Чтение онлайн

Сдержался, не стал переводить грибной настой и ресурсы синтезатора на выпивку, но легче не стало. Недаром ему приходили в голову аналогии и сравнения местных с детьми, теми самыми детьми, мелкими назойливыми пиздюками, которых регулярно хотелось утопить самому за шум и кучу лишних слов и проблем. Тех самых детей, которых он бросался спасать, так как и сам когда-то был таким же, беззащитным, уязвимым, неспособным дать отпор.

Не просто ответственность за спасенных, нет, к ней примешивалось еще и вот это отношение. Не мог Олег оставить кучу спасенных им детей на растерзание жестокому миру взрослых, то есть нежити. Но и жить так дальше не выходило, надо было что-то менять, например убедить себя, что все вокруг взрослые и их не надо спасать.

Олег попробовал, уже и серия закончилась, а он все пробовал и ничего не вышло.

— Тебе стало легче, - вдруг сообщила Имма.

И тут же все испортила самодовольным заявлением:

— Видишь, я помогаю!

— Отключить бы тебя, - проворчал Олег, - да сам стану, как ребенок.

В нынешних условиях такое было бы смерти подобно, буквально. Ребенок, ведущий детей, да, готовый рецепт для катастрофы. В этом смысле все и без того было печально, хоть плачь: ну какой из него руководитель? Толпа людей, осевших рядом с нежитью, разве такое могло закончиться хорошо? Следовало действовать, и он вроде не сидел без дела, но в итоге только загнал себя и преисполнился отвращения к окружающим.

Словно к толпе детишек, да-да.

— Иногда это полезно, - заявила Имма.
– Стать как ребенок, стряхнуть тревоги и заботы.

— И получить кучу страхов и указаний взрослых, - проворчал Олег.

Неприятно было осознавать все это, включая тот факт, что Имма, зараза такая, все же помогла, но еще неприятнее было делать выбор. Впрочем, теперь, после осознания, Олег понял, что выбора у него нет, он не мог бросить эту кучу детишек, как не мог оставить тогда погибающих под ударами мертвяков людей, как не мог... да неважно. Не мог и этого достаточно.

Из всего этого следовал еще один вывод: отправляться в Вендорию следовало лично. Да, оставить пещеры и людей здесь, рискуя, что придет нежить и всех убьет, и это было неприятно, не говоря уже о страхах, что залезут и украдут синтезатор. В то же время, он не мог пустить все на самотек, так как речь шла о безопасности вот этих вот взрослых детей вокруг.

Следовало идти с ними, и это же должно было помочь с самим походом, можно было обойтись меньшим количеством людей, оставляя больше здесь. Правда, один или десять уже не спасли бы против армии нежити, с которой удалось справиться в прошлый раз, но если не идти самому, то можно было получить "возвращение Даруна - 2" и потерю времени, полгода, как минимум.

Что также могло погубить взрослых детишек вокруг.

— Проклятье, когда я стал так высокомерен?
– пробормотал Олег.

Но попытка представить, что вокруг взрослые люди ничего не дала и не изменила его решения. Если он хотел сделать хорошо и спасти детей, мелких шумных противных назойливых раздражающих детей - а он хотел!
– то следовало идти самому.

Олег поднялся, хрустнул шеей и начал прикидывать, что потребуется в дороге.

День 182

— Я не подведу вас, тар, - гулко произнес Марбух и приложил к груди руку с растопыренными пальцами.

— Не сомневаюсь в этом, - ответил Олег.

Проблема заключалась в том, что не подвести можно было по-разному. Например, по методу Кассаха, героически погибнуть, но не отступить и не посрамить своей чести.

— И в тебе тоже не сомневаюсь, - повернулся он к Бартану.

Мург только поклонился, сдернул шапку, разве что на колени падать не стал. Если они устроят переворот и возьмут власть, вдруг с внезапным облегчением подумал Олег, то проблема решится сама собой: дети повзрослели, можно уходить. Единственной проблемой останется вытаскивание синтезатора в ночи, чтобы не заметили, хотя нет, уж если решились бы на мятеж, так точно вскрыли бы пещеру.

Плевать, подумал Олег, ощущая необычайную легкость.

— Возвращайся, - прошептала Ириния, придвигаясь близко, слишком близко.

Все остальные отступили, делая вид, что смотрят в другую сторону и проверяют снаряжение.

— Если что, беги за Тобалгу, и оттуда по скалам в степь и к морю, в храм, который Кассах упоминал.

— Шутишь?
– изумилась Ириния.
– Я сяду на Серого и ускачу отсюда, а еще лучше дам бой!

Точно, у нее же теперь есть два варгаха, подумал Олег, который и правда забыл о них. Волчки подросли, окрепли, и пусть не дотягивали до взрослых, но Иринию унесли бы, особенно меняясь по очереди.

— Я подчиню себе всех варгахов и не дам им жизни и нежизни!
– Ириния прямо пылала.
– А если кто тут вздумает злоумышлять против тебя, так я его!

Пальцы ее сложились в щепоть, рука окуталась сиянием и заискрила.

— Отлично, - кивнул ей Олег, - тогда я спокоен.

Все остальные уже надели лыжи, оставался только он и вскоре их четверка: Олег, Кассах, Дарун и Карн, заскользили прочь, по утоптанной части леса. Вслед им летели пожелания легкой дороги и здоровья, вскидывались руки с растопыренными пальцами. Общее несчастье и Кассах работали лучше любых проповедей, Сотара вокруг почитали выше остальных богов.

Все было просто и разумно: маленький элитный отряд на лыжах, максимум подвижности и огневой мощи, минимум людей, и в то же время, опять же, максимум представительности. То есть Олег и Кассах входили в отряд просто по умолчанию, и им требовалась помощь лесовиков, что вело к участию Даруна и еще одного из его егерей, в данном случае Карна, по прозвищу Два Хвоста.

Ириния должна была продолжать развитие будущих храмовников, коих набралось четыре человека, а Завурот, если что, показал бы им начальные тренировки, так что время без Кассаха не пропало бы зря. Бартан отвечал за поселение, Марбух за бойцов, которым, если что предстояло сдерживать нежить, пока остальные люди бежали бы куда-то дальше, скорее всего вдоль Тобалги.

Лесовики должны были проводить разведку за Кряжем и следить за варгахами, чаны работали, на подземных фермах росло всякое, волшебный источник и не думал иссякать, и Ириния работала с ним. Все было предусмотрено, включая наступление весны, когда даже нежити пришлось бы туго в наступлении, но все равно, легкость и окрыление в душе Олега сменились какой-то непонятной тяжестью.

Они бежали вперед, потом начали подниматься по склону, невольно бросая взгляды влево на еле видневшиеся там дома и людей. Вот оно что, вдруг осознал Олег, даже остановился на мгновение. Сглатывать не стал, но это ощущение "покинул дом, чтобы устремиться в столицу" никуда не делось.