Чтение онлайн

Скорее всего, низкая концентрация емировой руды не смогла отпугнуть тварь, а охрана явно не была готова к сильному врагу. По словам сенсея, этот участок пещер считался давно исследованным. После такого Совет должен пересмотреть вопросы безопасности своих колоний.

Ник знал, что поднимется волна, и даже что-то на первых порах будут делать для видимости, но политика — это всегда грязь. Побухтят и потом всё забудется — вот это и самое страшное. Такое количество жертв просто вычеркнут из истории.

К тому же это Крайние — их не жалко. Он отмахнулся от мрачных мыслей и перепрыгнул через разломленный кусок камня на дороге. Заглянул в дом, походил туда-сюда — подвалов нет, и пошёл дальше к следующему.

Так, шаг за шагом, он углублялся в северную часть разрушенной колонии и почувствовал, как воздух здесь стал намного чище. А ведь точно — кубы закладывались по принципу квадрата: на гранях севера, юга, востока и запада. А также несколько слоёв квадратов по центру. Как правило, они были под государственными зданиями, чтобы особо ушлые воришки не полезли копать в поисках лёгкой наживы.

Чем дальше он шёл, тем благотворней было влияние этого самого куба. Их так называли из-за характерной формы арматурного ящика, внутрь которого помещали огромные самородки. Куб — основа любого города. Вытащи его и сразу почувствуются изменения не только в воздухе: состав почвы, живность и микроорганизмы в ближайшее время переселятся или вымрут.

Это первичный вопрос безопасности, потому сенсей был так категоричен с Гансом — та руда, что сейчас заложена в основе этой колонии государственная собственность. Андервуд зорко следили за своими вложениями, и вёл учёт. Понятное дело, что сюда зашлют чиновников для аудита и оценки ущерба.

Сначала, когда колония молодая, руда тратится на терраформирование и её размеры снижаются до минимума, но когда экосистема начинает работать, то всё меняется — идёт рост минералов, клетку куба расширяют. Имеются свои формулы жизни, по которым вычисляют, до каких размеров надо выращивать это добро.

А дальше излишки просто скалывают и пускают на нужды города. Всем точно не хватает — дюже много сфер завязано на минерале, но местные учёные грамотно просчитали коэффициент выживаемости, и всё работало как часы. Ещё бы — за столько тысяч лет неплохая скопилась статистика.

Ник понимал Ганса — забрав несколько кусков там сям, можно было спихнуть вину на мифических мародёров или ретроградный меркурий и вмиг обогатиться. Ник не особо верующий, но бережёного бог бережёт — своё они как-нибудь сами заработают. К тому же у него была собственная пещера в запасе, где он мог на законных основаниях тащить эту руду мешками.

Ник и не заметил, как дошёл до самого края. С северной части было больше всего домов — скорее всего, отсюда и начинали строить. Саймон потому и взял на себя пусть и целую половину, но менее заселённую.

Отсюда дальше шёл арочный выход высотой с пятиэтажку. Такой сложно охранять. Обычно делают искусственную насыпь из земли и камней, но тут руки не дошли до этого, хотя…

Ник прошёл дальше и увидел, что земля как раз таки была, только разбросана по периметру.

У него появилась догадка и, выйдя за ворота, она подтвердилась — тварь, уничтожившая город, просто снесла эту хлипкую преграду. Свод был стёсан неравномерными кусками, и впоследствии верхняя часть обрушилась, ещё больше расширив проход.

Он стоял и смотрел в туннель туда, откуда появилась громадная тварь. Ник сам не заметил, как пошёл дальше, будто его что-то вело. Надо бы позвать с собой спутников, но он этого не сделал. Странная уверенность, что всё будет хорошо, а также дичайшая гормональная буря устроили в его башке фейерверк.

Это была смесь эйфории, голода, азарта и предчувствия, что если он не пойдёт прямо сейчас, то потеряет самое большое удовольствие в своей жизни и будет потом жалеть. Тело было против разочарований, поэтому ноги сами собой мчались на неведомый биологический магнит.

Рациональное мышление отключилось и вот, спустя километров десять, он забежал внутрь красивой пещеры-поляны. Здесь не было деревьев и, по-видимому, жизнь только-только зарождалась, повсюду росла трава. Пространство тянулось на многие километры вдаль.

Но где там был конец, Ник не мог рассмотреть, потому что возникла одна проблемка. Его на пороге встретил «арендатор» этих владений. Смесь огромной лягушки и зубастой ящерицы. Её горящие желтизной глаза гневно пялились на вторженца, зелёная кожа наростами вздыбилась, а само массивное тело приподнялось на мощных задних лапах. Их фаланги заканчивались кругообразными перепонками.

Высотой метров двенадцать она была готова вот-вот напасть, но вместо паники и страха Ник испытал странное чувство радости. Адреналин бил вовсю, и он чуть не бросился на эту тварь с голыми кулаками.

Амфибия сделала свой ход, и Ник почувствовал, как под ногами содрогнулась земля от стремительного прыжка. Он ринулся навстречу монстру, выжимая максимальную скорость — хотел пробежать под ним и очутиться на другой стороне. Что-то подсказало ему — манёвр вбок будет опасен.

Они поменялись местами, и Ник на ходу вынул свой меч. Что ж это тебе не полудохлого дракона убивать. Противник посерьёзней, да и в полной боевой готовности. Его передние лапы пятипалые и могли совершать хватательные движения. Кажется, именно так эта лягушка и разрушила вход — просто расковыряла насыпь когтистыми пальцами.

У него была полная уверенность, что он справится, хотя по физической подготовке всё даже не на среднем уровне — времени прошло ещё не так много, чтобы бросать вызов такой махине.

Магией Ник не обладал, фехтовальщик тоже посредственный — чем он её убивать собрался? Горе-воин, блин.

Там и подступиться было сложно — мускулистые передние конечности контролируют поле боя и мгновенно схватят любого зеваку. Он и сам не заметил, как побежал на амфибию. Что вообще происходит? На тот свет захотел?