Апполион
Шрифт:
Я кивнула.
Её ясный взгляд скользнул к Калебу.
–
И что ты планировал сделать? Тайком провести их, чтобы они смогли воспользоваться Водами?
–
Таков был план.
Богиня покачала головой.
–
Если бы мой муж был дома и вы бы собирались сделать нечто такое неразумное, я не смогла бы остановить его.
Дрожь закружила вниз по моей спине. Последнее чего мне хотелось, так это чтобы Калеб попал в проблему, повлекшую его вечные муки.
–
Я знаю, - ответил Калеб, сжимая моё плечо.
– Но они стоят риска, и Соларис возможно может располагатьинформацией как остановить Первого. И это то, чего Аид желает, верно? Это то, чего хотят боги?
–
Большинство из них, - тихо проговорила она, её взгляд скользнул обратно ко мне, и затем к Айдену.
– Но не все,судя по всему.
Кое-что пришло мне в голову.
–
Ты знаешь кто из богов - тот, кто помогает Сету и Люциану?
Он ухватила лощёный рыжий локон и накрутила его на свой изящный пальчик.
–
Если бы я знала это, тогда об этом боге уже бы позаботились. Я очень редко бываю на Олимпе и мало интересуюсь политическими взглядами, кто кого раздражает, достаточно сильно, чтобы покончить с миром, как мы знаем на сей раз и происходит.
Айден прочистил горло.
–
Такое случается довольно часто, ведь?
Персефона улыбнулась, и когда она заулыбалась, даже у меня сперло дыхание.
–
Чаще, чем ты можешь себе представить. Мир был на волоске от полного уничтожения несколько раз по той или иной причине. Но сейчас... подобно тому, когда мы столкнулись с Титанами. Это вышло за рамки нескольких красивых слов, которые используются чтобы сгладить осознанное оскорбление, - она испустила кроткий вздох. Но тем не менее, я мало что могу сделать, и если Соларис может быть немного полезной для вас, тогда она окажется немного полезной и для моего мужа. Следуйте за мной.
Когда она грациозно развернулась на своих каблуках, я оказалась чересчур поражена, чтобы начать двигаться первой. Помогающая нам Персефона - это не то, на что я рассчитывала.
Айден улыбнулся.
–
Это хорошо.
–
Чересчур хорошо, - я повернулась к Калебу.
– Ты - супер.
–
Я знаю, - он притянул меня к себе и быстро, но крепко обнял.
– Скучал по тебе.
Прижавшись ближе к нему, я подавила слезы радости.
–
Я тоже скучала по тебе.
Калеб поцеловал меня в макушку и затем отпрянул.
–
Пошли. Что ж, надо начинать шоу.
Все трое из нас последовали за богиней. Бедный Айден пытался смотреть куда-угодно, но не на неё, но в конечном итоге, он же был парнем. Странно, но я не испытывала ревности - вероятно, это больше развлекало, чем вызывало какие-либо еще эмоции, потому что он усиленно старался держать свои глаза в северном направлении.
Обхватив его руку, я её сдавила. Когда его взгляд переместился на меня, я ухмыльнулась и он одарил меня искривленной улыбкой в качестве извинения.
Пока мы шли по длинному, темному коридору , покрытому черными бархатными коврами, Калеб наблюдал за мной с Айденом со странным выражением на его лице.
–
Что?
– поинтересовалась я.
Он покачал головой.
–
Вы , ребята, действительно делаете это - отношения, открыто и все такое?
Рука Айдена сжалась вокруг моей еще более крепко.
–
Мне кажется прямо сейчас у мира есть гораздо большие проблемы, чем влюбленные чистокровный и полукровка.
Моё сердце совершило счастливый танец, услышав последнюю часть предложения. Достаточно слышать, как он произносит это - слово на букву Л - чтобы прогнать прочь все мрачные предзнаменования и ожидания.
Хриплый смешок Персефоны донесся до нас.
–
Это правда? Хотя, они не первые, и не последние.
Глаза Калеба небесно-голубого цвета остановились на Айдене.
–
И ты не собираешься даже попытаться скрыть отношения, когда все устаканится?
Вызов в его тоне заставил меня улыбнуться.
–
Этому не бывать, - сказал ему Айден.
– Это будет не просто, но мы найдем способ.
–
Хорошо, - взгляд Калеба ожесточился.
– Потому что если ты поступишь с ней плохо, я буду преследовать твоюзадницу до самой смерти.
Я прыснула со смеху, как и Айден, даже несмотря на то, что мы оба понимали, что Калеб говорил серьезно. Выпустив руку Айдена, я обхватила ею Калеба.
–
Этого не потребуется.
Богиня остановилась перед бронзовой дверью. От взмаха её руки она открылась. Хорошо, что она поможет нам выйти, так как у меня не было никакого представления как бы Калеб провернул подобное.
Ощутив порыв холодного воздуха, мы вошли в кольцеобразную камеру. Здесь было так много оружия на стенах боевые топоры, копья, мечи, и пики. Здесь были и ужасающие вещи, такие как головы давно забытых животных, забитых на охоте, и целый раздел, посвященный отрезанным с жертв "конских хвостиков".
Я прочистила горло.
–
Милая ... комната.
–
Это военная комната Аида, - благоговение наполнило тон Айдена.
– Проклятье.
–
Оружие принадлежит моему мужу, но ....
– Персефона окинула пренебрежительным взглядом военную комнату. Большая часть из этого военные трофеи Ареса, а не моего возлюбленного. У Аида есть склонность к небольшим перепадам настроения в ужасную сторону, но волосы ..., - она указала на отрезанные "конские хвосты", пригвожденные к стене.
– Это принадлежит Аресу. Он любит срезать волосы тех, кого он завоевал, и затем выставлять их на всеобщее обозрение. Это беспокоит большинство из других богов, поэтому он хранит их здесь.
Калеб вскинул брови.
–
Милая декоративная черта, полагаю.
Было нечто до жути знакомое в вопросе волос. Дело было не в части того, что были полностью срезаны волосы и повешены на стены, так как, спасибо богам, это было непонятным для меня. Но в этом было нечто, что отложилось у меня в памяти.
–
Вы знаете Ареса, - сказала Персефона, настаивая нам пройти глубже в военную комнату.
– Для него, всёвращается вокруг войны и военных трофеев. Общественный порядок практически ослабляет его. Он верит, что никто никогда не должен поворачиваться спиной к войне ..., - она умолкла и изящно пожала плечами.
– Он должно быть испытывает трепет сейчас, учитывая что все висит на волоске.