Чтение онлайн

— Это, надо полагать, хозяева оставили для нидхагов, — сказал Ган-а-Ру, уплетая большой кусок ветчины.

— Да, народ у нас добрый, — сказал Син-Оглан, — Что ж, господа, позвольте поздравить вас. Насколько я понимаю, мы только что чудом спаслись от страшной опасности. Если вы не слишком устали, чтобы слушать, я хотел бы попросить моего сына рассказать, что он думает по поводу нашей занимательной экскурсии в Город Мертвых.

Ки-Энду неуверенно посмотрел на отца:

— Может, лучше не говорить?

— Хватит секретничать, Ки, — сказала Мирегал. — Рассказывай быстрее, что ты там надумал.

— Ну, слушайте. Первое, что меня удивило, — ото брошенный нидхагир. Что могло заставить нидхагов бросить свои дома? Я сразу вспомнил, как один человек в Асор-Гире утверждал, что в Ахеле живут гуллы.

— Ой, ребята, пошли лучше спать, — зевнул Ган-а-Ру. — Не люблю страшных историй перед сном. А завтра я вам и сам могу рассказать — и про гуллов, и про драконов с троллями, и про что угодно.

— Подожди, Ру, — сказал Ки-Энду, — это серьезнее, чем ты думаешь. Так вот, когда я увидел открытые гробницы в Тетагире, мои подозрения усилились. И, наконец, когда мы не нашли в семейном склепе Гила ни одной мумии, все стало ясно окончательно. Оживающие мертвецы, или гуллы, существуют на самом деле. Это не что иное как ожившие мумии наших предков. Этим все объясняется — почему дэвы были против бальзамирования, почему сбежали нидхаги — ведь гуллы внушают им такой же ужас, как и всем живым существам. Теперь ясно, что злые силы, создавшие нидхагов, на этом не остановились. Они стали оживлять мертвых, чтобы пополнить ряды своего воинства. Знают ли об этом дэвы? Может, нужно сообщить в Асгард?

— Хэн дэвин, Ки! — воскликнул Ган-а-Ру. — Выходит, все наши предки стали гуллами? И мой отец тоже? И что это за злые силы, которые создают гуллов и нидхагов?

— Может, хватит на сегодня? — сказала Мирегал. — Вечно ты, Ки-Энду, говоришь на ночь какие-нибудь гадости! Господин Конгал стал гуллом! Тебя послушаешь — еще и не тем станешь! Давайте-ка лучше пойдем спать.

— Да, пожалуй, — сказал Гил. — Что-то я сейчас не могу сосредоточиться.

На следующий день, хорошо выспавшись, они позавтракали и поехали домой. О гуллах не заговаривали — солнечное майское утро, зеленые холмы и пение птиц наполняли души покоем, и никому не хотелось думать о неприятном. Когда вдали показался трактир старого Балга, Ки-Энду обратился к Ган-а-Ру.

— Ру, ты один еще не знаешь о нашем заговоре. Мы с Гилом хотим перебраться в Ио-Син…

— Да чего там мелочиться! У гуллов мы уже побывали, что нам теперь какой-то Ио-Син! Не хватает у тебя размаху, приятель. Давайте уж сразу на дно морское.

— Размах у него побольше, чем ты думаешь, — сказал Син-Оглан, — они ведь хотят выгнать оттуда нидхагов.

— Пойдешь с нами, Ру?

— Выгонять нидхагов? А что, можно. Для разнообразия.

— А ты, отец? — спросил Ки-Энду.

— Я уже говорил тебе, что думаю по этому поводу. Нет, мне с вами не по пути. Нидхаги имеют такое же право жить там, где они живут, как и мы.

— Но они-то нас лишают этого права!

— Так вы хотите уподобиться нидхагам? Ладно, я не буду вас отговаривать. Но вы скоро поймете, что кровопролитие никогда не приводит к победе добра.

Син-Оглан свернул с дороги и направился в сторону Желтого Ручья. Остальные подъехали к трактиру. На крыльце сидело человек десять, все ступеньки были заставлены пивными кружками. Один из сидевших на крыльце это был Вайл из Серой Лошади — с трудом встал и сделал несколько шагов навстречу подъезжающим:

— Ки-Энду! Гил! Ру! А, и ты с ними, Мирегал! Наконец-то! Приехали все-таки. А то Балг решил совсем угробить нас своим бесплатным пивом. Еще час-другой, и мы все полопаемся, как мыльные пузыри. Ну, присаживайтесь. А может, к дубу пойдем?

— Давайте к дубу.

Гил, Ки-Энду, Ган-а-Ру и Мирегал пошли к старому дубу, росшему за задней стеной трактира. Сидевшие на крыльце с кряхтеньем и стонами побрели за ними. У дуба сидело еще человек двадцать, неподалеку горел костер, на котором Балг с пятью помощниками жарили мясо. Здесь же стояла большая бочка с пивом. Когда все расселись на траве, Хайр, племянник Гила, попросил рассказать, как прошли похороны и что они видели в Ахеле.

— Подожди, Хайр, — сказал Гил. — Сначала вот что скажите: все ли собравшиеся согласны участвовать в походе в Ио-Син?

Среди собравшихся возникло легкое замешательство, все притихли, переглядываясь. Наконец Беллан из Пасеки, высокий нескладный человек с рыжими усами, сказал смущенно:

— Видите ли, дорогие Гил и Ки-Энду, нам всем, конечно, очень жаль, что приходится уходить с обжитых мест. Мы родились в этой долине и любим ее. Все наши предки жили здесь — каково бы им было, если бы они узнали, что эта земля будет покинута и достанется нидхагам…

— Ну, о предках ты не беспокойся, — усмехнулся Ган-а-Ру. — Предки наши…

— А ну, заткнись! — Ки-Энду толкнул его локтем в бок.

— Так вот, я говорю, для нас это большое горе, что приходится уезжать, продолжал Беллан. — И все из-за нидхагов. Если бы они ушли из наших гор, мы бы, конечно, могли остаться. Поэтому, когда Балг сказал нам, что вы хотите прогнать нидхагов, мы решили: надо вам помочь. Только мы пока не понимаем, как вы собираетесь это сделать. Если, скажем, драться, то тут от нас толку мало. Ну, я, да вот еще Энар из Будравы, мы хоть знаем, как держать меч в руках, мы учились в Асор-Гире. А остальные совсем ничего не умеют. Да и не поднимется у нас рука на нидхагов — они хоть вроде и не люди, а все-таки похожи на людей. Одним словом, вояки мы никудышные.