Антимафия
Шрифт:
– А, это ты, гнида. Заманил… Ничего, я с тобой рассчитаюсь.
Широкая твердая ладонь протянулась сзади и резко ударила Игоря по лицу. Из разбитых губ потекла кровь.
– Погоди, Скачок. Мы пока беседуем. А грозить нам не следует. Мы этого не любим, – голос Кости утратил задушевность.
– Нужно отвечать только на наши вопросы. Итак, сколько человек работает с тобой? Сколько вас?
– Много, – процедил Игорь. – Нас много. Тысячи…
– Это пафос комсомольцев тридцатых годов. Повторяю вопрос.
– Все равно всех вас передавим.
Страшный удар кулаком в скулу сотряс все его тело, в глазах зароились звезды. Стул покачнулся.
– И это еще вполсилы, – словно из тумана донесся голос. – Если бы ты стоял, то скакнул бы в тот угол. Не зря его зовут Скачок. Последний раз спрашиваю…
– Напрасно, – прошептал Игорь. – Напрасно спрашиваешь.
В глазах Фармацевта вспыхнули зловещие огоньки.
– Молодогвардейца из тебя не выйдет. Не тот заквас, да и времена нынче не те. Я могу заставить тебя рассказать все, но у меня нет ни времени, ни желания. Мы сделаем быстрее и проще.
Он извлек из-под стола еще один «уоки-токи» и поднес ко рту.
– Сколько их?
– Двое, – захрипело в ответ. – Сидят в машине.
– Наблюдайте, – он выключил. – А сейчас займемся ими.
Он повертел в руках аппарат Игоря.
– Полевой радиотелефон японского производства. Полезная штучка. Связываешься только со своим человеком. Сейчас он на связи и от нетерпения сучит ножками. Голос твой наверняка знает. Но мы будем говорить шепотом, по нему тембр голоса не определишь.
Игорь рванулся. Фармацевт сделал знак, и широкая липкая лента заклеила юноше рот. Он бессильно застонал. Удовлетворенно улыбнувшись, Костя включил радиотелефон.
– Ты меня слышишь? – прошипел он.
– Слышу! Игорь! – загудел бас Романа. – Где ты? Что с тобой?
– Меня привязали. Наверное, не обыскивали, рация со мной. Руку удалось освободить… Куда-то вышли. Видел их?
– Нет, машина у подъезда.
– Значит, где-то тут, по соседству. Поднимайся скорее сюда, развяжи. Третий этаж, направо черная дверь. Если вернутся… их всего двое, сладишь. Возьми оружие.
– А Ванда? У нее пистолет.
– Пусть ждет.
– Иду.
Через минуту на лестнице послышался шум, потом несколько человек, пыхтя, втащили что-то тяжелое и бросили посреди комнаты. Роман. Из головы сочится кровь, глаза закрыты.
– Здоровый, бугай. Пришлось оглоушить.
– Молодцы, гвардейцы! А девица?
– Сейчас притащат.
Прильнув к стеклу, Ванда следила, как Роман торопливо перебежал через дорогу и скрылся в подъезде. Сбоку в окно постучали.
– Девушка, не подвезете? Спешу. Куда едете?
Она потянулась и приопустила боковое стекло.
– Я никуда не еду.
– Вот это правильно, – в лицо ей ударила едкая струя…
– Ну, теперь вся компания в сборе, – Фармацевт удовлетворенно оглядел Игоря и Ванду, привязанных к стульям, Романа, валявшегося посреди комнаты. – А ты кричал: тысячи. Полюбуйся, коллега, какие зеленые шмаркачи держали в страхе столько достойных людей, – обратился он к Доке. – Но достаточно появиться истинному хозяину, как шмаркачи утрачивают весь свой боевой пыл. Жалкие, зеленые шмаркачи.
– Профессиональная работа, – подобострастно вздохнул Дока. – Мы такого не умеем.
– Ну, то, что умеете вы, не умеем мы, – утешил его Костя. – Каждому свое, как говорил один мудрый человек.
По его знаку со рта Игоря содрали пластырь.
– Теперь ты убедился, как работаем мы, – повернулся к нему Фармацевт. – Однако ваша троица мне понравилась. Подобрана умело, да и действовали неплохо… для начинающих.
Он повертел отобранный у Романа автомат и сунул его под стол. Ванда с трудом подняла голову.
– Очнулась птичка. А теперь слушайте внимательно. Я могу простить вас, ваши грехи молодости при одном условии: вы поступите ко мне на службу. Мне нужны люди, которые находятся на месте и ведут здесь мои дела. Можно сказать, испытательный срок вы прошли. И если будете служить честно…
– Тебе? Грязному бесчестному вору?
Второй удар обрушился на Игоря, он замотал головой.
– Для симметрии. Ну что ж… вольному воля. Что там такое?
Грубый голос от двери откликнулся:
– Там эта… шалава. Рвется сюда.
По лицу Фармацевта скользнуло легкое облачко досады.
– Не вовремя. Хотя… в конце концов это ее квартира. Уберите их в соседнюю комнату, – указал он на Ванду и Романа. – Этого оставьте.
Через минуту в комнату влетела Лика, шурша плащом.
– Ты ведь обещал, что мы пойдем… – она запнулась. – Ой!
Фармацевт подошел и галантно поцеловал ей руку.
– Ты его знаешь?
– Н-нет. Кажется, где-то встречала…
– В таком маленьком городе немудрено. Ты хотела видеть Потребителя? Вот он, перед тобой. Любуйся.
Глаза ее изумленно расширились.
– Это Потребитель? Он… А почему связан?
– Вздумал немного побуйствовать. Пришлось вразумить.
Лика не отводила глаз от Игоря. Он мрачно смотрел в угол. Теперь он понял, чья это квартира.
– Что ты собираешься делать с ним? – она уже полностью овладела собой и даже попыталась кокетливо улыбнуться Косте.
– Решаю не я. Решает Высший Принцип. А он нарушен, – Костя вздохнул – За его нарушение следует суровая кара.
Лика быстрым взглядом скользнула по жестоким лицам громил, по веревкам, опутавшим Игоря. Пистолет на столе…
– Ну, это ваше дело, – сказала как можно беззаботнее. – Значит, поход в театр откладывается?
– Почему? Я ничего не откладываю. Через десять минут освобожусь. Подожди в моей машине. Она внизу.
– Через десять минут жду! – она крутнулась на каблучках и выбежала. Костя посмотрел ей вслед затуманенным взглядом.
– Хороша!
– Ты и вправду собираешься в театр? – озадаченно спросил Дока.
– Зачем? – Костя пожал плечами. – Через десять минут отъезжаем. А эту… возьмем с собой. Дорога длинная, скучная… Пусть развлечет, а потом к папане отправим. Если будет вести себя прилично.