Апофеоз
Шрифт:
– И теперь ты обречен разносить эту ошибку среди других? – покачал головой Дрекозиус. – О сын мой, я так тебе сочувствую. Воистину скорбна твоя участь...
– Я не создавал новых идимов уже триста лет, - перебил Властелин Идимов. – В Смутную эпоху я творил их направо и налево, но со временем научился частично противостоять заложенному во мне инстинкту. Поэтому и перестал покидать свою обитель. Сейчас я ищу способ творить новых идимов иным путем.
– Зачем? – не поняла Джиданна.
– Мы – разумные заклинания. Мы – гармоничное объединение разума и магии. В каком-то смысле мы – идеал... но мы пока что очень далеки от идеала. Слишком много ограничений. Слишком много недостатков. И главный из них – тот, что мы рождаемся из желаний смертных. В этом мы подобны вампирам, с которыми сражался Бриар. И даже если не принимать в расчет моральную сторону – это делает нас ущербными. Размножаться через других существ – это заведомая обреченность. Но однажды я найду способ это преодолеть – и идимы станут гораздо большим, чем забавные духи, которых призывают чародеи. Магия – это будущее разума, и это будущее – за идимами.
– Это какое-то безумие, - поежилась волшебница.
– Безумие?.. Возможно. Не знаю. Иногда мне самому кажется, что я зашел в какой-то тупик... но какой путь не оканчивается тупиком? Где она – истина? Демоны царят над смертными, пожирая их души. Боги с головой ушли в творение, создавая все новые миры и почти не интересуясь уже существующими. Титаны уперлись головами в потолок и не знают, что делать дальше. Эльфы достигли совершенства и покатились обратно к смертности. Где он – идеал? Кто знает? Кто скажет? Мой путь не хуже других.
Почти все подумали, что хуже. Но вступать в спор с всемогущим существом никто не захотел. В памяти были еще свежи вопрос Мектига о грозе и мораль, что вывела из него Джиданна.
– Могу ли я задать еще один вопрос? – осторожно сказал Дрекозиус. – Если ты ни с кем не общаешься и никуда не выходишь – что заставило сделать исключение ради нас? Криабал, что мы принесли с собой?..
– Нет, - покачал головой Властелин Идимов. – Ты.
– Я?.. – опешил Дрекозиус. – О величайший из величайших, мне лестно, что я, ничтожный, сумел привлечь твое внимание...
– Замолчи, - перебил Властелин Идимов. В его голосе мелькнуло раздражение. – Не лебези. Я терпеть не мог этого еще когда был императором подлунного мира.
– Молчу-молчу, - поспешно закивал жрец. – Но... все же?..
– Ты видишь во сне Криабалы, - ответил Властелин Идимов. – Те моменты, когда они меняют владельца. Эту небольшую Сущность создал именно я... когда еще был Бриаром. И Бриар же распорядился так, чтобы после его смерти она перешла к его прямому потомку. А от него – к следующему. И далее. И поскольку теперь она у тебя...
– Я – потомок Бриара?! – часто заморгал Дрекозиус.
– Он – потомок Бриара?! – ошалела Джиданна.
– Несомненно, - кивнул Властелин Идимов. – Эта Сущность передавалась по наследству. С кровью. Династия Колдующих Императоров пресеклась, прямых наследников не осталось – но Сущность не исчезла. Остались дети младших сыновей. Потомки по женской линии. Бастарды. Сейчас наиболее близок к Бриару ты.
– О боги... – растерянно пробормотал Дрекозиус.
– Предполагаю, что эта Сущность проявилась у тебя сразу после смерти твоего отца, - произнес Властелин Идимов.
– Нет, мой отец умер всего шесть лет назад, - возразил Дрекозиус. – Но ты почти прав, о всемогущий... Теперь я припоминаю, что незадолго до появления этого... кхм... дара, скончался мой дядя по материнской линии... и он был бездетен... о боги...
– Тля!.. – выдохнул Плацента. – Это что, получается, ты – главный герой нашей истории?! Какого кира?! Им должен был быть я!
– Замолчи, - с угрозой посмотрел на него Мектиг.
Полугоблин скрипнул зубами и процедил Дрекозиусу:
– Ты все-таки не особо-то заносись, святоша. Ты, тля, не Колдующий Император. Срать я на тебя все равно хотел кверху жопой.
– Да тут и нечем особенно гордиться, сын мой, - молвил жрец. – Бриар жил почти шесть тысяч лет назад и оставил пятерых детей, а те – тоже множество детей, а те – еще большее множество. Возможно, сейчас в мире миллионы его потомков. Просто так уж распорядилась Дарящая Удачу, что я среди них – самый прямой.
Плацента прищурился. Дрекозиус придал лицу подчеркнуто смиренное выражение, но судя по блеску в глазах, по чуть подрагивающему второму подбородку – внутренне он ликовал. Полугоблин понял, что и до этого невыносимый святоша станет теперь еще невыносимее.
– Я покинул свой чертог только потому, что один из вас – мой прямой потомок, - подытожил Властелин Идимов. – Потомок человека, которым я когда-то был. Я чувствую, что у вас всех есть мелкие Сущности... вы получили их в Дарохранилище, не так ли?.. Когда-то я тоже посетил эту древнюю шалость богов. Сущности в каком-то смысле сродни нам, идимам... как печень или иной орган сродни целому человеку. Я чувствую их. И сегодня я почувствовал ту мелкую Сущность, что отличает моего наследника.
– Наследника... – невольно повторил Дрекозиус, скрестив руки на животе.
– Ты не Колдующий Император, тля! – заорал на него Плацента.
– Не завидуй, сын мой. Не завидуй. Зависть – скверное, грешное чувство.
Уразумев, что Властелин Идимов – в каком-то смысле родственник Дрекозиуса, искатели Криабала утратили перед ним всякую робость. Особенно сам Дрекозиус – он перестал заискивать, подпустил в речь капельку фамильярности и даже назвал Властелина Идимов «высокочтимым предком».
Пришло время наконец-то перейти к тому, ради чего они сюда и прибыли. Попросить помощи. Но пока еще искатели Криабала медлили. Переглядывались, не зная, с чего начать.
– Высокочтимый предок, я не мог не заметить, что тебя смутило состояние Рваного Криабала, - все-таки произнес вкрадчиво Дрекозиус. – Уверен, что мало что смогу поведать всемогущему и всезнающему Властелину Идимов...
– Я не всезнающ, - покачал головой тот. – На самом деле я не слишком-то слежу за тем, что происходит в мире живых.
– Ох... но тем не менее, касаемо Криабалов... Наша дражайшая мэтресс Спецеял упомянула, что Рваный Криабал создавался чародеем Валеном... не знаю, известно ли тебе его имя, высокочтимый предок...