Ангельская ярость
Шрифт:
– Вы не имеете права! Я сын депутата! – вякнул какой-то европейской наружности парнишка.
Девушка, прищурившись, посмотрела парню на лоб, после чего вынесла вердикт:
– Хм… Два изнасилования, наркотики и… ого… три трупа. А ты нахал, малыш… А где у нас папаша? Ага… – Девушка уставилась на полного мужчину в деловом костюме от Армани. – Не стыдно, тварь? Дитя, называется, воспитал… Хотя… да уж, ему было у кого учиться. На счету у Чикатило столько трупов не было… – Резкое движение рукой, и в сердце парню входит неизвестно откуда взявшийся стилет. Тот с тихим всхлипом заваливается на бок. – Не так быстро, мой дорогой. – На лице девушки появляется холодная улыбка, больше похожая на оскал. В то же мгновение с ее пальцев срывается что-то мерзко-зеленого цвета, почти незаметное при солнечном свете. И мертвое тело, страшно захрипев, вдруг начинает двигаться. Встав же, оно замерло.
Все окружающие с ужасом наблюдают за этой фантасмагорией. Оживший мертвец. Зомби. Это ведь сказки, выдумки голливудских режиссеров… Или какое-то колдовство…
– Колдовство? – Девушка оборачивается в сторону произнесшего эти слова. – Нет, просто магия. Точнее, некромантия. – И командует мертвецу: – Фас, малыш.
И тот кидается на собственного отца, разрывая его тело на куски голыми руками.
Всюду слышны крики. Кого-то тошнит. Кто-то, сжавшись в комок, тихо подвывает от ужаса. Кто-то вообще, обхватив голову с враз поседевшими волосами, остекленевшими глазами смотрит в никуда.
– Пусть бойцы сами решают, как поступать с этими… существами. Только хотя бы несколько десятков оставят в живых – нужно же, чтобы кто-то объяснил, за что были уничтожены остальные.
– Так нам что, их не убивать? – удивленно спрашивает парень.
– Ну зачем же… Пару умертвий можно и сотворить… А что до остальных – я же сказала не убивать. Насчет качества здоровья ничего сказано не было. Ладно, я пошла – спать охота. – И она исчезает в засветившейся на мгновение арке.
Одного из присутствующих кто-то сзади резко дергает за воротник, и теперь весь обзор ему закрывают полные ярости глаза, в которых, кажется, пылает само пламя преисподней.
– Ну что, тварь, приступим к уроку по правильному жертвоприношению? Будешь знать, что мой племяшка ощущал, попав на стол к твоим вивисекторам.
А после этого появляется боль…
Сегодня произошло небольшое, но знаменательное событие. Наконец проснулся от целительного сна титан. Да уж… Флара говорила правду насчет того, что нам повезло, так как он оказался светлым. Первые часы после пробуждения он бушевал, яростно ругаясь на полусотне языках одновременно, при этом круша все, до чего мог дотянуться…
Хорошо, хоть мы отвезли его к небольшому каньону (судя по оплавленным краям, тут если не убили какого-то бога, то уж наверняка сильно потрепали) вдали от баз перед тем, как будить.
А через сутки я рискнула спуститься поговорить с ним.
– Привет, – говорю, приземляясь метрах в двадцати от свернувшегося кольцом, на манер змеи, титана.
Сначала меня даже не удостоили вниманием. И пришлось ждать минут десять, пока до него дойдет, что я никуда уходить не собираюсь. Массивная голова приподнялась и немигающим взором уставилась в мою сторону.
– Что тебе нужно, низшая? – В голосе столько раздражения.
Бум!!! Бабах!!!
– Ой! Больно же!
– Тоже нашел мне низшую! – яростно шиплю на него, сплетая очередное заклинание поубойней. – Я тебе что, прислуга? Я не ангел и не демон. А ты не бог. А потому оставь свои прежние замашки, если не хочешь схлопотать по сопатке.
– Знаю я, – мрачно буркает он в ответ, вновь укладывая морду на землю.
– Отставить меланхолию! – рявкаю, лупя его по загривку фаерболом. Хорошо, хоть Флара предупредила меня о сильных перепадах в настроении у титанов. Сейчас главное, так сказать, завербовать его. Дать цель существования. А то ведь он может вновь утратить разум, просто погрузившись в пучину собственной тоски.
– Да как ты смеешь?!! – Там, где я только что стояла, клацают его зубы.
– Во косой, – ехидно замечаю, выскакивая из портала метрах в десяти. – Тоже мне легендарный зверь. Позор, однако. – И снова ныряю в арку портала. И вовремя – теперь меня атакуют пламенем. Причем, что удивительное, ледяным. Ох уж эта мне магия…
Минут пятнадцать забавлялась тем, что безостановочно прыгала из одного портала в другой, попутно уворачиваясь от убойных заклинаний. Кто бы только знал, насколько сильный это стресс для вестибулярного аппарата летающего существа – постоянное головокружение оттого, что порталы открываются под разными углами. Пришлось даже специальным заклинанием отключать этот самый аппарат. Стало немного трудно ориентироваться, где земля, а где небо (все та же земля только под покровом алых туч вообще-то, ну и расстояние до нее на порядок больше). Зато хоть тошнить перестало…
– Все! Мне это надоело! – тихо рычу себе под нос, вновь ныряя в портал. Выскочив из него за спиной у титана, рявкаю, тем самым активируя подвешенное в ауре заклинание (надо отметить, оно заняло практически весь запасник). – Молот Хаоса! – С ладоней моих протянутых вперед рук срывается нечто похожее на нагретый до очень сильной температуры воздух, к тому же переливающийся всеми цветами радуги.
Заклинание вминает титана в землю. Слышится тихий стон. Причем стонет не только светляк, но и я сама. Все-таки магия Хаоса плохо действует на тело, причиняя сильную боль. Да и магический запас тоже почти исчерпан – уложить титана-то с одного удара многого стоит. Меня хватает лишь на то, чтобы не брякнуться кулем на землю, а осторожно приземлиться на ближайший валун.
Ноги подгибаются, и я брякаюсь на пятую точку… И тут же взвываю дурным голосом – все-таки больно копчиком да об острый край камня.
Единственное удовольствие в этой ситуации – это то, что запасник наконец-то свободен от такого мощного заклинания. А то было ощущение, будто литра три-четыре воды зараз выпила, а потом еще и пробежала несколько километров.
Тем временем очухался титан.
– Кх… К-хак?!
– Что? – не сообразила я, все еще потирая пострадавший прибор для поиска приключений.
– Как ты смогла применить это заклинание?!! – выдает на одном дыхании он, кое-как приподнимаясь на лапах. – Низшие этого не могут в принципе… Разве что какой-нибудь архидемон. Да и тот бы потом с неделю пластом лежал.
– Дошло, наконец, – говорю, ехидно улыбаясь. Причем часть моей улыбки вызвана блаженством от уходящей боли – целительные заклинания, как-никак, никто не отменял.
– И кто же ты? – тут же интересуется он так, будто еще пять минут назад не хотел разорвать меня на куски. Вот тебе и нестабильная психика. Будем надеяться, что хоть на умение держать слово это не распространяется – ведь магическую клятву с такого не стрясешь. В его ауре любой контракт выгорит на раз.