Чтение онлайн

Господи, вы только не волнуйтесь! Можно, я сбегаю к выходу, посмотрю? Я сейчас, я быстренько...

– Сиди, урод! Сказано - сиди!

Сейчас господин Симанович готов был, наверное, отдать четверть жизни и половину своих накоплений за то, чтобы оказаться где-нибудь в другом месте и в другой компании.

Но додумать эту мысль он не успел. В переполненном зале ресторана появились трое - очень похожие друг на друга одеждой и поведением, крепко сбитые парни в плащах. Тот, что постарше, задержался у выхода, остальные пошли вперед. При этом, первый двигался быстро и очень уверенно, без церемоний расталкивая оказавшихся на пути посетителей. Второй тоже старался не отставать, так что пространство, отделявшее их от стойки бара, парочка преодолела почти одновременно. Так же одновременно, они достали из-под плащей короткоствольные автоматы, и с расстояния в несколько метров открыли огонь по заранее определенным каждому мишеням: один стрелял по несчастному бизнесмену, другой - по его соседу.

Впрочем, для Тайсона это не оказалось внезапным сюрпризом. Еще в самом начале он сообразил, что в словах перепуганного Симановича есть определенная логика - бригадир "чистяковских" действительно заходил в ресторан на разведку. Только интересовала его не собственная безопасность, и не возможное полицейское наблюдение. Осторожному Игорю, просто-напросто, требовалось лично, с гарантией, и без особого шума установить, за каким именно столиком сидят интересующие его люди. Чтобы затем дать конкретные и точные указания боевикам-исполнителям, у которых не будет ни времени, ни возможностей для бессмысленных поисков и беготни по всему залу.

Поэтому, пока бизнесмен ловил своим толстым телом пулю за пулей, дергаясь и подскакивая при каждом попадании, Тайсон успел отработать на опережение. Двумя выстрелами он превратил голову "своего" автоматчика в окровавленный шар, перевел ствол на стоящего рядом парня, прицелился, но...

На третьем выстреле пистолет дал осечку. Испанская никелированная игрушка, мечта пижона, не разу не использовавшаяся даже в тире, оказалась такой же не приспособленной к суровым реалиям жизни, как и её, теперь уже бывший, покойный хозяин.

Тело убитого киллера отлетело назад. Его напарник, явно не предупрежденный никем о возможности ответного огня, замешкался - и потерял сразу несколько драгоценных мгновений. Прежде чем он сумел отреагировать на изменение обстановки и переключиться с несчастного Симановича на другую мишень, великолепно тренированный Тайсон успел нырнуть вниз, под стол, и перекатиться немного в сторону, за деревянную стойку бара.

Автоматная очередь, следуя вслед за ним, опрокинула электрический самовар, впилась в стену, попортив декоративные пластиковые панели, и внезапно оборвалась. Очевидно, стрелок не подозревал, что все хорошее в этой жизни кончается быстрее, чем мы ожидаем - в том числе, и патроны.

А вот человек по прозвищу Тайсон знал это лучше многих.

Поэтому, не оставляя противнику времени на то, чтобы поменять магазин, он схватил с пола закатившуюся под ноги бутылку, и одним прыжком перелетел через деревянный барьер.

Однако вступить в ближний бой на этот раз Тайсону не пришлось - его несостоявшийся противник уже убегал из ресторанчика, бестолково размахивая автоматом и перепрыгивая через препятствия в виде разбитой посуды и стульев, среди которых валялся труп второго, ещё менее удачливого, стрелка.

Случайные посетители ресторана к этому моменту уже дисциплинированно лежали на полу. Исключение составляли только певица, застывшая у микрофона в позе девушки с веслом, и лысый бармен, макушка которого торчала из-за кассового аппарата. Еще две или три женщины визжали в разных концах зала, но основная масса побитых жизнью "новых русских американцев" предпочитала до поры, до времени не напоминать никому о своем существовании.

Тем более, что третий участник вооруженного нападения, оставленный именно для того, чтобы обеспечивать пути отхода, усугубил стремительно нараставшую панику, длинной очередью разрядив автомат куда-то в направлении бара:

– Лежать, суки! Перестреляю всех!

Зазвенел, осыпаясь, огромный светильник под потолком, громко хлопнула лампа дневного света... а потом вниз, на стойку, обрушилась, с грохотом увлекая вслед за собой многочисленные осколки стеклянных бокалов, батарея помытой и вычищенной до зеркального блеска посуды.

Под такое вот оглушительное звуковое сопровождение оба вооруженных бандита почти одновременно покинули ресторанчик.

– Полиция!

– Помогите, убивают, - неуверенно стали требовать из темноты.

В ответ кто-то с облегчением выругался матом, кто-то нервно расхохотался.

– Вован, ты живой там?

– Да, пацаны, вот это шухер...

– Машка, дура! Лежи пока, мать твою...

Расслабляться, действительно, оказалось рано. Снаружи, с улицы, с той стороны, куда только что скрылись нападавшие, вдруг послышалось несколько выстрелов - одиночных, и россыпью. Затем, в разгромленное помещение проникли пронзительные завывания полицейской сирены.

Впрочем, в планы человека по прозвищу Тайсона разбирательство со слугами закона не входило. Воспользовавшись суматохой и полумраком, он, не привлекая внимания посетителей и персонала, покинул ресторанчик "Байкал" через кухню.

* * *

Иван Иванович отошел от окна. Там, на улице, двенадцатью этажами ниже, текли навстречу друг другу нескончаемые автомобильные потоки. Зрелище это успокаивало и умиротворяло, как вечерний огонь в костре, или как прибой на морском побережье, но любоваться потоком автомобилей сейчас не было ни времени, ни возможности:

– Да, но чем вы, собственно, не довольны?

По-английски Иван Иванович говорил очень медленно и очень правильно, с подчеркнутым уважением относясь к чужому языку - казалось, он больше всего опасается стать объектом насмешек из-за какой-нибудь досадной фонетической или грамматической ошибки.

Господин Бургхоф развел руками:

– А, по-вашему, все в порядке?

Во всяком случае...
– пожал плечами Иван Иванович.
– Во всяком случае, пока операция идет по плану. В основном. Что же касается частностей... да, действительно, на каком-то её этапе, возник ряд проблем. Однако, насколько я понимаю, ситуация опять под контролем?

Черт побери! Может быть, у вас, в России, это и называется "частностями" или "проблемами". Но для Соединенных Штатов...
– Господин Бургхоф поднял бледный старческий кулачок и принялся, на американский манер, отгибать пальцы, один за другим: