Чтение онлайн

– Застряло. Между ребер, – выдохнул Кинби в лицо Тишигу, и южанин почувствовал на своем лице смрадное, пахнущее кровью, дыхание древнего чудовища.

Кинби снова дернул южанина на себя и впился ему в горло.

Не отрываясь от горла жертвы, он резко отвел руку назад и вонзил сложенную копьем ладонь под ребра Тишига.

Тело южанина задергалось, когда безжалостная рука нащупала его сердце.

Тело пронзила немыслимая боль, и гаснущим взором Тишиг увидел, как вампир поднимает над головой кровавый комок.

Со стоном оттолкнувшись от мертвеца, Кинби сделал несколько неуверенных шагов.

Отбросил вырванное сердце южанина, и со стоном ухватился за рукоять меча.

Боли не было. Он чувствовал лишь легкую брезгливость от ощущения чего-то чужеродного в своем теле. Несколькими рывками выдернул из груди меч, и упал на колени, выпустив из рук клинок.

Серебро продолжало свою разрушительную работу, но медленно, куда медленнее, чем рассчитывал Тишиг.

Кинби криво ухмыльнулся – отчего-то люди склонны верить старым легендам о смертоносном для Детей Ночи серебре. Что ж, для только что ставшего вампиром, оно опасно. Но не для монстра, существующего столетиями.

Вытер о пиджак окровавленные руки. Прислушался.

Из коридора не доносилось ни звука.

Кинби пополз к сумке с оружием, достал обоймы для кольтов, перезарядил оружие, и, пошатываясь, поднялся.

Стоя сбоку от двери открыл ее, и, выждав пару секунд, шагнул за порог.

– Парни, лафа кончилась, – сержант Гловер сидел, привалившись спиной к сырой каменной стене.

Вытащив из внутреннего кармана маленькое зеркальце, он стволом винтовки аккуратно выдвинул его из-за угла. Зеркальце моментально разлетелось стеклянными брызгами.

– Ага, вот он, – удовлетворенно пробормотал Гловер, и махнул рукой Строму.

Мант бочком-бочком подобрался к командиру группы.

– Слушай, там комната. Квадратная, кажется, метров пять на пять. Что-то типа кабинета секретарши или приемной. В общем, фикусы, кресла и вся фигня.

Стол перевернут, за ним пара гаденышей. Кто еще есть, не чувствую. Тебя на эту комнатушку хватит?

Стром презрительно фыркнул, поднялся и закрыл глаза.

Затем резко выбросил вперед правую руку, будто кидал что-то в комнату.

С его ладони с пронзительным визгом сорвался прозрачный, отсвечивающий синим, шар. Полицейские отработанным жестом закрыли глаза и уши.

В комнате полыхнуло, и тут же Рыжик Мик вкатился внутрь, поливая злополучный стол автоматным огнем.

Впрочем, необходимости в этом не было. Увидев, во что превратились охранники, молодой полицейский позеленел, и его вывернуло прямо на обожженные мант-огнем трупы.

Пробегая мимо, Крауч похлопал его по спине:

– Бодро держишься, салага. Дуй вперед.

И Рыжик дунул.

Ручку следующей двери он повернул первым. Аккуратно открыл, подождал, как учили, и быстро заглянул внутрь.

Свистнуло прозрачное лезвие, и обезглавленное тело упало на руки товарищей, заливая полицейских кровью.

Комната и коридор таяли, меняли свои очертания, превращаясь в огромный сводчатый зал. Тонкие колонны из неизвестного зеленого камня поддерживали на огромной высоте волнистый асимметричный потолок. Дверь, возле которой стояли полицейские, вместе с куском стены пропала, и они оказались в проходе между двумя рядами колонн.

Меченосца, снесшего голову Рыжику, Гловер уложил очередью в упор. Остальных отсек Стром, взмахом руки послав в пространство перед собой веер алых шаров, накрывших атакующих веером острых, насквозь прошивающих доспехи, осколков.

После чего побледнел и сполз по колонне. Сил не осталось ни на что. Мант закрыл глаза, равнодушно думая, что, вот, сейчас его убьют и можно будет хоть немного отдохнуть.

– За колонны! – замахал Гловер и полицейские, рассыпавшись, открыли огонь по наступающим воинам, вооруженным прозрачными изогнутыми клинками и странными, похожими на арбалеты, устройствами, стреляющими сгустками светящейся фиолетовой слизи.

Один такой комок попал в грудь храту, выбивавшему дверь в Дом. Бедняга страшно закричал и упал, раздирая руками грудь, в которой разрасталась громадная дыра с обугленными краями.

В зал вбегали все новые противники.

– Гранаты! – скомандовал Гловер, оттаскивая Строма за воротник под прикрытие колонны.

Попытаться закидать противника гранатами, пока они не рассредоточились по всему залу и не перешли в атаку, было последним шансом полицейских.

Юринэ рывками приходила в себя и снова проваливалась в небытие.

Вот перед глазами плывет пол. Ребра во что-то упираются, неудобно дышать.

Кажется, ее кто-то несет.

Темнота.

Новая картина. Она сидит, привалившись к холодной стене. Перед ней присаживается на корточки симпатичный парень в изодранном костюме. Изо рта у него идет пар.

Очень холодно. Откуда-то доносится стрельба.

– Сидите, сидите, синьорита, – говорит парень, его голова взрывается, забрызгивая Юринэ мозгом и кровью.

Темнота.

Снова тряска. Пыль забивает ноздри, не дает дышать. Внизу кто-то тяжело пыхтит.

– Паоло, мальчик мой, не надо так бежать, когда ты путешествуешь с пожилым человеком и несчастной девушкой. Да застрели же ты эту гадость, что ты на нее смотришь!

Звуки выстрелов, нечленораздельный рев, Юринэ падает и отползает в угол.

Стоя посреди зала с обвалившимся потолком и увитыми лианами колоннами, Паоло и Марио увлеченно палят в кошмарную помесь тигра и скорпиона.

Юринэ нащупывает в наплечной кобуре пистолет и присоединяется к ним.