Анастасия
Шрифт:
Так он и задержался у химиков и "вычислителей".
Осмотревшись, Дмитрий Иванович вспомнил, что, когда появились в России компьютеры, его посылали в Иркутск, на рсы "осваивать невидаль".
Мы подарили ему ко дню рождение стопку учебников ( себе я оставил только одну книгу "Компьютер для чайников"), и сибиряк взялся за дело.
Через два года он устроился программистом в Миссасаге, рабочем районе Торонто. И сразу выписал из Иркутска семью. Мы встречали ее в Торонтском Аэропорту. Маленькую голосистую Клавдию, инженера-механика, семейного атамана, по всей видимости, и застенчивого огненно-рыжего мальчугана с огромными удивленными глазищами...
Едва я положил, после разговора со Славой трубку, позвонил и сам Дмитрий Иванович.
– Славик мой, до чего наглец-наглецом мальчишка ,- начал он с возмущением.
– В фирме "Микрософт" - гигантская корпорация, международная мне, доморощенному, туда и не показываться!
– сын рассказал, было у него собеседование. Большой американский босс спросил, почему студент по имени... как вас по имени? отказался итти в компанию "Роджерс", где проходил практику. Знаете, что мой нахал ответил? "Для меня компания "Роджерс" себя исчерпала..." И как же его после этого возьмут, наглеца?!. Обещать-то обещают...
Тут уж я засмеялся, принялся главу семейства утешать.
Разговор с ним натолкнул меня на размышления о Славе и его отце в необычном "глобальном" ракурсе.
Дмитрий Иванович всю жизнь помнил и боготворил всех, кто его куда-либо "пристроил". Полвека прошло с тех пор, как его перевели на должность юрисконсульта в Иркутск, а рассказывал нам с дрожью в голосе. Да и здесь...То и дело благодарил Полину, помогавшую ему устроиться "в тепло", а позже и в компьютерный оффис. Видать, боготворил всегда и всех, кто дает хлеб.
Никто так не подтрунивал над ним, как его успешный сынок. Слава российских страхов не изведал. Увезли из России семилетним. Школу окончил в Канаде. А через два месяца завершит и Университет в городе Вотерлоо, где самый лучший в Северной Америке факультет инженеров "хайтеха". Компьютер был его, Славика, стихией, его родиной. Кому и зачем свободному человеку кланяться? Многомиллиардный "Роджерс" для него "исчерпал себя", и точка.
Отца он любил нежно, хотя и крестил в горячую минуту " крепостным графа Шереметьева ", "совком". И его болезненную неуверенность, застенчивость, в разговорах со мной неизменно оправдывал ( Мы, Лазаревы, не коренные сибиряки, мы при дедах-прадедах бежали туда из Горелова- Неелова, Неуражайка тож!). А порой, чтоб избежать моих дальнейших расспросов о судьбе Лазаревых, оставшихся в Сибири, обрубал беседу энергетикой Киплинга: "Запад есть Запад, Восток есть Восток, и с места они не сойдут".
Тем не менее, Слава был вовсе не так горд и заносчив, как мне казалось ранее "Заносился", дерзил он вовсе не вопреки отцу : заработки у "профи" на Западе такие, что порой без боя места и не завоевать. "Надо уметь продавать себя", постиг Слава. И то, что для его отца мальчишеская самоуверенность, нагловатость, - почти ужас, для Славика - естественная жизнь этого мира, где каждый сам за себя. Ни перед кем не сгибаясь. Не придуриваясь...
Так обнаружилось для меня, что традиционный на Руси, можно сказать, "тургеневский" конфликт отцов и детей в семье Лазаревых осложнился неведомым нам ранее социально-нравственым конфликтом континентов. Миров. И в их семье "Запад есть Запад, Восток есть Восток..."
Слава позвонил на другой день.
– Григорий, отец ругается, что я ничего не сказал вам о работе...Ну, да, взяли! Как и обещали!.. Но я звоню не поэтому,- перебил он мои поздравления.
– У нашего америкоса машины тут нет. Я мчусь по бизнесу, по дороге подвезу его к вам, хорошо?
– Значит, намечается семейный бизнес? "Лазарев и сыновья"?
– Увы, Григорий! Савелий не компьютерщик. Он вовсе... Бетховен,- Слава произнес "Бетховен" таким тоном, как говорят об оступившемся, почти пропавшем члене семьи.
– Он пианист... Нет, все же не из тех, кто барабанит под плакатом "Просят не стрелять в пианиста" Он с малолетства нотную папку таскал ... Теперь он лауреат разных конкурсов. Просто как в Иркутске его прозвали, так и пошло. Словом, наш родной " Бетховен ".
Бетховен едва протолкался в приоткрытую дверь. Невысокий, ширококостный, видно, крепкий, как и все Лазаревы, но, вместе с тем, и худющий, как и отец. Ключицы под белой рубашкой выступают. Пригляделся - во всем в отца. Не человек, а пожар. Огненно-рыжий, лобастый. Залысина аж до затылка. Нос, как у всех Лазаревых, дерзкий, с "рязанской" нашлепкой. Лицо красновато-облезлое, точно подпаленное огнем. В испарине. Тщательно выбритое.. Под припухлыми глазницами густые тени, точно и в самом деле обдало пламенем, сажа- не сажа, осело что-то на запалых остро-коститстых щеках. И без объяснений ясно, загнанный эмигрант. Из самых свеженьких. Затурканных беготней по канцелярским анфиладам.
Естественно , я настроился на разговор о его музыкальных делах. Но... не встретил понимания.
Опаленное огнем лицо Савелия-Бетховена - странно неподвижное. Как у слепца. Глаз нет-щелки. Открыто живут лишь пухлые, как у ребенка, губы. Закусил нижню губу, в досаде, что ли? Вдруг вытянул трубочкой: "мо-ожно , включить интернет?" И тут же, не дожидаясь медлительного хозяина, поиграл с немыслимой для меня скоростью на клавиатуре компьютера огромными белыми пальцами, наконец, вывел вывел на экран газету "Московские новости". Отыскав какой-то текст, шепнул:
– Свежий номер. Пробегите одним глазком. Заслуживает!..
Заголовка не было. "ОТЗЫВЫ НА МАТЕРИАЛ", и все. Автор какая-то Анастасия.
Анастасия притягивала к себе, как магнит, с первых же слов:
– Россия вымирает. Гибель лесов от кислотных дождей, отравление рек, озер, морей, самого воздуха токсичными отходами и радиацией поставили землю на грань катастрофы. Вот уже десять лет, как Россия включена Западом в зону глобального бедствия. А сегодня, от жадности к шальным деньгам, страну хотят еще обложить всемирными "ядерными помойками".
Наши дети от рождения отравлены...
На Ближнем Востоке арабские фанатики, опоясанные взрывчаткой, убивают самих себя, в переполненных городских автобусах или среди случайных прохожих. Самоубийц "во славу Аллаха" называют там "ШАХИДАМИ". Угодными Богу. Таким ШАХИДОМ становится для всего мира Россия, сливаюшая радиоактивные вещества в моря-океаны, угрожая странам-соседям новыми Чернобылями
Арабские "шахиды", взрываясь, уверены, что они прямиком идут к своему Магомету. А куда идем мы?