Чтение онлайн

— Сожалею, сэр, что нарушил ваш покой, — отозвался племянник, не выпуская из рук дробовика. — Да ведь ружье-то какое, посмотрите: настоящий «Джо Мэнтон» в сорок гиней.

— «Деньгам у глупца недолго ждать конца», племянничек! Вот что говорит Джо Миллер о твоем «Джо Мэнтоне», — ответил антикварий. — Я рад, что ты так свободно можешь швырять гинеи.

— У всякого свои причуды, дядя. Вы вот влюблены в книги.

— Ах, Гектор, — вздохнул дядя, — если бы моя коллекция была твоей, она бы живо упорхнула от тебя к оружейнику, барышнику и дрессировщику собак. Coemptos undique nobiles libros — mutare loricis Iberis note 175 .

— Да ведь и на самом деле, дорогой дядя, мне ваши книги были бы ни к чему, — сказал молодой воин. — И вам следует распорядиться, чтобы они попали в лучшие руки. Но не думайте о моем сердце так же плохо, как о моем уме: я не расстался бы с Кордери, принадлежавшим старому другу, даже ради упряжки лорда Гленаллена.

— Не сомневаюсь, мой милый, не сомневаюсь, — смягчился дядя Гектора. — Я люблю иной раз подразнить тебя. Это поддерживает дух дисциплины и привычку к субординации. Ты приятно проведешь время здесь, где командую я, а не какой-нибудь майор, или полковник, или «рыцарь в латах», как у Мильтона. А вместо французов, — снова с иронией продолжал он, — у тебя тут gens humida ponti note 176 , ибо, как говорит Вергилий,

Sternunt se somno diversae in littore phocae, note 177

что можно передать так:

Ладно, ладно! Если ты сердишься, я перестану. Кроме того, я вижу во дворе старого Эди, а у меня к нему дело. Прощай, Гектор! Ты помнишь, как phoca плюхнулся в море, подобно своему хранителю Протею, et se jactu dedit aeguor in altum note 178 .

Мак-Интайр подождал, пока не закрылась дверь, а после дал волю своему неукротимому нраву:

— Мой дядя — лучший из смертных и в своем роде добрейший. Но я предпочитаю перевестись в Вест-Индию и больше никогда не видеться с ним, чем слушать еще про этого проклятого phoca, как дяде угодно его называть.

Мисс Мак-Интайр, привязанная к дяде узами благодарности и горячо любившая брата, обычно выступала в таких случаях посланцем мира. Она поспешила встретить возвратившегося дядю, прежде чем он успел войти в гостиную.

— Ну, мисс женщина, что означает сие умоляющее выражение лица? Не сделала ли Юнона очередную пакость?

— Нет, дядя, но хозяин Юноны в отчаянии от ваших насмешек из-за тюленя. Уверяю вас, что он переживает их гораздо болезненнее, чем вы думаете. Конечно, это очень глупо с его стороны, но ведь вы умеете выставить каждого в таком смешном виде!

— Хорошо, дорогая моя, — ответил Олдбок, польщенный комплиментом.

— Я надену на свою сатиру узду и постараюсь больше не говорить о тюленях. Не стану упоминать даже о тюлевых занавесках и буду произносить «мм» и кивать тебе, если захочу, чтобы ты сорвала тюльпан. Я вовсе не какой-нибудь monitoribus asper note 179 , a — как Гектору известно — самый кроткий, тихий и покладистый из людей, которым сестра, племянница и племянник могут вертеть, как им заблагорассудится.

С этим небольшим панегириком собственному послушанию мистер Олдбок вошел в гостиную и предложил племяннику пройтись до Массел-крейга.

— Мне нужно кое о чем расспросить одну из женщин у Маклбеккитов, — сказал он, — и я хотел бы, чтобы со мной был разумный свидетель. Поэтому за отсутствием лучшего придется довольствоваться тобой.

— А тут как будто есть старый Эди, сэр, и Кексон; не подойдут ли они лучше меня? — промолвил Мак-Интайр, несколько встревоженный перспективой продолжительного пребывания наедине с дядюшкой.

— Честное слово, молодой человек, ты рекомендуешь мне прекрасное общество, и я вполне ценю твою любезность, — ответил мистер Олдбок. — Нет, дорогой мой, Голубой Плащ пойдет с нами, но не как полноправный свидетель, ибо он в настоящее время, как выражается наш друг судья Литлджон (да благословит бог его ученость), tanquam suspectus, а ты с точки зрения нашего закона suspicione major note 180 .

— Неплохо бы мне стать майором, сэр! — заявил Гектор, уловивший лишь последнее слово, наиболее привлекательное для слуха солдата, — но без денег и протекции трудно рассчитывать на такое повышение.

— Не унывай, храбрый сын Приама, — сказал антикварий, — и слушай своих друзей. Кто знает, что может случиться! Пойдем со мной, и ты увидишь вещи полезные, если тебе случится заседать в военном суде.

— Я уже не раз заседал в полковом военном суде, сэр, — ответил капитан Мак-Интайр. — Но позвольте преподнести вам новую трость.

— Очень признателен, очень признателен!

— Я купил ее у нашего тамбурмажора, — пояснил Мак-Интайр. — Он перешел в наш полк из бенгальской армии, когда она прибыла через Красное море. Он уверяет, что эта трость была срезана на берегах Инда.

— В самом деле отличный тростник. Она вполне заменит ту, которую ph… Так что это я хотел сказать?

Маленький отряд, состоявший из антиквария, его племянника и старого нищего, выступил теперь через пески к Массел-крейгу. Мистер Олдбок был в прекрасном расположении духа и так и сыпал всевозможными сведениями, а остальные двое из чувства признательности за прошлые благодеяния и в надежде на будущие скромно внимали его словам. Дядя и племянник шли вместе, а нищий — на полтора шага позади, достаточно близко, чтобы его покровитель мог обращаться к нему, чуть наклонив голову и не давая себе труда обернуться. Петри, бывший воспитателем в одной знатной семье, в своем «Трактате о благовоспитанности», посвященном членам эдинбургского магистрата, рекомендует на основании личного опыта именно такую манеру всем сопровождающим важных особ, как-то: домашним учителям, домочадцам и подчиненным лицам всякого рода. Под таким эскортом антикварий подвигался вперед с грузом своей учености, то и дело поворачиваясь штирбортом или бакбортом, чтобы дать залп по своим спутникам.

— Итак, по-твоему, — сказал он, обращаясь к нищему, — от этих неожиданных денег, от этого arca auri note 181 , как выражается Плавт, мало пользы будет сэру Артуру в его беде?

— Если только он не найдет в десять раз больше, в чем, сэр, я сомневаюсь, — ответил нищий. — Я слышал разговор Пегги Оррока и другого негодяя из служащих шерифа; плохо, когда такая мразь начинает дерзко болтать о делах джентльмена. Боюсь, что сэра Артура засадят-таки в каменный мешок за долги, коли не подоспеет надежная подмога.