Чтение онлайн

И участвует в переговорах на тему «большого контракта», на всю теперешнюю Клешню.

С последним вышло довольно занимательно. Я вот удивился, например. Ну, думал говны взбурлят, мол совсем зазналось аристократие. И вообще: мироеды клешнястые, контракты им мелковаты, сволочам.

Соответственно, вопрос реформации Клешни с Крилем и переход исключительно на «толстые» контракты я воспринимал неизбежным злом. В плане так, или вообще никак.

А в сети высказывания и общее отношение было: «давно пора». Вот вообще офигеть — ни гадостей, ничего такого. Ну в массе своей, принципиальные сетевые говномёты всегда были, их, паразитов, если профилактически не отстреливать — всегда будут.

Лиса занималась продуктивной торговлей воздухом и пустотой, принося прибыли. И была счастлива, довольна и очень изобретательна. Её кабинет постоянно менялся, какие-то экзотические растения, пещеры, морское дно (без воды, но с ощутимой иллюзией таковой!). И заходил я к ней не с опасением… Но только с чётким осознанием, что супружеский долг в очередном экзотном месте с меня стребуют. Расшалилась, девчонка… что и неплохо, в общем-то.

И клиенты прилетали, и Биржа пахала. Вот реально, месяц, а тишь, гладь и крабская благодать, блин. Падазрительна, блин!

— Дживс, вот нихрена мне это не нравится, — озвучил я из кресла центральной комнаты управления станцией, приподняв визор с учебников. — Вот совсем не нравится.

— Полностью вас поддерживаю, сэ-э-эр. Только позвольте уточнить, что попалось под ваш взор и вызвало неудовольствие? Хочется запомнить его, как есть, перед тем как вы изволите «разнести нахер», сэ-э-эр.

— Ну запоминай, — фыркнул я. — Ситуация, партнёр. Мне нихрена не нравится это благолепие вокруг.

— Ждёте неприятностей, сэр.

— А ты, блин, нет?!

— Высоковероятно, сэр, они будут. Но пока, — потянулся камердинер с блаженной рожей. — Я наслаждаюсь.

— Ну… тоже логично, но я так не могу и не умею. Вот что, блин, с Казлом?! Где его, пидарасищу такого, черти носят, блин?! В Инее его ТОЧНО нет!

— Нет, сэр.

— Слушай, партнёр, — с затаённой надеждой полюбопытствовал я. — А может он помер? Ну там подцепил сепсис какой эфирный или краба головного ума?

— Последнее, сэ-э-эр, он похоже, и вправду «подхватил». А вот насчёт прекращения существования симбионта — крайне маловероятный вариант, сэр.

— Обломщик, — вздохнул я. — Нет, ну понятно, вообще-то…

— Обращайтесь, сэ-э-эр.

— И сволочь эфирная…

— Всегда к вашим услугам, сэ-э-эр.

— Вот хорошо-то как, — отметил я. — Слушай, а если нам его искать придётся, это вообще — как-то возможно? А то в том, чего я напостигал — нихера ничего такого нет, блин. У тебя там нет?

— Если вы про не изученную вами часть обучающей информации…

— Нет, блин! Я про твой Богатый Внутренний Мир, партнёр! Ну серьёзно, хорош!

— Как скажете, сэр. Только в рамках звёздной системы, сэр. И только с вашим присутствием там — не нахожу обходных вариантов.

— А след там взять?

— А я скажу: «фас, сэр!»?

— Если возможность есть — хер с тобой, говори.

— Теоретически есть, но нужен контакт. Вы можете поставить на эфирный объект метку… не вполне так. Смотрите, сэр, — развернул он голограмму. — Если вы производите воздействие, то определённая часть эфирного сознания… искажается вот так. И вы сможете ощущать примерное местоположение этого искажения, невзирая на расстояния Точнее — направление на точку материи, наиболее близкую к искажению. Ощущение будет как комариный писк, насколько я могу судить.

— Так, а сломать нахрен?

— Таким способом — крайне маловероятно, сэр. Это не вредит, просто изменяет внешнюю эфирную… форму, если можно так выразится. Не меняя сути.

— Можно, выражайся на здоровье.

— Благодарю вас, сэр.

— Так, погоди партнёр, — задумался я. — Это значит выходит у нас с тобой такая загогулина: теоретически Казла кончить я могу. Если он будет стоять и щёлкать клювом. Но не будет, казлы и пидарасины такие.

— Выражаю восхищение глубиной ваших познаний, сэ-э-эр.

— Угу. Так вот, способ окончательного и надёжного решения козлинского вопроса мы не знаем. Возможно, то есть точно — временно. Но сколько времени это временно продлится — мы не хера незнаем.

— Так, сэр.

— А значит, чтобы не трепать нервы, надо этого казлину соответствующим бантиком завязать. Мне, знаешь ли, как-то спокойнее будет.

— Сложно с вами не согласится, сэр. Мне тоже будет спокойнее, — признался эфиряка.

— А значит, раз уж пидарасина к нам не лезет, то надо выбираться самим. Хоть и не очень хочется, блин.

— Если рассматривать целью отслеживание симбионта — логично, сэр. Вероятность его появления довольно высока. Но высок и риск, сэр.

— Что риск есть — понятно, это блин не школьница на прогулке, а злобное пидарасище. И вообще. Но, наши защищены, так?

— От проникновения симбионта — безусловно, сэр. Но нужно учитывать, что любой, подчёркиваю, сэр, ЛЮБОЙ разумный может быть под воздействием казла. Или быть его непосредственным его вместилищем, сэр.

— Ещё воздействие это, блин. Ладно, прорвёмся! И порвём нахрен всех казлов, Дживс!

— Как вам будет угодно, сэр. И как вы видите эту охотничью операцию, сэр?

— Охотничья, хм. Хорошо сказано, — оценил я.

— Благодарю, сэр. И всё же?

— Да вот думал я тут… блин, постоянно думаю, как… умный, блин, — хмыкнул я. — Ладно, смотри: у нас есть нерешённый вопрос.

— Осмелюсь напомнить, сэ-э-эр, таковых вопросов…

— Дохера, я в курсе. Я про то, что вроде и нужно, но ждёт. Аренные деляги, Дживс.

— Хм, сэр.

— Вот «хм» не «хм», но эти лоботомированные придурки на станции мне нихрена не понравились. И факт, что направившие их пидарасы живут и радуются, ранит меня в моё чуйство прекрасного, партнёр.