Чтение онлайн

– Знаете что, – продолжал патлатый. – Вы чувствуете себя стесненно. Я вас понимаю. Вы попали сюда при несколько необычных обстоятельствах, вы много пережили, устали, в конце концов. На вас давит обстановка. Поэтому я не виню вас за некоторую замкнутость. Я бы хотел принести некоторые извинения по поводу недоразумений, которые произошли. Я хочу сказать, что вы ни в коем случае не задержаны и никто не смеет ограничивать вашей свободы в этих стенах. Мы только хотели бы переговорить с вами. Ну и посмотреть на виновников столь бурных событий, свидетелями которых мы стали. Да… Я не хочу, чтобы между нами были какие-либо недомолвки. Зовите меня… Шептун.

Звук, который издал Тройка, заставил меня посмотреть на него. Тройка выпрямился и здоровой рукой потер подбородок. Видимо, имя Шептун что-то ему говорило. В отличие от меня. Этот кибер, похоже, никогда не был на моем уровне восприятия. Но на всякий случай я спросил:

– Простите, а мы не могли встречаться на Новом Новом Арбате несколько лет назад?

– Нет, Артем. Вы бы меня запомнили.

О, это уже интересней! Хотя, какого хрена я нарываюсь, хотел бы я знать? Видно же, что эта рыбина настолько глубоководная, что даже в батискафе я достать ее не смогу.

– Так вот, этого господина зовут Лев. А это, – и Шептун указал на чуть знакомого мне человека, – господин Таманский. Он журналист.

Терпеть не могу киберов и журналистов. Первые что попало пихают в себя, вторые во что попало лезут сами. Но нарываться все-таки не стоит. Вот только где я видел этого парня? И имеет ли это какое-либо значение?

Шептун смотрел на меня вопрошающе.

– Продолжайте-продолжайте. Теперь вы должны сказать, что знаете наши имена. Так?

– Не совсем, – ответил Шептун. – О вас я знаю только то, что смог получить из общественных источников. Произведя сличение вашей внешности с теми фотоматрицами, что хранятся в архивах.

При слове «матрица» я слегка вздрогнул.

– Таким образом, я знаю, что вас зовут Артем Викторович Яковлев. Программист Министерства иностранных дел. И конечно, ваши контактные данные. Это официальные источники. Согласно записям в базах данных МВД, вы дважды имели приводы за участие в погромах – это было в годы вашей ранней юности. – Шептун слегка улыбнулся. – Вы бывший член ряда уличных банд, которые занимались организованной борьбой со всеми, чей КИ был выше 50. Вы бывший экстремист и достигли на этом поприще достаточных успехов, чтобы быть занесенным в особый раздел информативного отдела МВД. Я очень вас удивлю, если скажу, что такие, как вы, либо умирают, либо становятся членами ТехНадзора? Если, конечно, они вовремя не остановятся. По ряду причин.

Это «по ряду причин» я проглотил молча. Шептун знал больше, чем говорил. Так и должно быть, потому что, судя по его внешности и отстраненности взгляда в определенные моменты разговора, передо мной был не человек, а что-то вроде большого компьютера, на который сходилась информация из различных точек города, страны, мира. Я даже отдаленно не мог представить, сколько нужно вложить денег в инплантации, пересадки, конденсации и адаптацию. А еще в окружение, в специализированные каналы связи. Ведь он не сходя с этого места проник в сеть, вошел в инфосистему МВД, произвел писк. Это много. Очень много.

А ведь на нем еще и боевые насадки имеются наверняка.

– Так вот, значит, получается, Артем Викторович, что знаю я о вас вроде бы и много, а все не то… Что там могут сообщить официальные системы. С вас даже сняты все обвинения. И компроматов на вас нет. Конечно, если не считать компроматом антикибернетическую деятельность.

– А вопрос так стоит? – спросил я.

– Нет, что вы. Вопрос так не стоит. Вы что думаете, я лидер киберсопротивления? – Шептун даже улыбнулся. – Я просто Шептун.

– А я просто Артем.

– А я просто Мария, – едва слышно пробормотал Тройка.

– Да, конечно… Просто Артем! – Шептун развел руками. – Просто подвез Романа Кима до штаб-квартиры якудза. После того как легендарный инженер вывалился из окна с пулями в спине, просто Артем обиделся и кинул на площадь около ста килограммов свинца… С очень большой скоростью. Это укладывается в рамки вашего нормального поведения? Кстати, свинец очень вреден для окружающей природы…

С одной стороны, я обязан этому киберу. Как ни крути, но его люди вытащили нас из переделки с якудза. Но его планы в отношении нас мне не ясны. А быть обязанным киберу мне совсем не хотелось.

– Простите, что вмешиваюсь в ваш интересный разговор… Но не объясните ли вы мне цели ваших словоизлияний? – В разговор вступил Тройка. – Чего вы так пытаетесь добиться?

– Ну перво-наперво, – Шептун повернулся к Тройке с таким видом, словно бы не игнорировал его только что, – я хотел бы некоторой благодарности. Признательности, что ли… Все-таки вас вытащили из переделки, в которую выллипли по самые уши.

– Да, безусловно, мы вам весьма признательны за эту непрошеную помощь.

– Какое лицемерие! Какая неблагодарность! – в притворном ужасе произнес Шептун. У меня сложилось впечатление, что он с большим удовольствием играл какую-то роль. Причем на пару с Тройкой.

– Ну что поделать, такова судьба любого корыстолюбивого Робин Гуда. Его никогда не благодарят от чистого сердца. Вероятно, потому, что и он сам никогда не занимается благотворительной деятельностью. Вряд ли у вас такое хобби – вытаскивать из дерьма всех туда попавших. Это слишком накладное занятие. Можно испачкаться.

– Хо. Да, вы правы. Заниматься благотворительной деятельностью не в моих правилах. Особенно когда это касается якудза…

– Ну так поведайте мне, какого хрена мы вам понадобились? Благодарность, сообразную оказанной нам услуге, вы получили. Что дальше? Давайте перейдем к делу. Разбирать нас на запчасти вы явно не собираетесь, а то, что можете связаться с любой базой данных и узнать, кто мы такие, мы уже поняли. Что касается ваших намеков на то, что мы наехали на якудза и у нас теперь множество проблем… так ведь и вы на одной площадке с нами. Вмешавшись в наши дела с японцами, вы оказались на нашей стороне. Так посчитают японцы.

– Верно. Но у нас есть что противопоставить им. А у вас?.. – В разговор вступил Лев.

– А мы просто дрын из забора еще не вытащили, – вдруг сказал Тройка, и Шептун почему-то перестал улыбаться.

Я не понял, к чему это сказано, но фраза напоминала кодовую. Удивленным казался и журналист, судя по озадаченному выражению, мелькнувшему в его глазах. Я посмотрел на него и, встретившись с ним взглядом, вдруг вспомнил, где я его видел.

Несколько дней назад на крыше, когда я, уходя от стройгуевских особистов, стал свидетелем ареста. Это был тот самый парень, которому несколько омоновцев завернули локти за спину. Активный, однако.