Чтение онлайн

"Система зафиксировала мощный эмоциональный отклик у игрока Захур-Мазух. Персонаж Альмандина получает 6 единицы опыта."

Захур-Мазух встал на четвереньки и торопливо пополз за мной, поскуливая как блохастая псина. Мы пересекли коридор, и столкнулись с Милой, которая ворковала с низеньким дварфом у двери своей комнаты.

— Тьфу, срамота, — плюнул дварф.

Мила покраснела, и я пнула нерасторопного раба под зад копытом. Он с поросячим визгом ввалился в мою комнату.

— Позоришь меня перед подругой, — я заперла дверь.

— Простите, Госпожа! — он опустился на локти, вздернув бледный зад кверху и замолчал, чего-то ожидая.

Через минуту моего недоумения, Захур-Мазух ойкнул, поднялся на колени и протянул кожаный плетеный кнут, который появился буквально из воздуха:

— Накажите меня, Госпожа!

"Система зафиксировала мощный эмоциональный отклик у игрока Захур-Мазух. Персонаж Альмандина получает 6 единицы опыта."

Я нервно выхватила кнут из рук Захур-Мазуха, который принял исходное положение. Наверное, стоило отказаться от удовлетворения желаний чокнутого мазохиста, потому что мне стало гадко. Поэтому мои удары пропитались злобой к мужчине. Пять взмахов, пять синюшных полос на теле и тридцать опыта. Захур-Мазух с ревом растянулся у моих ног.

“Поздравляю Альмандина получила ранг — Инфернальный Бес. До достижения следующего ранга осталось 2982 очка опыта. Альмандине открылся новый навык — Удар Плетью, который станет доступен при вступлении в бой с врагами. Паладин Ромэо будет удивлен визжащей в воздухе адской плети."

Кнут в моей руке воспламенился. Языки огня пробежались по предплечью, и плеть Захура-Мазуха рассыпалась в черную пыль. Мужчина охнул:

— Зачем ты ее сожгла?

— Завали пасть, — зарычала я на негодника в ошейнике и надавила копытом на его пальцы.

"Система зафиксировала глубокий эмоциональный отклик у игрока Захур-Мазух. Персонаж Альмандина получает 8 единицы опыта."

Мужчина завизжал, вырвал руку и пополз к двери. На полу осталось недвусмысленное белесое пятно. Извращенец получил то, за чем пришел. И помешал мне насладиться секундами возросшей силы.

— Куда ты собрался? — рявкнула я. — Убери за собой.

Захур-Мазух испуганно оглянулся на меня, а потом перевел загнанный взгляд на вязкую лужицу у моих копыт и скривился:

— А тряпочка есть? Платочек?

— Языком, пупсик.

— Нет, — пискнул непослушный раб.

— Да.

— Мы этого не оговаривали, — резонно отметил Захур-Мазух.

— Ты либо подчиняешься…

— А какое у нас стоп-слово? — выдохнул мужчина.

— А его не было, — я шагнула к несчастному, помахивая хвостом. — У демонов нет стоп-слова. Мы всегда идем до самого конца. Мы пытаем до остановки ваших жалких сердец. И лишь в предсмертной агонии можно познать истинное удовольствие.

Захур-Мазух подскочил на ноги и в панике выбежал из комнаты, выкрикивая слова о помощи. Изображать демона не так уж и сложно. Особенно с идиотами, которые воспринимают игру как легкое развлечение без последствий. Да, убить по-настоящему я никого не могу, но напугать до усрачки — вполне. Здесь важны живые эмоции, которых не найти в реальной жизни.

— Ля, какая цаца, — воскликнул Сердолик, стоило мне спуститься мне. — Все краше и краше становишься, козочка.

— Я особо ничего не чувствую, — я разочарованно покрутилась вокруг своей оси.

— Это идет изнутри, — Мила улыбнулась. — В осанке, голосе и повадках.

— Я все еще похожа на мужика? — я посмотрела на Хунчу. — На транса?

— Слушай, демоны не в моем вкусе, — гоблин покачал головой. — Что ты, что Серж для меня одинаково противны. Так еще после голого орущего мужика в ошейнике я вообще не вижу в тебе ничего симпатичного.

— Так это же не я была в ошейнике, — я не понимала доводов гоблина.

— Агрессивные дамы не всем нравятся, — лицо Хунчи смялось в неловкую улыбку.

— Да разве я агрессивная? — я смягчила голос и медленно подошла к стойке, покачивая бедрами. Ласково улыбнувшись подозрительному Хунче, я подалась к нему и шепнула. — Я могу быть разной.

Гоблины тоже умеют краснеть. Я приблизила лицо к молчаливому Хунче, желая поцеловать его в тонкие и крепко сжатые губы, но он отпрянул назад и залепил пощечину.

— Почти получилось! — разочарованно воскликнул Серж. — Почти! Вот прямо жалкий миллиметр остался!

— Крепкий орешек, — засмеялась Мила. — Никому не дается!

— Я эти ваши игры, — Хунча топнул ногой и соскочил со скамейки, — в гробу видал!

Гоблин обиженно скрылся на кухне. Можно было бы предположить, что зеленый развратник спрятался от нас, чтобы самоудовлетвориться, но вряд ли он будет делать это среди кастрюль и на виду у огра-повара.

— У меня есть подозрения, что он влюблен в Дагну, — зашептала Мила. — Он иногда с такой тоской на дварфийку смотрит.

— Все куда хуже, — Серж притянул Милу к себе и зарылся носом в ее волосы. — Они женаты.

— Что?! — удивленно крикнула я. — Быть не может этого!

— Женаты, — тихо повторил инкуб. — В реале.

“Персонажи Альмандина, Мила и Сердолик оштрафованы на 200 золотых.”

— Больше ни слова! — Киса вырвалась из объятий Сержа и отпрыгнула от него. — Мне деньги важнее!

— Понял, молчу! — инкуб виновато поднял ладони на уровне груди в защитном жесте.

Я разрывалась от любопытства и жгучих вопросов, которые требовали немедленных ответов. Мила заметила мое нетерпение и кинулась к лестнице: