Чтение онлайн

Все. Ждать больше нечего.

Лет в 14 оказалось, что у меня слабое зрение, и мне нужны очки.

Красивую оправу добыть не удалось, и мама купила мне что-то пластмассово-зеленое.

Мукам моим не было предела.

Мне казалось, что все смотрят на меня и только и делают, что обсуждают мои уродские очки.

Я прятала их в еще более уродский футляр, потом в портфель, и мне не приходило в голову, что очки – это одежда для глаз, и что они могут быть красивыми и элегантными…

И почему моя мама даже не приложила усилий, чтобы достать красивую оправу?

Разрушающая и разъедающая душу бедность – вот ответ.

Обычные подростковые заморочки бедность делала просто непереносимыми, острыми, мучительно жестокими.

Намучившись в подростковом возрасте со всеми несовершенствами и уродствами, позднее я утоляла свою жажду душевного комфорта покупкой шуб, золотых колец, машин, домов, дубовой мебели, еды, шоколада, хорошей обуви…

Шуба была важна не только потому, что она красивая и теплая, а потому, что в ней можно явиться перед глазами очень многих людей, кто унижал меня и смеялся надо мной, когда я была ребенком и подростком.

Моя учительница истории, которая кричала на меня, что я «политическая кретинка» и «безнравственная тварь», побледнела, когда я «случайно» заглянула в свою школу проведать учителей.

Надо ли говорить, что на мне была надета норковая шуба, все золотые вещи, которые у меня тогда были, а на пальце болтался ключ от собственной машины.

У меня были красивые очки из дорогого бутика, хороший мейкап, дорогие духи.

Я чувствовала себя королевой, победительницей.

Все эти штуки как бы защищали меня, как бы говорили за меня, что я не кретинка и не уродка.

Посмотрите на меня! Уродка и кретинка не может так хорошо выглядеть и так хорошо пахнуть. Уродки и кретинки не способны иметь мужа, который им купил машину и вообще новую жизнь.

Если кто-то покупает для меня дорогие вещи, значит, не такая уж я и кретинка. Теорема доказана с блеском.

Реванш, триумф и полный разгром противника – вот что чувствовала я тогда, в школе.

Да простят меня все те люди, перед которыми я красовалась и выпендривалась – я не могла тогда вести себя по-другому.

Это просто вылезало из меня, это было выше моих сил – быть скромной и не выпячивать своих шуб и колец.

Сейчас я очень часто думаю о многих поколениях аристократов, которые были привычны к достатку, избегали унижений и стыда бедности и которые никогда не гордились своим достатком, а напротив, старались быть скромными и деликатными, чтобы не обидеть других людей, которых достаток обошел стороной.

Многие российские женщины, прошедшие через подобное детство и юность, дети бетонных пятиэтажек и четырехметровых кухонь, не раздумывая выходят замуж за мужчин, которые могут купить им хотя бы какой-то комфорт, хоть какую-то жизнь.

Если в родительской семье она ела картошку три раза в день, а муж привозит ее раз в неделю на рынок за продуктами – это уже резкая разница, это уже счастье.

Голодному человеку не до нравственных и этических исканий. Голодному человеку тупо хочется есть!

Одна моя приятельница как-то рассказала, что ее муж стал больше зарабатывать, и что первое, что они купили себе, когда денег стало чуть больше, – банку сгущенки.

Это была ее мечта – поесть сгущенки досыта, и чтобы никто не отбирал.

Вторая моя приятельница совершенно серьезно уверяла меня, что если хватает денег на копченую колбасу хорошего качества вместо крахмальной – это признак благополучия и достатка.

Третья говорила, что не может остановиться и пожирает бананы, потому что хотела бананов все свое детство, а их никогда не было.

Мои приятельницы покупают себе одежду десятками единиц, новые и новые сумки, новые и новые кольца и серьги, и вечная жажда наесться досыта гонит их на рынки и в магазины.

Это просто уму непостижимо, сколько барахла ввозится в Россию и сколько барахла наши женщины покупают ежедневно!

Ни одна страна мира, кажется, не имеет такого жуткого товарооборота.

У каждой женщины в России должна быть минимум одна шуба и одна дубленка.

Иногда шуба покупается на сбережения целой семьи, бабушки и мамы отдают свои гробовые деньги, чтобы у девочки была шубка, как у всех.

Знакомые шведы часто спрашивают меня: почему ваши русские девушки и женщины одеты в дорогие шубы, если у них иногда нет приличной квартиры и накоплений в банке? Это выглядит очень странно.

Обычно я отвечаю, что дорогая шубка – это как сертификат качества, как штамп о соответствии нормам, знак качества.

Разве человек должен иметь сертификат качества? – спрашивают наивные шведы.

Еще как должен, – отвечаю я, – если это человек из России.

Вся российская история – это по сути попытка внушить этому человеку, что он не имеет никакой ценности, он винтик или шпунтик в колеснице истории, что его жизнь и его личность не имеют никакой цены.

Поэтому русский человек вынужден присвоить себе хоть какую-то ценность вещами и предметами, которые он надевает на себя или окружает себя.

Женщины надевают шубы и бриллианты, мужчины – покупают автомобили и дорогие часы.

Мир сходит с ума, когда русские начинают шопинг.

Никто не может понять, почему русские скупают самые дорогие вещи, почему они так азартны, откуда такие понты.

Оттуда, из винтиков, шпунтиков и всеобщей нищеты!

По приезде в Швецию я была шокирована и ошарашена, разглядывая шведок.

Без косметики, в кроссовках, сандалетах, с рюкзачками, с простыми прическами, без укладки и лака на волосах, без маникюра, а иногда просто в застиранных футболках – непостижимо! Сначала я думала, что они просто бедные, те, кто без макияжа.