Чтение онлайн

— В этом ваше утверждение верно. У нас была серьёзная теорическая дискуссия.

— И какая же мысль настолько не давала Ороло покоя, что он потащил тебя на гору, дабы выговориться?

Я закатил глаза и ошалело затряс головой.

— Это имело какое-то отношение к Геометрам?

— Да.

— Тогда меня удивляет твоё нежелание говорить. Всё, что имеет отношение к Геометрам, интересно конвоксу, не так ли?

— Я не хочу говорить, потому что слышал лишь малую толику его мыслей, и боюсь, что не смогу их достойно изложить.

— Прекрасно! Все слышали, что ты снимаешь с себя ответственность, так что можешь смело делиться информацией.

— После анафема Ороло лишился возможности собирать данные о Геометрах. Он даже не видел единственного хорошего снимка их корабля, который сумел сделать. Думая о них, он основывался лишь на тех данных, что были ему по-прежнему доступны.

— Мне казалось, ты сказал, что у него не было доступа ни к какимданным.

— К данным, исходящим от икосаэдра.

— А какие ещё могут быть данные?

— Те, которые вы и я воспринимаем постоянно в силу того, что обладаем сознанием. Данные, которые мы способны получать и обдумывать самостоятельно, не прибегая к научным инструментам.

Фраа Лодогир заморгал, изображая недоумение.

— Ты хочешь сказать, что темой вашего диалога было сознание?

— Да.

— Конкретно, сознание Ороло? Поскольку, надо думать, к другим у него доступа не было.

— Его и моё, — поправил я, — поскольку я тоже участвовал в диалоге и было понятно, что наблюдения Ороло над своим сознанием верны и для моих наблюдений над моим.

— Но ты сказал мне всего минуту назад, что диалог был о Геометрах!

— Да.

— Теперь ты противоречишь себе, признавая, что речь шла всего лишь об общих особенностях твоего сознания и сознания Ороло.

— И сознания Геометров, — сказал я, — поскольку они определённо наделены сознанием.

— О-о-о! — выдохнул Лодогир, глядя куда-то в пространство, словно пытался воспринять умом нечто совершенно абсурдное. — Ты пытаешься сказать, что поскольку ты и Ороло наделены сознанием, и Геометры тоже (для наших рассуждений я готов допустить, что это так), ты можешь узнать нечто о способах их мышления, просто созерцая свой пуп?

— Примерно так.

— Что ж, полагаю, для лоритов сегодня знаменательный день. Однако мне представляется, что ты говоришь сразу слишком мало и слишком много! — посетовал фраа Лодогир. — Слишком мало, потому что мы на Арбе созерцаем собственный пуп уже шесть тысяч лет, но так и не поняли себя. Так какая нам польза быть в таком же неведении касательно Геометров? А слишком много, потому что ты зашёл слишком далеко в допущении, будто Геометры думают, как мы.

— Насчёт последнего пункта: можно привести веские доводы, что мыслительные процессы всех разумных существ должны иметь нечто общее.

— Веские доводы, которые, как я понимаю, ни один последователь Халикаарна не станет проверять слишком тщательно, — сухо произнёс фраа Лодогир, вызвав смех у всех присутствующих проциан.

— Что до первого пункта, — продолжал я, — а именно, что мы за шесть тысяч лет самоизучения так и не поняли себя, Ороло, насколько я понимаю, считал, что теперь, когда у нас есть доступ к разумным существам из других звёздных систем, мы, возможно, сумеем разрешить часть вечных вопросов.

Наступила такая тишина, что я понял: все напряжённо обдумывают услышанное. Мы подошли к самой сути. Сфеническая и протесова системы воевали между собой на протяжении тысячелетий и продолжали сражаться сейчас, в этом нефе, под именами проциан и халикаарнийцев, Лодогира и Эразмаса. И лишь в одном они были согласны: в утверждении, которое я только что приписал Ороло. Что Геометры могут склонить чашу весов в ту или другую сторону. И не обязательно потому, что сами знают ответ — они могут пребывать в таком же неведении, как и мы, — но благодаря новым данным. А это и было главной целью многих прибывших на конвокс, чего бы ни хотела от нас мирская власть.

Даже фраа Лодогир вынужден был отметить мои слова короткой уважительной паузой, прежде чем сделать следующий выпад:

— Будь они разумными роями примитивных насекомых, или системами пульсирующих энергетических полей, или растениями, говорящими друг с другом химическим языком, потуги Ороло вытащить на свет справедливо забытую псевдофилософию Эвенедрика могли бы показаться даже слегка занятными. Однако Геометры похожи на нас. Ороло этого не знал, так что простим ему временное заблуждение.

— Но почемуони похожи на нас? — спросил я и сразу понял, что допустил тактическую ошибку. Мне не следовало задавать вопросы, пусть даже риторические.

— Давай я тебе подскажу, — сказал фраа Лодогир, великодушно приходя на выручку окончательно запутавшемуся фиду. Огромное лицо на экране излучало благодушие. — Мы знаем, что за много месяцев до того, как кто-либо другой узнал о Геометрах, Ороло что-то затеял. Он следил за икосаэдром, используя космографические приборы вашего концента.

— Мы отлично знаем, что он затеял… — начал я.

— Мы знаем то, что тебе рассказали: историю, в которую многие из твоих собственных фраа и суур отказываются верить! И мы знаем, что Ороло отбросили. Что собратья по секте, тёмной организации, называемой «преемством», доставили его через половину Арбского шара на Экбу; в то самое место, куда, по удивительному совпадению, совершили первую высадку Геометры, причём в ту самую ночь, когда Ороло вздумалось предпринять долгую и утомительную экскурсию на разреженные высоты действующего вулкана!