Аннотация
Шрифт:
– Ну, - засомневался старший урядник, - может и унесло. Очень даже может быть. Прохоров! В наказание останешься здесь, покараулишь до вечера.
– А чего все я, да я, господин старший урядник? Вон, пусть Ивлев покараулит!
– А ну молчать! Тебя что, в казаки, силой тянули? Сам пошел! Вот и проходи службу как положено!
– Да какие мы казаки, Господи? Ни шашек, ни, прости Господи, штанов!
– Ты сначала заслужи их, штаны-то! Ишь, раздухарился! Штаны ему! До утра караулить будешь! Самохин, дай ему рацию. Как что услышишь, сразу докладай! Понял?
– Понял, господин старший урядник, - с тоскою в голосе ответил невидимый Прохоров.
Конские копыта простучали по дороге, и Захаров рискнул выглянуть. Прохоров оказался рыжим мальчишкой лет семнадцати, чем-то отдаленно напоминавшим Сержика. Он сидел на камне, держа в руках повод кобылы, стоящей перед ним с поникшей головой. Карабин, прислоненный к другому камню, находился вне его досягаемости. Захаров неторопливо встал, направил ствол штуцера на Прохорова, и скомандовал:
– Руки вверх!
Результат был совершенно неожиданный.
Глава десятая
Прохоров, не отпуская поводьев, бросился под кобылу, пытаясь спрятаться под ее объемистым брюхом. Бедное животное, не понимая, чего хочет от нее хозяин, затопталось, уворачиваясь от незадачливого казака, а тот, все так же держась за повод, на корточках лихорадочно передвигался вслед за кобылой. Испуганные глаза Прохорова неотрывно смотрели в ствол штуцера, словно в глаза кобры. Кобыла вздергивала голову, пытаясь вырвать повод у хозяина, но тот намертво зажал его в руке. Наконец, она отскочила в сторону, заставив Прохорова встать, и в этот момент Захаров, подбежавший к нему, перехватил повод.
– Отпусти, - сказал Захаров угрожающим тоном, упирая ствол штуцера Прохорову в грудь.
Глаза мальчишки почти вылезли из орбит, он задрожал, губы его стали кривиться и дергаться, и, выпустив повод, он упал на колени, и обнял ноги Захарова.
– Дяденька, пожалейте меня, - закричал он жалобно, - не убивайте! Я не виноват!
– Что? Какого черта? Ты что, сдурел?
– закричал Захаров.
– Ну-ка, встань сейчас же!
Он сделал попытку высвободиться, но казак еще крепче обнял ноги Захарова, прижавшись щекой к сапогу.
– Не отпущу! Не отпущу!
Подошедшие Сержик с Люськой с интересом смотрели на эту сцену. Прохоров закрыл глаза, и по его щекам потекли крупные, прозрачные слезы. Он плакал не стесняясь, всхлипывая, и подвывая. Сержик вынул из кармана газовый револьвер, и, ткнув его стволом в нос Прохорову, зловеще прошептал:
– Отпусти, слышишь, ты, козел?
Прохоров взглянул, закатил глаза, его руки разжались, и он упал в глубокий обморок.
– Ну что с ним делать будем?
– спросил ошарашенный Сержик.
– Допросим, да отпустим. Надеюсь, его команда не явится за ним сейчас, - ответил Захаров.
Он нагнулся, и похлопал пленника по щеке, испачканной сапожным кремом.
Очнувшийся Прохоров увидел над собой троих путешественников, внимательно смотрящих на него. Он, не вставая, оглядел их, остановил взгляд на Люське, и проникновенно попросил:
– Тетенька, не убивайте меня, пожалуйста! Я все скажу!
– За кем вы сюда приехали?
– спросил Захаров.
– За пришельцами, за кем же еще?
– ответил пленник.
– Что за пришельцы?
– удивилась Люська.
– А те, что из дыры вылезают. Шастают тут, и шастают! Приказано их изловить. Вообще-то их спецназ ловит, да пилоты, а мы так, поддержка. Нам только недавно разрешили Казачье войско организовать, так что у нас и нет ничего. Десяток карабинов, да два десятка лошадей. Вот сегодня сюда послали, велели найти пришельцев. Их пилоты видели. Да только где их найдешь-то?
– Ты, я смотрю, ожил. Болтаешь, как заведенный, - усмехнулся Захаров.- А ты грамотный?
– А как же? У меня десятилетка!
– с гордостью заявил мальчишка.
– Ну, так скажи, как планета называется?
– Какая планета?
– Эта, на которой ты живешь.
– Ну, как? Матерь, конечно! А как еще-то?
– Понятно. Ты в городе живешь?
– Нет, в местечке. Город далеко-о. А вы из города?
– Да, можно сказать из города, - ответил ему Захаров, усмехаясь.
– А вы что, здесь охотитесь?
– Ну, вроде того. На пришельцев. Так что сматывай удочки, казак Прохоров, мы в твоих услугах не нуждаемся. Сейчас здесь будет большой шум, так что садись на свою кобылу и уезжай.
– А как же господин старший урядник?
– Я его предупрежу. По рации. Понял?
– Понял, господин..э-э.. .
– Вахмистр.
– Так точно, господин вахмистр!
– Выполняй!
Испуганно оглядываясь, Прохоров влез на свою кобылу, чмокнул губами, и тряхнул поводьями.
– Эй, стой, вояка!
– закричал Сержик.
– Ружье свое забери!
– Ой, спасибо!
– вскричал Прохоров, - урядник голову оторвет!
Он повесил поданный Сержиком карабин на плечо, и снова двинул каблуками сапог в бока лошади. Кобыла встряхнулась, и потрусила вниз, к ущелью.
Захаров облегченно вздохнул, и сел на плоский камень, а Сержик с Люськой стояли на дороге, и смотрели вслед
казаку. Люська оглянулась на Захарова, и шутливо пропела:
– Господин ва-а-хмистр-р-р!
Он улыбнулся, и сказал:
– Хватит подкалывать! Давайте уже уйдем отсюда, пока еще в какую-нибудь историю не попали.
– Легко, - сказал Сержик, и протянул руку с браслетом в сторону скалы. Портал открылся, и Сержик с Люськой направились к нему. Захаров замешкался, и Люська окликнула его: