Чтение онлайн

Рука вновь потянулась к лежащему на столике телефону.

В свое время Гафур учился в Москве. И не где-нибудь, а в военном училище имени Верховного Совета, поступив туда после года службы в армии. Как удалось сыну обыкновенного председателя колхоза оказаться в стенах престижного по тем временам вуза, куда безродному вход был заказан, одному богу известно, но окончить его он не смог, так как сломал на третьем курсе нос внучатому племяннику известного на всю страну полководца. Сейчас Гафур вернулся сюда отнюдь не для того, чтобы вспомнить те годы и побродить по памятным местам. Он приехал возглавить мощную террористическую группировку и нагнать ужас на неверных.

Скатившись куда-то за Садовое кольцо, угасающее солнце освещало лишь верхние этажи высоток странным, желтовато-розовым светом, отражаясь от окон своими остывшими лучами.

Уставший за день город нервно гудел – сигналили машины, гремели трамваи. По тротуарам текли людские реки, образуя на перекрестках, у станций метро и остановок общественного транспорта некое подобие водоворотов.

Была пятница. Ресторан «Скала», расположенный на улице Декабристов в спальном районе Москвы, пока еще скучал в ожидании своих гостей. Из полутора десятков столиков «Бирюзового» зала занята была лишь треть.

Большинство посетителей в это время представляли собой разного рода служащих из расположенных по соседству фирм, адвокатской конторы и банка, заскочивших посидеть за чашечкой кофе, выпить рюмку коньяка под негромкую музыку, чтобы стряхнуть с себя накопившееся за пять дней рабочей недели напряжение. Они, подобно водолазам-глубоководникам, проходившим после погружения адаптацию в барокамерах, приводили здесь свою нервную систему в порядок перед тем, как отправиться домой. Исключение составляли лишь влюбленная пара да какая-то престарелая чета. Вся эта публика изредка посматривала в дальний угол зала, где все семь мест за столом заняли крепкие и сравнительно молодые мужчины, трое из которых имели ярко выраженную внешность так нелюбимых в столице лиц кавказской национальности.

Несколько раз из служебного входа появлялся невысокий седой толстяк в строгом черном костюме и безупречно-белой сорочке. Как бы невзначай окинув взглядом просторное помещение, он исчезал. В его глазах была заметна тревога.

– Слышь, Джин, видел, администратор зачастил? – спросил у своего соседа смуглолицый молодой мужчина со слегка вьющимися коротко стриженными волосами.

Угрюмый горец со свирепым выражением глаз с густыми, сросшимися на переносице бровями и массивной квадратной челюстью пожал мощными плечами:

– Ну, скажи что-нибудь, Вася.

– Боится, что здесь разборки могут начаться. – Мужчина, которого назвали Василием, бросил по сторонам настороженный взгляд и продолжил уже заговорщицким голосом: – А что? Четверо русских и трое урюков. Само собой напрашивается вывод – отношения выясняют.

– Слышь, ты, русский, – сидевший напротив кавказец со слегка вытянутым лицом наклонился вперед и с неприязнью посмотрел на Василия: – Сам урюк. Дошутишься…

– Ладно, хватит вам! – Устроившийся с торца стола мужчина строго посмотрел сначала на Василия, потом на сидевшего напротив кавказца. – Сейчас оба у меня получите.

Он выглядел немного старше остальных. Свободного покроя светлый костюм не скрывал его атлетической фигуры. Серые глаза, волевой подбородок и аккуратная стрижка пепельного цвета волос, словно магнит, притягивали взгляды снующих по залу официанток.

Василий заметно приуныл.

– Всегда так. Хотя, – он махнул рукой и пододвинул к себе тарелку с салатом, – отсутствие юмора – это патология. Медицина тут бессильна.

– В случае с тобой это точно, – вступил в разговор сидевший от него по правую руку наголо бритый крепыш с бесцветными бровями.

– Полынь, тебе-то какое дело? – Василий совсем раскис. – Хотел пошутить…

– А получилось как всегда, – закончил за него Полынь и подмигнул кавказцу: – Ты, Шамиль, не обижайся.

Он взял графин и разлил в рюмки водку. Вернув его на место, вопросительно посмотрел на сидевшего с торца стола мужчину. Тот кивнул едва заметно.

Кавказцы извлекли из карманов пиджаков ордена «Мужества» и по сложившейся традиции опустили в стаканы.

– Ну что, поехали, – вздохнул Шамиль.

Выпили. Те, у кого были ордена, извлекли их зубами. Сидевшие рядом собрались было помочь приколоть их на лацканы пиджаков, но Антон остановил их:

– На пенсии наденут.

Смутившись, чеченцы уложили ордена в коробки и вновь убрали.

Антон Филиппов и шесть офицеров разведывательно-диверсионной группы Генерального штаба, а, говоря простым языком, спецназа ГРУ, отмечали награждение своих сослуживцев-чеченцев правительственными наградами. В последней командировке на Северный Кавказ эти люди отличились. Работая под боевиков, смогли выйти на след банды полевого командира Халида Байханова, удерживающей в заложниках представителей иностранной делегации.

За три года службы чеченцев в спецназе у них это была первая награда. Хотя, не будь этих людей, многие операции могли бы попросту оказаться невыполнимыми. Бывшие сотрудники милиции Курчалоевского ОВД Вахид Джабраилов, братья Шамиль и Иса Батаевы были незаменимы не только при выполнении задач на территории Чечни, но и в других государствах исламского мира. Они могли запросто сойти за паломников в Эмиратах, за долечивающихся боевиков в Турции, за членов этнической преступной группы в Москве и других городах Европы.

Плотный график занятий и тренировок сочетался с частыми командировками. В любой момент группа Филиппова могла получить распоряжение убыть куда угодно. Накануне три офицера и прапорщик улетели в Афганистан для сопровождения сотрудника посольства. В первый раз решили отметить событие вместе, но не получилось.

Зал постепенно заполнялся людьми. Заиграла музыка. За соседним столиком устроились четверо молодых женщин. Потягивая красное вино и о чем-то вполголоса переговариваясь, они с интересом поглядывали в сторону спецназовцев. Судя по всему, этих особ больше всего интересовали Филиппов и сидевший рядом с ним Полынцев. Шутника Дорофеева они, к сожалению, могли оценить только со спины. На кавказцев женщины смотрели с некоторым опасением, видимо, так же, как и большинство посетителей, приняв их за бандитов, выясняющих отношение с конкурентами.