Апполион
Шрифт:
Он снова рассмеялся.
–
Ты такая наивная, малышка. Есть множество других способов умолять о смерти, нежели только словами.
–
Так ли это?
– мой голос немного надломился и я вздрогнула.
Его абсолютно белые глаза мерцали.
–
Я многое повидал в битве. То как тело само по себе сворачивается, когда жаждет смерти. Безмолвный крик об освобождении. Глаза, и то как они говорят, когда язык больше не функционирует. И затем есть душа, которая изнывает настолько жалко, когда смерть желанна, но она удерживается, что это придает ей безошибочное зловоние.
Лёд пронесся по моим венам, превратив кровь в мокрый снег. В этот момент я поняла, неважно как сильно я буду бороться, это ... это будет отстойно.
–
Так что если ты не хочешь испытать на себе всё это не понаслышке, ты расскажешь мне что тебе понадобилосьВ Подземном Царстве, и затем ты подчинишься мне.
Я сглотнула, вздрогнув, когда кулаки снова заколотили по двери за моей спиной.
–
Я не сильна во всех этих делах с подчинением.
–
Ты можешь захотеть передумать на этот счет, - он прозвучал вежливо, словно давал совет.
– Посмотри на этотрезво, малышка. Всё чего я прошу - так это, чтобы ты соединилась с Сетом. Позволила ему заниматься тем, для чего он и был создан. Вот и всё. Он будет о тебе заботиться. Ты же понимаешь это. Так уж ли это плохо?
–
Он лишит меня сущности.
–
И что? Ты будешь счастлива и жива. Ты ни в чём не будешь нуждаться, - он слегка склонил подбородок, почтичто игриво.
– Я даже позволю жить тому, кого ты любишь. Это беспроигрышная ситуация для обоих сторон.
–
За исключением богов, которых ты хочешь уничтожить, и тысяч, если не миллионов, людей, которые умрут.
Он пожал плечами.
–
Последствия войны.
–
Омерзительно, - сказала я.
–
Это правда.
Мой живот мутило.
–
Зачем ... зачем ты делаешь это?
–
А почему нет?
– он уткнул свой длинный палец на подбородок.
– Слишком долго обитатели Олимпа восседали насвоих тронах в бездействие. Позволив целому миру наводниться детьми полубогов и смертных, пока мы уединялись на горе Олимп. Мир должен быть нашим.
Я покачала головой.
–
Мир принадлежит людскому роду.
–
Мир принадлежит богам!
– прорычал он, его глаза засверкали.
– Мне и любому другому богу, который видитистину. Вот кому принадлежит мир.
Мои пальцы беспомощно сжались.
–
Почему ты просто не отдашь меня Сету? Почему ты пытаешься убедить меня?
–
Ну, на самом деле, я же не могу просто взять перести тебя туда, не так ли?
–
Ты ведь не всё продумал, верно?
– я выдавила смешок.
– Ты мог бы просто вырубить меня и запихнуть в машину.Зачем проходить через это?
Его брови резко опустились, а на челюсти заходили желваки.
–
Есть кое-что. Ты не можешь заставить меня пойти с тобой, - мой пульс ускорился.
– Верно?
Бог закипал.
–
Ты - Аполлион. Поэтому я не могу заставить тебя, но не забывай, малышка, я могу и я причиню тебе боль.
–
Этой "малышке" с трудом верится в это, - смелость подпитывала мою браваду, что обычно никогда не былохорошей комбинацией.
– Если конечно, ты не такой же, как и любой злодей, который хочет произнести длинную, неоправданно скучную речь, я бы посчитала, что ты относишься к больше-дела-и-меньше-слов типу бога.
Губы Ареса приоткрылись.
–
Ты даже не представляешь. Законы, которые защищают Аполлиона, как и всё в природе - сбалансированны. В то время как тебя нельзя заставить внушением или с помощью рук, ты можешь быть убеждена некоторыми другими средствами.
–
Ты никудышный торгаш, врёшь ты неубедительно.
Он издал низкий, глубокий ропот.
–
Подчинись, или так тому и быть.
Я взглянула в жуткие, полностью белые глаза.
– Иди к чёрту.
На мгновение он выглядел едва ли не разочарованным, подобно недовольству, которое родители испытывают, когда их ребенок настолько глуп, чтобы что-нибудь постичь, но затем он широко улыбнулся.
–
Не думаю, что Сету понравится это, но... ладно уж.
–
Что - ?
Арес рванул вперед, в долю секунды оказавшись передо мной. Все мысли о Сете тут же испарились, и инстинкт взял своё. Я призвала акашу, понимая что она не убьет бога, но надеясь, что отправит его обратно на Олимп с поджатым между ног хвостом, но этому не суждено было случиться.
Он поймал мою руку за запястье и стиснул её с, что вероятно было, наименьшим нажимом, но острый всплеск боли заставил меня потерять концентрацию.
–
Тебе не понравится моя убедительность, малышка.
А затем толкнул меня, и я ударилась об дверь с достаточной силой, чтобы это выбило из меня воздух. К несчастью, его речь Доктора Зло вовсе не была напыщенностью. Но если он может причинить мне боль, я могу вытерпеть это. Я не подчинюсь. Слишком многое было поставлено на карту. Слишком много жизней. Я смогу справиться с этим, и на всё, что я надеялась, так это, что он забудет об Айдене и Маркусе, когда он покончит со мной, или они смогут сделать всё как надо и свалить отсюда.
Я могу справиться с этим.
Оттолкнувшись от стены, я ринулась вправо и вытянула руку, но там где находилась его грудь уже было пустое место, и я ввалилась в него.
–
Соскучилась по мне.
Я крутанулась, обнаружив его позади меня. Опустившись, я замахнулась ногой по его ... но попала только по воздуху.
–
Ты можешь продолжить в том же духе, если хочешь.
Подняв глаза, я обнаружила его, прислонившимся к двери, руки были скрещены на груди. Теперь я начинала выходить из себя. Вскочив на ноги, я набралась сил и толкнула себя в воздух, закрутив прекрасный удар-бабочки, который -