Чтение онлайн

Нидхаги бросились наутек.

— Я стану служить добру, я уничтожу тунов и гуллов… — снова заговорила Хумба.

— Ки, может, она не врет? — крикнул Гил.

Ки-Энду, не отвечая, бросился к черному шару.

— …а нидхагов сделаю людьми… — Она говорила так жалобно, что трудно было усомниться в ее искренности, — никогда больше не будет на земле зла, настанет эпоха мира и благоде… — Ки-Энду занес меч, и Хумба мгновенно переключилась:

— Только я могу спасти мир, когда оружие дэвов попадет в руки тунов… Дослушайте же!.. — Меч опустился и глубоко рассек черный панцирь, во все стороны посыпались искры. — Только я смогу убедить тунов не применять оружия!.. Убивая меня, вы убиваете свою последнюю надеж… неисправность в блоке три-три три-ноль конец программы…

Бхарг и Гил, подбежав, вонзили в Хумбу свои мечи, но это было уже лишним. Черный шар был мертв, глаз его потускнел, став из рубинового темно-бурым.

— Ки! Мы победили, да? Она умерла?

— Да, Гил… — Ки-Энду посмотрел на друга пустым взглядом. — Мы все-таки сделали это…

Как зачарованная смотрела Мирегал на мертвую Хумбу, на круглую голову с помутневшим взглядом, которая только что так страстно боролась за свою жизнь.

— Вдруг это правда, — задумчиво произнесла Мирегал, — то, что она сказала в последний момент? Неужели мы опять совершили ошибку?

Гил не слышал ее. Беспокойно озираясь, он сказал:

— Надо быстрее уходить отсюда!

Мирегал с трудом оторвала взгляд от Хумбы.

— Неужели тебе совсем ее не жалко?

— Мне? Но это всего лишь машина. Она хотела нас обмануть… Конечно, жалко. Но все равно, Ми, надо бежать. Пока нидхаги не вернулись.

— Нам туда, — Ки-Энду показал на северо-восток. Он совсем сник, на лице его застыло тоскливо-безразличное выражение.

— Почему? Мы пришли с юга.

— Выйдем в долину Меллнира. Это гораздо ближе, чем Эллигат

— Что с тобой? Опять предчувствия? Ки-Энду не ответил.

Они миновали круг деревьев-стражей и подошли к красной линии.

— Стойте, — Гил, оглянувшись, увидел, что столбы повернулись и навели на них смертоносные перекладины. — Они по-прежнему охраняют черту. Придется их срубить. Теперь это не трудно, раз мы внутри, а не снаружи.

Он подошел к ближайшему кресту и, примерившись, аккуратно перерезал его мечом у самого основания. Гил знал, как валить деревья, чтобы они падали в нужную сторону. Столб с грохотом обрушился на каменные плиты.

Ки-Энду и Бхарг направились к соседним столбам. Мирегал, постояв немного без дела, побрела назад к Хумбе и уселась на землю возле железного люка.

Но что это? Мирегал зажмурилась — не померещилось ли? Люк исчез. На его месте зияла дыра. Бездонный черный колодец уходил вертикально вниз. Из него поднимался трупный запах. Но теперь, глядя на вход в гулльское подземелье, Мирегал не чувствовала страха. Она посмотрела вниз, сморщила нос, фыркнула: «Ну и воняет там у них», отошла на несколько шагов и спряталась, присев за углом каменного ложа Хумбы. Отсюда она видела три поваленных креста. Мужчины находились по другую сторону шара.

Внезапно послышался странный звук — то ли свист, то ли шипение, переходящее в пощелкивание и птичий щебет. А потом женский голос красивый и спокойный:

— Зачем ты звала меня, Хумба?

Мирегал осторожно выглянула из-за угла.

Железный круг был снова на своем месте. Возле мертвого шара стояла Ашт, вся в черном, с распущенными волосами. Она подняла бледную руку и коснулась дыры, оставленной в Хумбе мечом Ки-Энду.

Мирегал, затаив дыхание, следила за хозяйкой леса. В этот миг из-за шара раздался голос Гила:

— Ми, где ты?

Ашт повернула голову и встретилась с Мирегал глазами. Владычица произнесла какую-то фразу, состоящую из свистящих и щелкающих звуков, потом недобро улыбнулась и сказала:

— Ты забыла наш язык, красавица? Хотела обезьян под себя подделать, да вот беда — сама стала обезьяной. Ну, выйди, что прячешься, или ты боишься меня?

Мирегал почувствовала, как непреодолимая сила тянет ее прямо к Ашт.

— А, девчонка, человечек!.. — разочарованно сказала та, когда Мирегал, спотыкаясь и нелепо размахивая руками, подбежала к ней. — А ты сильная, пригодишься нам. Стой здесь.

Ашт пошла прочь, а Мирегал осталась на месте — ее тело словно окаменело. Она хотела крикнуть, предупредить друзей, но не могла произнести ни звука.

Ашт отошла всего на несколько шагов и увидела мужчин — они только что свалили последнее дерево. Бхарг скорчился на земле. Ки-Энду и Гил стояли с обнаженными мечами, растерявшись от неожиданности при виде хозяйки леса.

— Бхарг, оставайся на месте, — сказала она. — А вы, люди, подойдите ко мне. — Голос ее был спокоен и как будто беззлобен, но в нем чувствовалась такая твердость и сила, что они подчинились.

Гил, не отрываясь, глядел на прекрасное лицо государыни, в ее огромные блестящие глаза — в бездонную тьму. Не глаза — двери в черноту вечной ночи. У Гила закружилась голова, он готов был, как Бхарг, упасть на колени и шептать рабские клятвы.

Ашт лишь мельком взглянула на него и обратила взор на Ки-Энду. Тот, стиснув зубы, шел к ней уверенным шагом и крепко сжимал в руке асгардский клинок.

— Стой, — резко сказала Ашт, и Ки-Энду остановился в двух шагах от нее, словно наткнувшись на стену. Из последних сил он начал поднимать меч, медленно, как будто огромную тяжесть. В ушах трещало, а перед глазами вспыхивали огненные искры.

Ашт простерла бледную руку.

— Брось меч.

— Нет.

Они смотрели друг другу в глаза — стройная смуглая женщина и высокий голубоглазый воин в сером плаще. Несколько мгновений продолжался безмолвный поединок. Потом Ки-Энду медленно опустил руки. Оружие его со звоном упало на камни.

— О ты, великий герой! — с ненавистью прошептала владычица. — Ты убил Хумбу! И Хасмод, верно, тоже пал от твоей руки! Это славные подвиги, они достойны дэвов… Ты могуч и бесстрашен, ты стал уже почти как один из нас. Как же ты мог поднять руку на слабую женщину? Разве ты никогда не знал любви? Разве у тебя нет сердца? — с улыбкой она прикоснулась ладонью у его груди.