Чтение онлайн

Событие пятьдесят первое

Мы никогда не потерпим поражения, пока душа готова побеждать…

Шаман Кинг (Shaman King)

Сашка в Гибралтаре из комнатки в казарме, что ему выделили, почти не выходил. Он занавесил всем, чем мог, два окошка, которые были в комнате, чтобы ни один лучик солнца не проникал внутрь. Там за окном стояла неимоверна жара. Термометра у дархана Дондука не было, но по ощущениям, солнце нагрело воздух на Скале до сорока пяти градусов. Выходишь на улицу к таверне, где столовались офицеры, и куда допускали посла Великого хана, а по спине от жары начинают мурашки бегать. Пара минут идти, а приходишь мокрым насквозь. И приём пищи превращается в наказание. Да ещё плюс вонь от гниющей рыбы. И так две недели пыток. Сашка даже великобританцев зауважал. Они же тоже с северов, и огромной куче наглов приходится жить в Индии, Африке, здесь вот, в Китае с Сингапурами и Австралиями. Везде жара. Понятно, что организм постепенно акклиматизируется, но не за неделю же, плюс малярия и прочие мухи Цеце.

Вот и здесь он выживал в затемнённой комнате, а матросы английские даже в футбол играли.

А чего? Это судьба. В смысле, подходит к нему на третий день Бамба и говорит:

— Александр Сергеевич, а можно мы с ними в футбол сыграем? — рожа при этом широкая и хитрая.

— Поясни?

— Футбол-то? Игра такая, где двадцать два дурака за одним мячом гоняются, — и ведь не смеётся.

— Сотник, это я тебе говорил. Ты мне объясни, зачем ты хочешь с ними сыграть? — хотя и сам догадался. На корабле калмыки натерпелись. Наглы же не знают, что они английским владеют. Вот и оскорбляли их на языке Мартина Лютера Кинга, по-всякому изгаляясь. А ты ходи терпи и злость копи. Ведь, чем совместное плавание закончится известно — тотальный геноцид. Так чего обижаться на будущих трупов. Но на самом деле еле сдерживались ребята. Только дисциплина и довольно редкие контакты позволили раньше времени этот геноцид не начать. А тут есть такой способ не убивая унизить.

— Побьём этих зазнаек чутка, интересно посмотреть на это будет со стороны.

— Вуайерист хренов.

А почему нет? Даже если его пацаны проиграют, что сомнительно, то ничего страшного не случится. Ну, тут родоначальники футбола, джентельмены, мать их, а с другой стороны, степняки, дикари, которые мяча не видели. Не позорно проигрывать.

— Хорошо. А на что играть будете?

Бамба ещё шире харю сделал. Сразу его оскал Коху не понравился.

— На поджопники. Не ногами, мячом. Они нагибаются, а мы мячом расстреливаем. Всё, как у нас в детстве.

Точно, сам же и научил. Великим футболистом Кох не был. Но там (В ПРОШЛОМ — БУДУЩЕМ) в детстве же играл в футбол во дворе и потом по телику смотрел. Комментаторов слушал, про всякие катеначчо и «защепки волжские» читал, даже как выглядит «ДУБЛЬ-ВЕ» знает. Да и про более поздние системы слышал. Так что, чему мог, Виктор Германович парней научил, а дальше сами, старшие младших учили. Потоки между собой сражались и зимой, и летом. Устраивали соревнования между калмыками и суворовцами. С этого года и гардемарины подключатся.

— Пойдёт. На деньги не вздумайте. Нет, я не боюсь, что проиграете, просто деньги — это деньги, может драка начаться в конце. Они почти нищие и готовы за каждую копейку удавиться.

— Я понимаю, ужасно люди живут, мы так не смогли бы, давно бы всех офицеров поубивали. Зачем такая жизнь нужна?!

— Всё философ, кончай умничать. У нас крестьяне тоже в молоке ванны не принимают. Да, они будут очень грубо играть, ноги берегите. Драк избегайте. Сами договоритесь или?

— Сами, сообщим вам, Александр Сергеевич, — Бамба почти счастливым ушёл, улыбка до ушей.

Не получилось у самих. Буквально через час в дверь его комнатки затарабанили. Сашка лежал в гамаке, закрыв глаза, и думал о том, как ирландцев с шотландцами прощупать, на предмет перехода на сторону добра, а тут грохот такой.

— Сего надо, головой постуси! — он открыл дверь, сбросив крючок, а там капитан Ирби и лейтенант Джон Бейтс.

— Господин посол, тут мне боцман доложил, что ваши охранники хотят с командой корабля в футбол сыграть? — Ирби, как всегда, поправил повязку на глазу, он как волноваться начинает, так головой вечно крутит, ну она у него на нос и сползает, открывая дыру в голове. Ужас ужасный.

— Да, я им лазлешил. Сего не так?

— Так наши их разобьют, а они в драку полезут, а их бить нельзя. Это же посольство! — ссука, всё то же самое сейчас Сашка Бамбе рассказывал, что наглы будут проигрывать и в драку полезут.

— Ай, не залко, путь побьют васи насих. Если смогут. Только если наоболот, то не клиците, не плацьте. Мозет и наси васих побьют, — Сашка смотрел, как наливается помидорным цветом сей Циклоп, и как мог старался не засмеяться.

— Не бывать этому. Команда «Аретузы» лучшая на флоте! — поддержал командира лейтенант Джон Бейтс.

— Холосо. Когда иглать будут?

— Сегодня вечером, как жара спадёт. Приходи, посол, тебе нужно будет своих от драки удержать, когда мы их разгромим.

— Холосо. Моя плиходить. Моя пальцем поглозить.

Событие пятьдесят второе

Мы всегда стремимся к лучшему. Забив два гола, обычно чувствуем, что способны на большее, что мы должны забить третий. Это и есть перфекционизм — то что движет к успеху в жизни.

Лионель Месси

Виктор Германович Кох он же не Пьер какой Карденов, и даже не Адди Дасслер, но тем не менее, когда в школах футбол вводил, то попытался шиповки изобрести. Потом от шиповок отказался, пацаны народ азартный — калечиться стали. Чёрт с ним со сцеплением с матушкой землёй, решил Сашка, просто попытался на кроссовки перейти. И тут столкнулся с известным русским парадоксом, что ни пытайся сделать, хоть телевизор, хоть мясорубку, а всегда получается автомат Калашникова. Вот и у него получились туфли, а не кроссовки. Ну, материалы такие в этом времени. Кроме кожи, есть только тряпка. Попробовали из парусины сделать с кожей. А вот хрен, нужны твёрдые поверхности, чтобы ногу не калечить. Потому народ у него играл в кожаных туфлях. И самое интересное, ну, которые артиллеристы, они же все дворяне, так, когда домой на побывку ездили показали эти туфли и вернулись с заказами и братьям надо, и отцу, и дяде, и племяннику. Так рядом с Басково вырос настоящий обувной цех, который всё расширяется и расширяется.

Сейчас этих туфлей — кроссовок у калмыков не было и играли в сапожках. Формы тоже с собой не брали. Потому, сборная Великого ханства Джунгария вышла на поле футбольное в своих синих штанах с короткими сапожками на шнурках, типа берцы, но повыше. И всё, дальше голый торс.

Английские моряки тоже не в адидасовских шмотках вышли на поле. Белые штаны от повседневной формы из парусины и тяжёлые ботинки. Чтобы не путаться, договорились, что матросы играют ещё и белой безрукавке, тоже часть формы для южных широт.