первого взгляда... Мне вспомнился ночной сон. Конечно, у каждого свое воображение, но, что бы там не представляли себе служащие Бункера, ни один из них, я уверен, не захочет, чтобы эта гадость вылезла через шахту распределителя наружу, в наш мир. Когда Банка строилась как-то никому не приходило в голову, что шлюз придется эксплуатировать в обратном направлении - он всегда работал только "туда". Они боятся проказы...

– Мы все предусмотрели, Карл. В 13 часов 30 минут мы начнем давать одиночные звуковые сигналы с небольшими интервалами, с помощью сирены, установленной над выходом. Так будет продолжаться до 14 часов 30 минут. С половины третьего до половины четвертого, весь следующий час будут идти двойные сигналы, а дальнейшие пятьдесят минут из завершающего часа, до шестнадцати двадцати - строенные пачки. И только в последние десять минут они опять сменятся на одиночные, но более длинные, протяжные. Понимаете? Это делается для того, чтобы вы могли в течение трех последних часов пребывания ТАМ ориентироваться - сколько осталось времени до открытия шлюза. И только в самую последнюю минуту, перед тем, как поднимется плита мы полностью прекратим все сигналы. У вас будет пятнадцать секунд, в течение которых вы должны будете попасть в шлюз, как только створка уйдет вверх. Пробираться наружу и внутрь можно только ползком - ширина открываемого просвета сорок сантиметров. Повторите, пожалуйста, все это.

– Я не ребенок и все прекрасно запомнил.

– Мистер Линке!

– Повторяю специально для вас: я не ребенок.

Главный оператор Бункера грустно покачал головой:

– Карл, Карл! Если вы перепутаете хоть самую малость - у вас никогда не будет шанса исправить это.

– Если я проживу десять дней, то уж как-нибудь смогу проскользнуть обратно в ту дыру, из которой вылез.

– Ну что ж, я вас предупреждал. Продолжаем.

Он взял в руки другой цилиндр, непрозрачный, и показал мне отверстие в его дне. Потом вставил этот второй, металлический цилиндр, в первый, стеклянный, и опустил его почти до самого дна, оставив только небольшую камеру между основаниями двух цилиндров.

– Когда вы на лифте спуститесь вниз, вы через основание подъемника попадете в камеру-шлюз...

– Простите, лифт - это весь внутренний цилиндр??
– опешил я.

– Да, - ответил он.

– Такой огромный?! И он опускается на глубину 200 метров?!

– 199. Потом в его днище открывается люк и вы через него попадаете в переходную камеру, на двухсотый метр, который является нулевым для того мира. Вам понятен механизм?

– Да. Но зачем такие кошмарные сложности?

– Дело в том, что сопровождающие вас откроют люк и опустят вас вниз через него, в это время выход на волю будет закрыт. Потом они завинчивают люк у вас над головой и заполняют камеру, в которой вы находитесь, парализующим любое живое существо газом...

– А я?!

– Подождите, я все объясню по порядку. Наполняют газом. После чего дается команда открыть шлюз во внешний мир и вы выходите. На это, как вы помните, у вас 15 секунд. Когда открывается внешний люк начинает выть сирена, так заведено, поэтому вы сразу поймете, что пора выходить. Значит, вы выходите наружу, шлюз за вами закрывается, и после этого мы опускаем подъемник до самого дна, на глубину двести метров. До нулевой отметки.

– То есть, если я за 15 секунд не смогу выбраться наружу, меня раздавит многотонный пресс подъемника внутри камеры?!