Чтение онлайн

– Но если я высшая форма, это разве не значит, что я могу жить вечно?
– Каликс с легкостью прошел по краю, как по гимнастическому бревну. Ему нравилось ощущение опасности. Он поднял одну ногу, с трудом удерживая равновесие.

– Ты пересмотрел видео. Наша раса живет долго, но не вечно.

Каликс пошевелился, покачиваясь на шестидюймовой бетонной плите.

– Докажи это… Отец.

И впервые в своей жизни Каликс увидел, как его отец превратился в десятифутового Лиэна с металлическим блестящим телом, излучающим серебряное сияние. Светло-сиреневые глаза Собека неподвижно смотрели на сына, как будто подзадоривая его сделать следующий шаг.

И Каликс упал с балкона стоэтажного здания.

ГЛАВА 17

Я в замешательстве

– Что произошло?
– Я моргаю несколько раз, пытаясь понять, где нахожусь. Первое, что вижу, - это лицо Тадж, точнее ее нормальную часть. Она улыбается.

– Ты потеряла сознание.
– Тадж склонилась надо мной. Она по-матерински убирает прядь волос с моего лица, и я внезапно вспоминаю маму Анники. Я отстраняюсь, не доверяя этой женщине… этому монстру.

Лежу на кровати, сделанной из переработанной древесины и оцинкованных труб, она накрыта одеялами из блестящего сатина, роскошного бархата и изысканного кружева. Пытаясь не смотреть на ужасное лицо Тадж, осматриваюсь. Я удивлена, что палатка красиво украшена внутри. Большая палатка со вкусом обставлена медными держателями для факелов, бронзовыми шкафчиками и несколькими сундуками. У одной стены разместился стол с откидной крышкой из темного дерева и витиеватый деревянный стул. У другой стены находится диван из темной кожи, на котором, свернувшись, спит Зилли, прижимая свой зонт, словно мягкую игрушку. Металлический книжный шкаф занял место у последней стены. Он заполнен книгами, что редкость в нашем мире, где вся информация хранится на планшетах. Мне хочется потрогать бумагу и ощутить, что такое настоящая книга, ведь я никогда не видела их так близко. В палатке чувствуется индустриальная эстетика с приглушенными цветами, которые контрастируют с яркими металлическими предметами.

На стенах висят карты мира, существовавшего до Великой Технологической Войны и даже раньше. Они запрещены на поверхности, потому что Глобальное Управление настаивает, что мир переродился, когда они пришли к власти, и нам нечему учиться у прошлого. Глобальное Управление диктует нам, что история - скорее помеха, чем помощь.

– Не хочешь выпить воды?
– голос Тадж такой глубокий и хриплый, что я невольно смотрю на нее.

– Да, пожалуйста.

Даже сидя, Тадж выглядит очень высокой. Она величественна, а ее длинные черные волосы сверкают на фоне изумрудно-зеленого платья с корсетом, в которое она одета. На всех пальцах она носит украшения, а на левом запястье красуется золотой браслет с осьминогом. Ее походка такая грациозная и плавная, что создается впечатление, будто она скользит по поверхности.

– Уверена, что у тебя накопилось много вопросов.
– Тадж передает мне медную кружку с прохладной водой. Я жадно пью.

– Где Кай?
– интересуюсь.

– Снаружи. Он очень беспокоится о тебе, но я хотела, чтобы ты отдохнула.

– Тогда почему он снаружи, если она здесь внутри?
– Я киваю в сторону спящей девочки.

– Потому что Кай подчиняется приказам. Зилли — нет.

Я в упор смотрю на Тадж. Меня не волнует, что она лидер революции. Меня не волнует, что она наполовину монстр.

– Я хочу его увидеть.

– Логично.
– Тадж кивает Лаклану, который притаился на входе, почти слившись с декором. Он выходит и через пару секунд возвращается с Каем.

– Кива, я так беспокоился.
– Он бросается к кровати.

– Я просто потеряла сознание, ничего серьезного, - отвечаю я с напускной бравадой. На самом же деле внутри я вся дрожу.

– Я никогда не видел, чтобы ты просто теряла сознание. В Лагере Монарха ты была очень сильной. Очень смелой. И когда ты так просто рухнула, я подумал… - он прервался.

– Что?

– Я подумал, что ты умерла.

– Не говори ерунду, - я выдавливаю смех.
– Я просто никогда не видела человека, у которого половина лица, как у чудовища.

Тадж начинает смеяться позади Кая, ее смех такой звонкий и громкий.

– Ты имеешь в виду чудовище, у которого наполовину лицо человека. Я могу сбросить форму Лиэна, если тебе так станет проще.

– Станет.
– Я не хочу быть грубой, но половина Лиэна действительно меня пугает. Этот светло-фиолетовый глаз. Есть что-то тревожное, когда смотришь в него. Как будто она видит меня насквозь. А мне это не нравится.

И тут она начинает менять облик: ее лицо меняет форму, и на смену серебру и фиолетовому глазу приходят черты красивой женщины. Не остается и следа от металлического создания. Появляется гладкая нежная кожа, зеленые глаза и улыбка с ровными зубами. Она прекрасна.

– Как ты это сделала?

– В моей семье все так умеют уже много веков.

– В твоей семье?

– В моей расе, - она поправляет себя.
– Мы легко можем принимать человеческий облик. Для нас это простое превращение, потому что мы похожи с вами физически. Возможно, мы немного выше и сильнее, но базовые функции у нас такие же. Самое большое отличие - это цвет глаз и сущность, которую мы не прячем внутри, а показываем снаружи. И все же мне следует начать с самого начала, верно?

– Насколько давно было начало?
– спрашиваю я.

– Около десяти тысяч лет назад.

– Мы с Собеком происходим из расы Лиэнов, которая также известна как Лиэниукс, - Тадж начинает свой рассказ. Она наливает нам чай из медного чайника, и горячий напиток успокаивает меня, пока я слушаю эту странную историю. Мы сидим за самодельным столом, Лаклан положил скатерть на сундук, и мы все вместе пьем за ним чай. Для незнакомца мы выглядим как семья за полуденным чаем - мама, папа и их трое детей. Все выглядит очень миролюбиво, но это не так. Зилли пересела с дивана мне на колени. Я нерешительно пыталась прогнать ее, но она была непреклонна и не сдвинулась с места. Правда говоря, ее присутствие даже немного успокаивает, поэтому я протестовала не долго. Закончив разливать чай, Тадж садится и продолжает свою историю:

– Десять тысяч лет назад наш дом, Лиэниукс, погибал. Это была крошечная планета. У нас были очень сильно развиты технологии, намного больше, чем на этой планете даже сейчас. Но наша раса утрачивала силы. Наши энергии умирали от голода.

– Что? Энергии?
– Я в замешательстве.

– Да. Наша раса питается энергией. Она дает нам жизнь… бессмертие. Но без энергии мы не выживем. И тогда у нас заканчивалась энергия для подкрепления. На нашей планете не хватало живых организмов, содержащих ее. Не достаточно экземпляров.