Антикиллер-2
Шрифт:
– Одиннадцать на восемь миллиметров, – объявил он. – А у второй диаметр одиннадцать. Засаживай большую – тебе разницы никакой нет, а бабам приятней. После первого раза будут за тобой по следам бегать...
– Что это вы замышляете? – Сергей разделывался уже с третьей рыбешкой и допивал остатки пива.
– Сейчас узнаешь...
Кривуля освободил угол стола, приготовил книгу «Основы массажа», сверху положил целлофановый кулек, потолок в пыль пару таблеток стрептоцида, достал откуда-то маленький пузырек со спиртом и отвертку с заточенным жалом. Деловито, явно любуясь собой, чиркнул спичкой. Желтый огонек неуверенно обнял неровное – покарбованное напильником и битое молотком острие, полизал минуту и съежился, оставив на белом металле потеки копоти.
– А чего отвертка такая разлохмаченная? Скальпеля нет? Или бритовки?
– Дурень, это нарочно! Гладкий разрез долго заживает, а неровный за три дня схватывается!
Кривуля смочил спиртом ватку, протер конец отвертки и обе бусины.
– Ну что? Какую выбрал?
– Черт с тобой, давай большую, – криво улыбаясь, проговорил Алекс. – А это больно?
– Ерунда, – ободрил старший товарищ. – Снимай штаны и выкладывай свой балдометр.
Вся процедура запуска «спутника» заняла не больше трех минут. Алекс прислонился к столу, страдальчески скривился и отвернулся, уложив свое мужское достоинство на покрытую целлофаном книгу. Кривуля оттянул кожу в сторону от головки, поискав место, где меньше кровеносных сосудов, прижал отверткой и ударил сверху кулаком. Заточенное жало пробило крайнюю плоть и вошло в книгу. На целлофан брызнула кровь. Алекс вскрикнул.
– Все, уже все...
В кровоточащую рану Кривуля сосредоточенно и ловко запихал обе бусины, одну за другой. Не поворачивая головы, оперируемый жалобно мычал.
– Все, уже все...
Смоченной в спирте ваткой Кривуля протер рану, что вызвало новый вскрик будущего Казановы.
– Все, уже все...
Он поднес к прооперированному органу напряженно согнутую ладонь и поводил округлыми, движениями вправо-влево, будто на расстоянии поглаживал грозно взбугрившуюся, но не набравшую еще силы плоть. Кровотечение прекратилось.
– Ну ты даешь! – восхитился Сергей. – Как ты это делаешь?
– Все, уже все, – словно в трансе повторял Кривуля, и было похоже, что он не расслышал вопроса. Густо засыпав операционное поле толченым стрептоцидом, он обернул орган бинтом и только после этого пришел в обычное состояние.
– Готово! – На плоском лице сияла радостная улыбка. – Три дня я в тебя поизлучаю – и все! Через неделю для пробы отдерешь Светку, только осторожно, а то разрез лопнет. Но когда я лечу, хорошо заживает...
Кривуля был очень доволен и оживлен. Остатки спирта он вылил в стакан, разбавил водой из-под крана и протянул мутную теплую жидкость Алексу.
– На. Послеоперационный наркоз. В зоне только его и давали. А ты и предварительное обезболивание получил. Цени!
Алекс залпом выпил противное пойло, жадно закусил картошкой.
– А говорил «не больно»! – укорил он друга, рассматривая стол и явно не находя того, что искал.
– Слушай, а где второй шарик?
– Оба на месте... Лучше одним заходом поставить, – деловито ответил Кривуля.
– Да ты что! – задохнулся от возмущения Алекс. – Я тебя просил мне кукурузину делать?!
– Чего ты орешь? Я же как лучше думал, – обиделся Кривуля. – Не хочешь – давай выну, потом сам жалеть будешь...
– Как ты его вынешь? – плачущим голосом спросил Алекс.
– Да очень просто. Выдавлю обратно – и все дела!
– Это тебе так просто... Теперь уже нечего туда лазить...
– Правильно, – поддержал Кривулиного пациента Сергей. – Только заразу занесете.
Кривуля принялся убирать операционные принадлежности.
– Не расстраивайся ты так! Надо будет – бритовкой подрежешь, он и выкатится. Ничего особенного тут нет. Ребята, когда залетают на «мохнатом сейфе», живо выпарываются...
– Зачем? – поинтересовался Сергей.
– Да затем, что это броская примета, – с удовольствием объяснил Кривуля. – Баба говорит, что у тебя в болте что-то вшито, ты ее чуть пополам не разорвал. Тебя везут к доктору на осмотр, а там ничего нет!
– Как нет? А рана?
– Она же не про рану говорила, а про шарик! А рана – это совсем другое... Мало ли откуда взялась... Хотел побрить там и порезался... Адвокат найдет, что объяснить.
В наружную дверь постучали явно условным стуком: удар, пауза, три удара, пауза, два удара.
– Светка с бабами, – Кривуля направился к двери.
– Подожди, дай штаны надеть, – засуетился Алекс.
– Какая разница, все равно снимать...
– Куда мне снимать? Я сегодня пролетаю!
Не слушая товарища. Кривуля щелкнул замком.
– Чего долго не открываете? – раздался Светкин голос. – Гля, как устроился, тут хоть бардак открывай! Пожрать есть что? А то мы с девчонками проголодались...
Их было трое. Двое из постоянного состава: затянутая в вечную джинсу и кроссовки небрежно растрепанная Светка, ее закадычная подружка Зойка в видавшем виды, до неприличия коротком платье, высоко открывающем крепкие ляжки, обтянутые выцветшими колготками, – это был привычный для обычного времяпрепровождения женский коллектив.
Третья девица оказалась незнакомой, она явно выпадала из ряда и относилась к другому уровню; высокая, с хорошей прической и умелым макияжем, желтый пушистый свитер обтягивал задорно торчащие груди, а леопардовые, в облипочку, штаны плотно облегали поджарые ягодицы и длинные мускулистые ноги, обутые в леопардовые же туфли. Незнакомка отличалась от своих товарок так, как победительница конкурса красоты отличается от тех претенденток, которых отсеяли еще при записи. Она снисходительно смотрела по сторонам и меланхолично жевала резинку.
– Чего уставились? – окрысилась Светка. – Это Виолетта. Она тоже есть хочет, мы ее у «Сапфира» перехватили.
– Привет, мальчики! – Незнакомка изящно взмахнула рукой и внимательно осмотрела собравшихся. Алекс лихорадочно застегнул ширинку и сморщился от боли. Она чуть заметно усмехнулась.
Да, эта из центровых. И было видно, что она знает себе цену. Дорогие бляди в логове Кривули никогда не появлялись: во-первых, он был скуповат и рачителен, считал, что у всех баб между ног одно и то же, а следовательно, не стоит тратиться на то, что можно получить почти задаром. К тому же такие птички предпочитали совсем другие места... С приходом Виолетты и сам Кривуля, и его приятели ощутили, что и новый массажный кабинет не самое шикарное место на свете.