Чтение онлайн

Поддавшись порыву, пересказываю Сирил альтернативную концовку, которую только что представила. Не упоминая своего личного участия, разумеется. Будто вернуться за тобой Мэгги решила самостоятельно.

В глазах Сирил пляшут огоньки восторга, когда я объясняю, как взрывается резервуар и «огненные брызги спасения» (так и сказала!) распыляются в атмосферу, возвращая людям силу воли, и они видят истинное положение вещей. Тираны на троне, разруха в мире и всё такое… Но ты пролетаешь над ними, салютуя спасённой Земле, и устремляешься в космос навстречу приключениям.

– Суперская концовка! – шепчет Сирил.

Я тоже выдыхаю, потому что никогда ещё не рассказывала ничего так долго и подробно, да ещё и сочиняя на ходу.

– Где ты прочла этот фанфик? Ссылку кинешь?

Фанфик? Сирил даже не ждёт, что я спрошу, – сразу открывает готовую вкладку и показывает сайт.

– Я вот здесь читаю. Мне больше всего нравятся альтернативки второго сезона, типа, как дополнительные серии. Ты читала? Твоя история оттуда?

Нет, не читала. Одного взгляда хватает, чтобы почувствовать лёгкое разочарование. Впрочем, что я о себе возомнила? Что я одна-единственная мечтаю о тебе? Тысячи людей, оказывается, пишут про тебя истории. Я ревную…

– Нет, это… Это я придумала. Сама.

– Серьёзно? Ты фанфикерша?

– Ну, типа… Я только пару историй придумала. Пока.

– Напиши им! Вот, тут есть контакты, куда тексты присылать!

– Нет! – выпаливаю я слишком резко. – Может, позже. Я не готова.

Это надо обдумать. До сих пор я не писала ничего больше заметок в своей мысленной книжечке. Может быть, мне стоит… Но сперва надо прочитать других, что они там пишут. Врага надо знать в лицо.

Серия остановлена там, где Мэгги расправляет крылья. Сирил интересуют всякие эффекты и закадровые штуки. Как и что сделано, а не почему. Слушаю из вежливости, мне вот совсем не интересны подробности того, как на съёмочной площадке строили твой волшебный мир. От этого он теряет свою волшебность. Сирил открывает какую-то программу, отчего компьютер гудит, показывает 3D-модель Мэгги, которую нарисовала сама. Кораблик здесь совсем как в кино – вытянутая чёрная капля с хвостом рыбки. Если мы его построим, приз за стенд точно будет наш!

– Какая же ты умная, – говорю я, не скрывая зависти.

– Да ладно, – лицо моей подруги пунцовеет. – Там есть ошибки. Видишь, тут и тут. Летать она никогда не сможет. В реале. Вообще, препод по информатике считает, что я трачу время на ерунду, проектируя это.

– Никто не понимает! – я даже не скрываю злость. – Подумать только, у людей столько возможностей, а они таращатся в смартфоны на смешных кошек, срутся друг с другом в интернете! В то время как будущее… простаивает!

– Думаешь, у нас будут летать такие корабли?

– Не вижу смысла жить по другой причине.

Сирил вдруг обнимает меня. Крепко, как никто никогда раньше. Я так скучала по этой нужности кому-то, что физически чувствую пустоту, когда подруга отнимает руки. Минуту мы просто сидим и смотрим друг на друга. Я краснею, но не от смущения, а оттого, что нам даже не нужно говорить «как классно, что ты меня понимаешь». Глядя на экран с застывшей картинкой, спрашиваю, как она успевает читать субтитры (я не успевала), но оказывается, сабы ей не нужны, потому что по-английски она говорит свободно. Не выпендривается знаниями, они у неё просто есть – как у меня есть две руки и две ноги. Я стыжусь своей дремучести, но не как в детстве, когда она сводила меня с теми детьми, у которых я должна была перенимать хорошее, а подхватывала только простуду или вшей. Оттого, что мы с Сирил похожи во всём остальном, интересуемся одним и тем же, в голову прокрадывается странная новая мысль: а что, если и я так могу? Что, если для этого не нужно быть суперумной и приносить одни пятёрки, как Анька? Надо будет расспросить подругу, как начать учить язык – не как в школе, а по-настоящему. Достаточно ли смотреть сериал на английском? Мне не очень зашло, но я готова ещё попробовать! Почему-то это кажется важным, я должна научиться понимать тебя на инглише. Твой родной – инопланетный – конечно, мне не по силам, но английский уместнее русского.

Мы ещё болтаем про наши школы, интересных преподов и предметы. То есть Сирил говорит, а я слушаю и ем печенье. Оно тает во рту. Мы стряхиваем крошки с кровати, на которой лежим в уличной одежде, говорим с набитыми ртами. Экран компьютера с очередной серией, которую мы не смотрим, в паре сантиметров от наших голов. Как всё это не похоже на то, как было бы у меня! Она бы уже сто раз зашла и сделала сто замечаний.

Запахи из кухни становятся невыносимыми, отзываются бульканьем в животе, и бабушка Сирил не желает ничего слышать о моём уходе без ужина. Тёплое картофельное пюре пахнет молоком, куриная котлета – праздник во рту. Я уже и забыла, что еда может быть на вкус не как картон. Мне ужасно стыдно, но от добавки не отказываюсь. Сирил возит в тарелке вилкой, как человек, привыкший к магии, что творится у него под носом. Сама она целиком поглощена чем-то в телефоне. С каждой её улыбкой невидимому собеседнику у меня такое чувство, что я упускаю что-то важное. Что меня не должно здесь быть.

– Лена, что я говорила! За столом никаких телефонов!

– Прости, бабуль!

– Перед Арабеллой извиняйся. И пример с неё бери! Она как-то может выжить без того, чтобы тыкать в экран каждую секунду!

– Ой, прости! – краснеет Сирил. – Джей-Джей фотки со сходки выложил.

Мы помогаем вымыть и вытереть посуду, и подруга показывает фотки. Вот и я, почти по центру, даже получилась ничего.

– Жаль, отметку не поставить… – проговариваюсь я.

Отметки – вершина айсберга. Сейчас я уйду и пропаду на неделю, а они будут переписываться, разговаривать про стенд, спорить, ругаться и мириться и обсуждать сериал. А я даже не узнаю об этом! Всё это опять отражается на моём лице.

Конец ознакомительного фрагмента.